– Знаешь, Сынок, соцсети основаны на алгоритмах. А если тебе предлагают полуобнаженных девушек, то это многое о тебе говорит.
– Я сообщу твоему дорогому братцу. Я просматривал его аккаунты, когда в последний раз конфисковал его телефон.
– Конечно, – сказала я, подавляя улыбку.
Наше подшучивание тоже возродило меня к жизни. Несмотря на наш частый – очень частый – секс, мы все равно безжалостно дразнили друг друга.
– У меня самая великолепная девушка, которая каждое утро и вечер светит попкой в отчаянной попытке меня соблазнить, мне не нужны соцсети.
– Поправка, это не попытка, если она имеет успех.
Ответная хитрая усмешка Сантино согрела меня сильнее, чем лучший горячий шоколад в Париже.
Я толкнула его локтем и объявила:
– Я умираю с голоду. Покорми меня.
Сантино кинул на меня крайне пошлый взгляд, который заставил меня пожелать оказаться в менее публичном месте.
– Вчера я кормил тебя ужином.
Я хлопнула его по руке, мои щеки покраснели, а желание разлилось в животе, когда я вспомнила, как он брал меня в рот вчера.
Однако я притворилась, что ничего не поняла, и продолжала как ни в чем не бывало:
– Думаю, я в настроении для отличного утиного паштета и салата.
– Не то, на что настроен я. – Но Сантино все же повел меня к маленькому парижскому ресторанчику со старыми стеклянными витринами, украшенными савойской капустой и фарфоровым цикорием.
Заведение уже стало нашим любимым. Владелец был немного экстравагантным, но говорил по-английски, что радовало Сантино, и здесь подавали вкуснейший утиный паштет с домашними корнишонами и деревенским хлебом. Мы устроились за столиком возле выхода и могли наслаждаться уличными сценками.
– Два бокала шампанского, – сказал Сантино и поднял брови, глядя на официанта. – Если вы его не выпили.
В прошлый раз мы обедали в ресторанчике, хозяин которого вместе с персоналом выпил весь алкоголь во время просмотра футбольного матча, поэтому у них не оказалось ни капли шампанского.
С застенчивой улыбкой официант принес нам заказанный напиток.
– Мы что-то празднуем? – спросила я, поднимая бокал.
– Прекрасную жизнь.
– И то, что ты наконец-то лишил меня девственности? – прошептала я смущенно.
– Несколько недель назад, если быть точнее.
Я надулась:
– Полагаю, это давно не новость.
Сантино парировал:
– Я предпочитаю отпраздновать событие, подарив тебе три оргазма утром.
– Приветствую такое.
Мы чокнулись, и я пригубила шампанского.
Затем мне в голову пришла мысль, от которой я едва не подавилась, с трудом сдержав смех.
– Я почти уверена, папа не будет пылать энтузиазмом, если в твои расходы мы включим шампанское, чтобы доставить мне оргазмы.
Сантино мгновенно помрачнел.
– Я плачу за нас из моих собственных денег. Вот что делает настоящий мужчина, когда приглашает женщину.
– Я обожаю, когда ты ведешь себя как негодник, но и в роли джентльмена ты неплох.
Сантино что-то проворчал и сделал глоток. Он не любил шампанское и сделал это только потому, что я ненавидела выпивать в одиночестве.
– Кстати, – проговорила я, когда мы расправились с едой. – Я возбуждена с того момента, когда мы покинули лужайку у Эйфелевой башни.
– Крыса возбудила тебя? – сухо спросил Сантино, но похотливый блеск в его глазах не остался незамеченным.
– О да! Особенно если они лакомятся картошкой фри. Кстати, это была именно картошка, а не кусок багета.
– Тебе нравится всегда быть правой.
– Не всегда, – поправила я. – Но да, ты угадал.
Сантино махнул хозяину рукой, чтобы оплатить счет, но вместо того чтобы поторопиться и подарить мне оргазм, он болтал с мужчиной так, будто ему больше было нечего делать.
Я стиснула зубы. Сантино явно наказывал меня за постоянные поддразнивания в прошлом.
Когда мы ушли, я позволила своему взгляду блуждать по каждому хотя бы наполовину привлекательному парню.
– Может, мне лучше выбрать одного из них, чтобы утолить желание. Они не станут тратить время на разговоры.
Сантино хищно улыбнулся:
– Боюсь, это уже не вариант.
Его чувство собственничества заставило меня желать Сантино еще сильнее.
Однако мне хотелось склонить чашу весов в свою пользу, поэтому, когда мы вернулись в квартиру, я прошла прямо в свою комнату и заперлась, а затем взяла любимый фаллоимитатор, лежащий в прикроватной тумбочке, и включила секс-игрушку.
Сантино ударил кулаком в дверь:
– Открой.
– Давай попозже. Мне хочется поразвлечься.
– Я снесу дверь!
Я шагнула к кровати, растянулась на покрывале, а затем стянула мокрые трусики.
Я дразнила свои складки вибрирующим кончиком фаллоимитатора, тихо постанывая.
– Анна, у тебя есть еще три секунды, прежде чем я вышибу дверь.
Я с улыбкой прикусила губу и увеличила вибрацию, прежде чем вставить головку вибратора в киску. Теперь я громко стонала.
Раздался треск, дверь распахнулась и с грохотом стукнулась о стену. Деревянные щепки и штукатурка посыпались на пол.
Я ойкнула от удивления и села, широко раскрыв глаза.
Сантино прервал меня:
– Я тебя предупреждал. – Его взгляд метнулся к игрушке, которую я даже не вытащила. – Черт, – процедил он.
Я снова легла на спину.
– Посмотрим, как ты объяснишь это нашему домовладельцу.
– Ты действительно думаешь, что мне не плевать на него, когда я вижу, как ты трахаешь твою сладкую киску вибратором?
Я пожала плечами и медленно засунула фаллоимитатор глубже. Сантино смотрел на меня потемневшими от голода глазами. Он расстегнул штаны и вытащил член, который жаждал присоединиться к процессу.
У меня потекли слюнки, когда я увидела его, но продолжила доставлять себе удовольствие секс-игрушкой, словно мне надоело чувствовать Сантино внутри себя.
Когда он принялся себя гладить, я сдалась.
Я отбросила вибратор. Сантино не понадобилось второе приглашение. Он с ухмылкой бросился к кровати и схватил меня за лодыжки, потом потянул к самому краю и мгновенно погрузился в меня. Я вскрикнула и почти сразу кончила.
Я не знала, как долго мы терялись друг в друге, но внезапно нас прервал звонок во входную дверь, что случалось совсем не часто.
Я была немного сбита с толку, особенно когда позвонили снова. Сантино выскользнул из меня. У него был настороженный взгляд. Мужчина схватил пистолет и поспешил прочь из спальни.
Через некоторое время Сантино вернулся, но выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Я сразу села, опасаясь худшего.
Если родители приехали сюда сейчас, мы оба обречены. В моей спальне, вероятно, пахло сексом, и мой взлохмаченный вид особо не помогал.
– Кто там? – спросила я, вставая, подбирая трусики с пола и поправляя платье.
– Твой жених.
Глава 21
Я замерла.
– Клиффорд?
– У тебя есть еще один жених, о котором я не знаю? – съязвил Сантино, который выглядел разъяренным.
– Что он здесь делает?
– Спроси его. Я еще не открыл.
Я сглотнула. Я не могла отослать Клиффорда, не поговорив с ним. Что, если он сказал моим родителям, что не может жениться?
Может, притвориться, что меня нет дома?
– Впусти Клиффорда и поговори с ним, пока я пытаюсь привести себя в презентабельный вид.
– Конечно, – выдавил Сантино.
Прежде чем я успела добавить что-нибудь еще, он ушел. Я проскользнула в ванную, быстро умылась и надушилась, чтобы скрыть запах Сантино. Мои волосы до сих пор не были такими прямыми, как мне хотелось, но я ничего не могла поделать, зато теперь я не выглядела так, будто занималась сексом с телохранителем.
Сделав глубокий вдох, я покинула ванную комнату. Сантино и Клиффорд находились в гостиной.
Клиффорд неуклюже топтался возле дивана, словно сомневался, что в квартире безопасно. Это было понятно, учитывая суровую физиономию Сантино. Он прислонился к кухонному уголку и взирал на моего жениха своим фирменным убийственным взглядом, скрестив руки на груди.
Я натянуто улыбнулась, совершенно ошеломленная появлением Клиффорда. Я думала, что мы не увидимся, пока я не вернусь в Чикаго на следующее светское мероприятие. Сердце стучало как безумное. Однако на сей раз по совершенно иной причине, чем пятнадцать минут назад.
Оставалось только надеяться, Клиффорд не поймет, что между нами с Сантино что-то есть. Если он проболтается своим родителям и они побеседуют с моими… Учеба в Париже закончится, а у Сантино будут серьезные проблемы.
– Привет, – поздоровалась я, подходя к Клиффорду. Мы обнялись, и я почувствовала неловкость, особенно потому, что Сантино наблюдал за нами. – Ты приехал, – сказала я без надобности.
– Хотел тебя удивить.
– О да. Я удивлена, – ответила я, нервно смеясь.
Я указала на балкон:
– Почему бы нам не посидеть снаружи? Погода неплохая.
Клиффорд взглянул на Сантино и кивнул.
– Согласен. Хорошая идея.
Как и Клиффорду, мне хотелось уйти от Сантино, который выглядел готовым пристрелить моего жениха. Вдобавок я ощутила странную вину перед Сантино.
Как будто я изменяла ему, разговаривая с Клиффордом, хотя должно быть как раз наоборот.
– Ты не выглядишь счастливой. Я помешал? – спросил Клиффорд, взглянув на Сантино, когда мы опустились на стулья.
Поскольку уже темнело и был только март, температура значительно упала после нашей дневной прогулки с Сантино. Я вздрогнула, но не двинулась с места.
Я скорее замерзну насмерть, чем вынесу напряжение, витающее в воздухе между Сантино и Клиффордом.
– Конечно, нет. Я просто очень занята учебой, вот и все. – Ложь. Большинство курсов до сих пор были вводными, поскольку весенний семестр только начинался.
Клиффорд одарил меня мальчишеской улыбкой. Возможно, дело в том, что я провела много времени с Сантино, но жених казался слишком молодым.
– Поэтому я и приехал лишь на выходные. Подумал, что сделать такой сюрприз невесте – замечательное начало для будущего брака.