– Ну, не все время, конечно, мне придется покидать Кайтен, пока все будет устраиваться, но в основном да. Я буду рядом. Оставить тебя наедине с твоими демонами? Не дождешься, – он рассмеялся, а девушка потупилась, проворчав себе под нос нечто непонятное.
В это время появились официанты, споро накрывая на стол. Молодой человек замолчал и выпустил пальцы мадемуазель Лоет из мягкого захвата, дожидаясь, пока их опять оставят наедине. Но заговорила первой снова Тина.
– Ты все так продумал, – почти шепотом произнесла она.
– Я привык подходить к любому делу, хорошо подумав, – Альен испытующе смотрел на девушку. – Тебе не понравилось, что я сказал?
– Понравилось, – растерянно произнесла мадемуазель Лоет, но очнулась и воскликнула: – Но я еще не согласилась! Я должна подумать. Это все слишком серьезно, чтобы бросаться с головой…
– Словно в очередную неприятность? – не удержался от ехидства Альен, и Тина смутилась. – Брак – не так весело, как искать приключений?
Девушка досадливо фыркнула и уткнулась в свою тарелку, принимаясь за обед, больше для того, чтобы прекратить неудобный разговор. Ей и правда хотелось подумать. Литин настаивать на продолжении не стал, времени у них было предостаточно. Главное, что Тина больше не бежала от него и не твердила, что может предложить молодому человеку только свою дружбу, чтобы затем, пряча собственные переживания, и вовсе не подпускать к себе. Их день еще не закончился, и возвращаться на бриг Альен не спешил, желая продлить время, проведенное наедине с дорогой ему девушкой.
– Ой, смотри, – Тина указала взглядом вниз. – Это же Дин и Бонг. Давай позовем их к нам.
– Зачем? – ощетинился Альен. – Они прекрасно обходятся без нас, а мы – без них.
– А может, я уже соскучилась, – буркнула девушка. – С ними весело…
– А со мной скучно? – прищурившись, спросил молодой человек.
Мадемуазель Лоет поджала губы и упрямо посмотрела на Альена. Нет, ей не было с ним скучно, и она бы с радостью провела остаток дня в обществе молодого человека, но она побаивалась, что Альен возобновит разговор о свадьбе и она… согласится. Согласится, боясь потерять его. Но ведь это все серьезно, это взрослая жизнь, и папенька велел не спешить. Поэтому девушка не заметила или не пожелала заметить, как на скулах Альена заиграли желваки и чистые синие глаза вдруг угрожающе потемнели, превращаясь в предгрозовое небо.
– С тобой не скучно, но с ними будет веселей, – наконец, ответила Тина.
– С ними ли? – насмешливо спросил Литин. – Возможно, тебе хватило бы общества одного из горастанцев? Может, и твой упорный отказ…
– Дин, господин Бонг! – вскочив на ноги, позвала девушка, перебивая Альена, чьи глаза вдруг метнули молнии. – Идите к нам, нам вас очень не хватает!
– Даже так, – ледяным тоном произнес молодой человек, и Тина невольно втянула голову в плечи. – Возможно, я здесь лишний?
Мадемуазель Лоет охнула, но ничего не ответила. Альен неспешно поднялся из-за стола, промокнув уголки губ, бросил на стол несколько монет и, метнув на Тину, вновь глядящую вниз, пристальный взгляд, направился к двери. Однако, уже взявшись за ручку, он зло воскликнул:
– Да какого черта?! – и вернулся на свое место.
В это мгновение дверь открылась, и в кабинет вошли горастанцы. Напряжение, витавшее здесь, было сложно не заметить. Бонг вопросительно приподнял брови, глядя на Литина, но тот лишь кивнул и отвернулся. Дин устроился рядом с Тиной, и девушка ему приветливо улыбнулась.
– Без тебя гулять не так весело, – сказал его высочество, даря Тине ответную улыбку.
– Теперь мы встретились, – ответила девушка, – и можем гулять все вместе.
– Вы разве уже собираетесь назад? – удивился Бонг.
– Почему? – мадемуазель Лоет перевела взгляд на лекаря.
– Мы хотели пообедать и возвращаться на «Счастливчик», – ответил мужчина.
– Нет, мы еще не собирались возвращаться, – произнес Альен. – Пока мы мало что увидели во Фредо.
– Мы тоже можем еще гулять, – отозвался Дин.
– Конечно! – воскликнула девушка, и они с принцем обменялись взглядами.
– Что скажешь, Альен? – Бонг выжидающе посмотрел на Литина.
– Р-разумеется, – рычание вышло непроизвольным, и молодой человек, приученный быть вежливым в любой ситуации, тут же исправился, кивнув. – Несомненно.
Горастанцы сделали свой заказ. Дин и Тина весело болтали, обсуждая город и сравнивая его с Алгардтом, где успели оставить свой след. Бонг негромко беседовал с Альеном, бросавшим время от времени изучающий взгляд на веселящуюся парочку.
– Мой юный друг, – Альен обернулся к Бонгу, – когда кровь кипит, пар поднимается к голове и часто застилает взор. Тогда так легко обмануться.
В чем именно обмануться, колдун, как всегда, не уточнил, посчитав свои слова исчерпывающими. Например, сейчас молодой человек видел, как расслабилась Тина, как легко и беззаботно улыбается принцу. Она была явно довольна встречей, и это его злило. Большую часть своего свободного времени девушка отдавала именно Дину. С ним же, с Альеном, была то в ссоре, навесив на него вину за проступки, которых он не совершал, то сближалась и вновь находила причину, чтобы отдалиться, и устремлялась к Дину. Сколько раз Альен вынужден был наблюдать издалека их болтовню, смех, обмен взглядами, в которых Литину чудилось нечто большее, чем дружеское расположение. И даже сейчас, когда у них появилась возможность побыть вдвоем, Тина вновь не сводит взгляда с горастанца.
Быть может, ей действительно веселей с Дином? Быть может, он, Альен Литин, слишком пресен для такой девушки, какой являлась Адамантина Лоет? Возможно, он переоценил ее взгляды и трепет, когда Тина оказывается с ним наедине, а поцелуи с ее стороны – лишь желание познать еще неизведанное, а истинная симпатия и увлеченность находятся на стороне принца? Почему нет? Дин и Тина похожи нравом. Оба готовы ринуться навстречу приключениям… или неприятностям, это уж кому как угодно. Они быстро нашли общий язык, и девушка вовсе не смущается, когда Дин смотрит на нее. Легко позволяет ему брать себя за руку и уж совсем не кричит, что ненавидит горастанца, не называет мерзавцем без стыда и совести. Да и принц охотно проводит время с дочерью своего кумира. И пока Альен завоевывал расположение капитана Лоета, защищал Тину, помогал в ее затее с сокровищами Биглоу, мадемуазель Лоет уже увлеклась совсем другим мужчиной и теперь предложение Альена не могла принять, потому что «Дин лучше».
Неожиданно молодой человек подумал, что на его признание в любви Тина так ничего и не ответила, как ни разу не сказала даже, что он ей симпатичен. Так, может, и правда он обманул себя, выдавая желаемое за действительное, и его любовь безответна?
– Альен! – молодой человек очнулся и удивленно уставился на осколок бокала в своей ладони.
Багровое пятно, прикрытое прозрачными кусочками стекла лопнувшего бокала, расползалось по белоснежной скатерти, покрываясь сверху алыми каплями крови из порезанной ладони. Выругавшись, Литин поставил все, что осталось от хрупкого сосуда, слишком сильно сжатого в момент раздумий, взял чистую салфетку и замотал руку. Его личный лекарь – паук Хон – остался на борту, закрытый в каюте Бонга.
– Что с тобой? – Тина встревоженно смотрела на молодого человека. – Сильно поранился?
– Выживу, – сквозь зубы процедил Альен. – Раны бывают гораздо опасней.
Прозвучало это двусмысленно, и девушка потупилась, вдруг уловив в голосе молодого человека что-то недоброе, совсем не похожее на отношение того Альена, которого она знала.
– Если все сыты, мы можем покинуть это милое заведение, – буднично произнес Литин.
Оплатив счета, четверо путешественников покинули ресторацию. Бонг покачал головой, но больше ничего говорить не стал. Впрочем, это было бы лишним. Тина вновь щебетала с Дином, уйдя немного вперед. Отчего-то ей было страшно оборачиваться и встречаться с темным взглядом Альена, и девушка старалась держаться от него подальше, не до конца понимая, что с ним происходит.
А Альен продолжал думать. Дин – наследный принц. Даже если он и симпатизирует Тине, то все равно остается наследным принцем. И не во власти принца устраивать свою судьбу по собственному разумению. Если он еще и не женат, это не означает, что для него не подготовлена невеста. Альен мало знал о горастанцах, но не сомневался, что сын императора не может обзавестись супругой-иноземкой, к тому же не являющейся особой королевской крови. Значит, сердечко Тины может оказаться разбитым, когда их путешествие подойдет к концу… если, конечно, она влюблена в Дина. Хотя, глядя на них, такой вывод сделать было несложно.
– Пш-ш-ш, – вдруг услышал Альен и повернул голову к лекарю, лукаво сверкнувшему глазами. – Слишком много пара.
– А мне кажется, что я наконец прозрел, – невесело усмехнулся молодой человек.
– Пьяницы часто уверены, что трезвы, хоть и валятся с ног, – ответил Бонг.
– Вы думаете? – спросил Альен.
– Знаю, – важно кивнул колдун.
– Вы что-то видите, Бонг? – с интересом спросил молодой человек.
– Вижу. Вижу девушку, боящуюся своих желаний, и вижу юношу, который решил стать похожим на девушку-трусиху. Остуди кровь, и ты увидишь то же самое, мой юный друг, – ответил Бонг, глядя на небо. После передернул плечами, пробормотав: – Такое чувство, будто скоро разразится гроза. Не понимаю.
Альен тоже поднял взгляд на небо и пожал плечами: на безоблачном небосводе сияло яркое солнце.
– Странно, – задумчиво пробормотал колдун. – Очень странно.
Трое мужчин и одна девушка шли наугад, не имея никакой цели. Бонг теперь помалкивал, и Альен Литин постарался внять его совету и успокоиться. Ревность сегодня всколыхнулась особенно сильно, а затуманенный разум, как известно, – дурной советчик. Альен глубоко вдохнул, медленно выдохнул и тряхнул головой, отгоняя наваждение. Да, идут рядом, да, разговаривают, но разговор ни о чем. Нет попыток прикоснуться друг к другу, нет взглядов, в которых улавливалось бы, что между принцем и Тиной происходит что-то особенное. Просто два приятеля, и не больше. Да, именно так.