Поискав глазами кого-нибудь, лучше женщину, я осторожно отправилась искать путь к порту. Миновав первый проулок, я остановилась, решая, в какую сторону свернуть. Выбрала направо и уверенно направилась туда. Вскоре дорога вывела меня на более оживленную улицу. Здесь я увидела женщину, развешивавшую белье на веревку, натянутую между деревьями. Я смело направилась к ней.
– Добрый день, мадам, – обратилась я к ней.
Женщина обернулась ко мне, смерила неприязненным взглядом и отвернулась, продолжая свое занятие. Я немного подождала и подошла к ней ближе, постучав по плечу. Женщина вдруг резко развернулась и хлестнула меня мокрой тряпкой, свернутой в жгут, потому что как раз отжимала ее. Я вскрикнула и упала на землю, прикрываясь рукой.
– За что? – ошеломленно спросила я.
Она что-то рявкнула на неизвестном мне языке. И я с ужасом поняла, что не знаю этого языка и помощи мне тут не найти. Но как же мне теперь быть? В растерянности я огляделась по сторонам и встала, отряхивая руки. Всевышний, пошли мне того, кто понимает меня! Береговой офицер говорил на моем родном языке, женщина в трактире и сам трактирщик тоже, значит, кто-то должен еще понимать.
Подумав, я решила искать тех, кто побогаче, а значит, и образованней. Но пока передо мной были прохожие из простого сословия. Я попробовала обратиться к ним, наудачу, но и тут меня ожидал крах надежд. Это так печалило, что я едва не расплакалась от досады. Продолжая идти все так же по наитию, я свернула в переулок, где играли мальчишки. Возраст их был лет от пяти и до четырнадцати. По крайней мере, я так определила.
Миновав шумную ватагу, я уже почти скрылась за углом, когда мне в спину прилетел камень. Я резко обернулась и посмотрела на самого старшего мальчика, оскалившего в ухмылке щербатый рот. Не знаю, что на меня нашло, должно быть, это всё проклятые нервы, но я подняла камень и отправила обратно. На удивление, волнение не помешало мне попасть пареньку в лоб. Он схватился за лицо и что-то прокричал. Тут же вся остальная ватага подскочила со своих мест и бросилась на меня.
Мне не оставалось ничего иного, как броситься наутек. Несколько раз сменив направление, я выбежала на очередную узкую улочку, на которой стояли белые домики. Мальчишки и не думали отставать от меня. Черт! Прости, Всевышний. Не хватало еще, чтобы меня, замужнюю женщину, побила ребятня! Каков будет позор.
Мне в спину то и дело неслись свист, ребячья ругань, а иногда и камни. Один такой камень попал мне в ногу. Я оступилась и полетела на землю, сильно расцарапав ладони. Дети налетели на меня, и я лишь прикрыла голову руками от града ударов, посыпавшихся со всех сторон. На спасение я уже не рассчитывала, когда мальчишки вдруг бросились врассыпную, а ко мне подошел какой-то мужчина, размахивавший тяжелой тростью.
Он что-то спросил у меня.
– Я не понимаю, – сквозь рыдания ответила я.
– Ты не местный, – произнес мужчина с сильным акцентом. – Прибыл с кораблем?
– Бриг «Счастливчик», – кивнула я, вытирая слезы. – Вы поможете мне добраться до порта? Я не знаю дорогу, а парни не знают, где меня искать.
– Вот как, – мужчина помог мне подняться и протянул платок.
Я протерла лицо и поморщилась от боли. Затем взглянула на платок, он был в крови. Мужчина с сочувствием смотрел на меня, после с дружеским участием похлопал по плечу.
– На бриге твои родные? – спросил он, и я отрицательно покачала головой.
– Ты сирота? – снова задал вопрос мужчина и повел меня вниз по улице.
– Нет, – сказала я. – Но мои родители остались дома.
– Бедняжка, – сочувственно покачал головой мужчина. – Ты, наверное, хочешь есть? Идем, я накормлю тебя, ты приведешь себя в порядок, а потом я провожу тебя в порт.
– Куда мы идем? – спросила я, продолжая всхлипывать и вытирать слезы.
Мне было так стыдно! Я так глупо повела себя. Да лучше бы сейчас сидела на борту, и Самель кормил меня вкусными булочками. Зачем я нагрубила капитану? У него могли быть дела, которые не предназначены для моих глаз и ушей. Потом бы снова погулял со мной… наверное. К тому же я обещала слушаться, а повела себя, как глупая маленькая девочка. И вот теперь заблудилась, меня отхлестала по лицу неприятная женщина, закидали камнями и избили злые дети. Я вся в крови, руки разодраны, тело болит, и если бы не этот добрый человек, то, возможно, меня бы уже и в живых не было. А мой бедный Дамиан так и останется томиться в плену.
Тем временем мужчина открыл передо мной добротные двери двухэтажного дома.
– Проходи, мальчик, – сказал он. – Сейчас тебе дадут воды умыться и принесут поесть. Выбирай комнату.
– Мне не нужна комната, я хочу вернуться на свой корабль, – ответила я и почувствовала неловкость за такой резкий ответ. Ведь добрый человек принял во мне живейшее участие.
Мужчина улыбнулся, окинул меня пристальным взглядом и указал на первую попавшуюся дверь.
– Проходи, – мягко сказал он. – Или уходи, выбор за тобой.
– Вы объясните мне, как дойти до порта? – спросила я, удивленно глядя на него.
– Я помогаю только благодарным людям, – ответил мой спаситель. – Отказываться от гостеприимства – оскорбить хозяина.
– Простите, – прошептала я. Все же незнание местных законов очень усложняет жизнь.
Мне не оставалось ничего иного, как войти в указанную комнату. Помощь этого человека была мне необходима. Он понимал меня и мог ответить на вопросы. К тому же кто лучше местного жителя знает город? Оглядевшись, я обнаружила, что нахожусь в небольшой комнате, где были стол, стул, шкаф и кровать.
Воду мне принесли вскоре, большой таз и ведро. Следом вошел хозяин дома с бокалом вина в руках. Он доброжелательно улыбнулся.
– Раздевайся, – все так же мягко сказал мужчина. – Меня стесняться не нужно.
Я зачерпнула воды и умыла лицо, затем осторожно, чтобы сильно не тревожить раны, вытерлась полотенцем, которое оставил слуга, и посмотрела на хозяина дома. Мне вдруг пришло в голову, что я до сих пор не знаю его имени. И только я хотела спросить, как мужчина подошел ко мне и расстегнул верхнюю пуговицу на жилете.
– Какой непослушный мальчик, – укоризненно сказал он. – Ты весь в пыли. Нужно обмыть все тело. А одежду почистят и вернут. Раздевайся.
Я попятилась от него, потому что слова мужчины звучали более чем странно. Вдруг вспомнились слова капитана о мужчинах, которые испытывают нездоровую тягу к мальчикам, и мне стало страшно. Мужчина перестал улыбаться и снова шагнул ко мне. Он строго посмотрел мне в глаза и рявкнул:
– Раздевайся!
Замотав головой, я сделала еще несколько шагов назад.
– Я буду кричать, – хрипло произнесла я.
– Кричи, – равнодушно ответил мужчина, окончательно перестав быть добрым и милым.
Попытавшись выбежать из комнаты, я поднырнула ему под руку, но мерзкий тип оказался шустрым и ухватил меня за шкирку. Рванул назад и откинул в сторону кровати. Затем схватился за грудки, сорвав с жилета пуговицы и порвав рубашку. Он уставился на повязку, перетягивавшую мою грудь. Мгновение – и рука подлеца опустилась на мой пах.
– Девчонка, – произнес он. – Ерунда, тоже сгодится.
Я закричала и забилась в его руках. Вывернувшись, бросилась к дверям, но, распахнув их, влетела в грудь слуге, стоявшего на страже. Он перехватил меня, и тот, кого я приняла за благородного спасителя, ухватив меня за горло, потащил назад в комнату. В этот момент раздался звон колокольчика. Хозяин кивнул слуге, и тот пошел открывать дверь.
Невидимый визитер разговаривал на местном языке, но голос…
– Вэй! – заорала я. – Помо…
Мой крик оборвала жесткая ладонь моего похитителя. Дверь закрылась, но тут же снова раздался звонок. Подлец, удерживавший меня, что-то велел слуге, и тот дверей больше не открывал. За колокольчиком послышались удары, дверь с честью их выдержала. А потом все стихло. Хозяин дома ухмыльнулся и развернул меня к себе.
– Никто тебя не спасет, – сказал он.
Звон разбитого стекла опроверг его слова. Раздались стремительные шаги. Похититель откинул меня в сторону и бросился к двери.
– Лоет! – снова заорала я.
За дверью послышалась короткая возня, затем что-то гулко ударилось, и хозяин дома отлетел от резко выбитой двери. На пороге, словно ангел мщения, стоял капитан Вэйлр Лоет, свирепо смотревший на меня.
– Нагулялась? – зло спросил он.
Оглядел мой растерзанный вид, разбитое лицо и побагровел.
– Отвернись, – коротко велел капитан. – И уши закрой.
Я послушно отвернулась к окну, зажмурилась и закрыла уши. До меня донесся приглушенный вскрик, а после – лязг металла. За запястья взялись сильные пальцы, отрывая мои руки от ушей. Я дернулась и услышала голос Лоета.
– Всё, Ада, всё.
Я развернулась и уткнулась в грудь капитана, разрыдавшись от облегчения и стыда.
– Простите меня, Вэй, – срывающимся голосом произнесла я.
– Вы меня простите, я просто законченный осел, – пират обнял меня, прижимаясь щекой к моим волосам.
– Нет, это я, – я всхлипнула и подняла на него глаза.
Кадык капитана дернулся от гулкого сглатывания, и он кивнул:
– Хорошо, это вы, а я хороший, я вас спас. Поцелуй?
На мой возмущенный взгляд он пожал плечами:
– Ну, нет так нет, пойду к булочкам.
– Вы совершенно несносны! – воскликнула я. – Как вы сейчас можете…
– Я вообще все могу, – подмигнул капитан и неожиданно потянул меня вверх, прижимая одной рукой к своему телу, а второй – мою голову к своему плечу, мешая увидеть то, что сталось с мерзавцем и похитителем детей.
И отпустил, только когда дверь за нашей спиной захлопнулась. Я утерла нос рукавом, совершенно неприлично, но сейчас мне были безразличны эти мелочи. Капитан снял свою легкую куртку и накинул мне на плечи. Я благодарно кивнула, пряча разорванную рубашку и перетяжку. К тому же от пережитого меня трясло, и состояние более всего напоминало лихорадку.
Лоет молча шел рядом, бросая на меня время от времени короткие взгляды. Я снова шмыгнула носом и посмотрела на него, и пират чуть скривился.