«Бух».
– Девять.
Сознание работало размеренно, и тело сейчас напоминало бездушный механизм. Два шага, навес, пригнуться. Он прополз и осторожно поднялся на ноги. Где-то недалеко слышался голос моря. Оно жило, дышало, звало…
– Успею.
Два шага до поворота. Теперь прямо. Молодой мужчина старался не замечать боль в израненном теле, он вообще старался ни о чем не думать, только считать. Пригнуться. Один, два, три, четыре… Дневной свет начал понемногу рассеивать мрак, и Альен поспешил. А когда подошел к краю пещеры, вода уже почти добралась до входа и до нее можно было дотронуться, встав на колени. Шлюпки спешно убирались из западни, стремясь покинуть каменное кольцо прежде, чем «стражи» и пещера скроются под волнами, набирающими силу.
– Альен! – крик Тины он услышал, но девушку не увидел из-за пелены боли, вдруг затуманившей взор.
Мадемуазель Лоет обернулась к отцу, указывая на молодого человека.
– Папенька, я же говорила, что он появится. Надо вернуться!
Вэй ответил ей хмурым взором и мотнул головой.
– Нельзя. Опасно.
Тина обернулась к Кузнечику, он отвернулся. К Красавчику, но тот опустил глаза. Никто не смотрел на девушку, кроме отца.
– Тина… – хрипло произнес он. – Бывают случаи… Дочь, это все.
– Нет! – выкрикнула девушка, осознавая, что даже ее всемогущий папенька подписал Альену Литину смертный приговор.
Никто не вернется и не подберет молодого человека, потому что приближаться к скалам уже опасно, потому что все хотят жить, только… Только как они смогут жить, если бросят здесь Альена? Как она сможет с этим жить?!!
– Вы не можете, – прошептала она, с ужасом глядя на удаляющуюся фигуру в окровавленной белой рубахе. – Не можете!!! – Тина попыталась вскочить.
– Держать! – заорал Вэй.
Мельник ухватил рыдающую девушку за плечи. Она отчаянно задергалась, пытаясь вырваться, но матрос изо всех сил прижал Тину к груди, и над волнами понесся ее надрывный крик:
– Нет!!!
В это мгновение шлюпку подхватило волной и понесло на гребень, уже едва приметный из-под воды.
– Налечь на весла! – гаркнул Лоет и порывисто обернулся ко входу в пещеру.
Лицо Вэя исказилось, и он выругался сквозь стиснутые зубы, рассмотрев, что вода уже лижет ноги Альена, привалившегося к каменной стене. Но вот он распрямился и шагнул вперед. Толчок – и тело молодого человека взвилось в воздух, чтобы еще через мгновение исчезнуть в волне, бросившейся навстречу Литину.
– Альен! Дьявол вас дери, уроды! – бесновалась Тина, уже, кажется, не понимая, кто окружает ее. – Пустите! Альен!
Лоет обернулся к дочери, после снова посмотрел в сторону, где на поверхности моря появился одинокий пловец, безуспешно, но отчаянно боровшийся со стихией. Вэй опять взглянул на дочь, затем на Литина, на дочь…
– Капитан, скалы!
Лоет растерянно посмотрел на Красавчика, шлюпка проехалась днищем по вершине очередной пики, чудом не пробившей дерево. Медлить было нельзя, он должен увезти дочь подальше от опасного места, где каждая минута промедления грозила гибелью. Но Умник… Вэйлр снова посмотрел туда, где еще недавно сражался с волнами Литин, того уже видно не было.
– Всевышний, – сипло произнес Лоет. И в эту же секунду молодой человек вновь появился на поверхности воды. – Жив, – выдохнул капитан. – Жив!
Он посмотрел на своих людей, поджал губы и решительно стянул первый сапог.
– Капитан! – вскрикнул Кузнечик. – Вы сдохнете!
– Это безумие, – Мельник поднял взгляд на Лоета.
Вэй криво усмехнулся:
– Давно хотел потягаться с самим дьяволом. Вот достойный меня противник. – Он стянул второй сапог и подмигнул: – Делайте ставки, парни.
– Папенька! – взвизгнула Тина, когда ее отец исчез в волне.
– Увозите девчонку! – донесся до людей в шлюпке крик капитана, и они увидели, как он мощными гребками рассекает воду, устремившись в сторону Литина.
– Папенька спасет Альена, – давясь всхлипами, сказала Тина, перестав вырываться. – Только папеньке такое под силу.
Матросы хмуро переглянулись: они понимали, что уже вряд ли увидят своего капитана. Это было царство дьявола, и даже Вэю Лоету победить его было не под силу.
– Нужно уходить, – голос того, кто это сказал, прозвучал тихо и неуверенно. Ему никто не ответил, потому что все взгляды теперь были прикованы к мужчине, который рвался навстречу своей гибели…
Волны несли Лоета вперед, помогая быстрей преодолеть расстояние, разделявшее его с Альеном Литином. Вэй то терял из вида молодого человека, то выдыхал с облегчением, когда тот вырывался на поверхность, жадно глотая воздух. Но с каждым разом сопротивление Альена слабло, и море уже жадно щерилось волнами, готовое забрать себе и эту жертву. И когда Лоет добрался туда, где в последний раз видел Литина, тот уже вновь исчез.
– Умник! – заорал капитан. – Умник! – И добавил с отчаянием: – Не смей умирать, парень…
И, будто услышав его мольбу, недалеко от Лоета показалась черноволосая голова и тут же вновь исчезла из виду.
– Черта с два! – рявкнул Вэй и нырнул.
Он ухвати Литина за рубашку, рванул наверх и зло отчеканил, даже не зная, слышит ли его молодой человек:
– Только посмей сдохнуть, Умник, и не увидишь моей дочери как своих ушей.
– Дери вас… дьявол, – донесся до него срывающийся голос. – Женюсь…
– Ты выживи сначала, – осклабился Лоет, вдруг ощущая невероятное облегчение, несмотря на то что вокруг бушевало море, и ловушка Беса готова была захлопнуться над двумя мужчинами.
– Выживу, – заявил Альен и лишился сознания.
Поддерживая голову Литина над водой, Лоет поплыл назад. Волны, словно взбесившиеся псы, бросились навстречу, раз за разом откидывая мужчин к пещере. Вэй поджал губы и упрямо повторял попытки прорваться сквозь яростный заслон моря, но он не был дураком и блаженным. На мгновение капитану даже показалось, что он слышит хохот дьявола, с которым решил потягаться глупый человек. Лоет зарычал, не желая принимать поражение. Сражаться он привык до конца, как и тот молодой человек, который сейчас, застыв безвольной куклой в руках бывшего пирата, не позволял ему преодолеть сопротивление волн. Но даже мысли о том, чтобы выпустить его и попробовать спастись самому, не возникло в умной голове Вэя Лоета.
– Добрался упрямый черт! – выкрикнул Красавчик. – Добрался же! Зараза!
Волны играли одинокой шлюпкой, словно она была безвольной щепкой, и людям приходилось прикладывать все силы, чтобы не дать морю разбить их маленькое суденышко о скалы. И все-таки они не спешили покинуть проклятое место, с отчаянной надеждой веря, что Батя сможет, что он выберется из западни, как это делал столько раз в их прошлом, полном опасностей.
– Всевышний! – вскрикнула Тина, когда волны снова отбросили назад ее отца. – Надо их забрать! Надо помочь!
– Опасно, – бесплотным эхом отозвался Мельник за ее спиной.
– Плевать! – взвизгнула девушка, охваченная истерикой. Она замолотила кулаками по своим коленям, замотала головой, выкрикнув: – Сейчас же! Заберите их!
– Да дери меня дьявол, если я брошу своего капитана! – вдруг взревел Кузнечик. – Подохнем – так весело!
– Дело говорит, – кивнул Красавчик. – Идем за капитаном и Умником.
Мельник выпустил Тину, и она, как и мужчины в шлюпке, схватилась за свободное весло. Бонг, молчавший всё это время, улыбнулся. Над бесновавшейся стихией понеслась разудалая пиратская песня, и шлюпка повернула к пещере Беса. Тина подпевала мужчинам, и сейчас никому бы даже не пришло в голову бранить ее за сквернословие. Мычал мотив и горастанский лекарь, и эта песня, неприличная до невозможности и настолько же бравая, будто придала сил людям. Ожесточенно работая веслами, бывшие пираты спешили на выручку своему капитану.
Лоет не видел приблизившейся шлюпки, он уже вообще мало что видел, только вновь и вновь кидался на волны, думая о том, что их с Альеном скоро затянет в пещеру. И когда его слуха коснулась знакомая с молодости песня, Вэй даже подумал, что уже проиграл и это смерть встречает его старыми строфами.
– Руку, капитан!
Вэй повернул голову и увидел шлюпку.
– Папенька!
– За каким… – прохрипел Лоет, но его оборвал чей-то злой голос:
– Закройте пасть, капитан, и не мешайте вас спасать.
– Урою, – пообещал Вэй и сосредоточился на спасении себя и Альена.
Первым вытащили из воды Литина, который еще так и не пришел в себя, заем Лоета. Упав на дно шлюпки, Вэй несколько мгновений ошалело глядел в небо, не говоря ни слова.
– Папенька, – судорожно вздохнула Тина.
– Капитан…
– Что рты раззявили, сучьи дети? – прохрипел в ответ Лоет и гаркнул: – Ходу!
И в это мгновение вода хлынула в пещеру. Шлюпку понесло в раскрытую каменную пасть…
– Вот дьявол! – гаркнул кто-то. – Мы плывем к Ржавому.
Лоет разразился грязной бранью. Он присоединился к своим людям, превозмогая усталость, и борьба с дьяволом возобновилась. Выбиваясь из сил, моряки устремились прочь из ловушки. Тину никто не согнал с весел, сейчас была ценна каждая пара рук. Она смотрела на бледное лицо Альена и сквозь всхлипы подпевала бывшим пиратам, вновь горланившим свою песню, цепляясь за ее слова, как за спасительный соломинку. А когда каменный круг остался за спиной, девушка откинула назад голову, устремила взгляд в небо, и с ее губ сорвалось:
Моих сокровищ не коснутся,
Те, кто отдался Пустоте.
Удача может улыбнуться,
Тому, чьи руки в чистоте.
На страже дьявол поджидает
Тех, чья душа уже мертва.
В его объятьях умирают
Гнилые черные сердца.
– Он их всех забрал, – криво усмехнулся Кузнечик.
Песня оборвалась, но люди продолжали налегать на весла, стремясь быстрее покинуть гиблое место. Тишину нарушали лишь рокот волн да хриплое дыхание гребцов.
– А где карта? – вдруг спросила мадемуазель Лоет.
– Должно быть, осталась у Ржавого, – пожал плечами папенька.