Похитители мудрости — страница 17 из 38

— Как вы собираетесь это сделать? — дружелюбно спросил незнакомца Друян, стараясь не настраивать его без нужды против себя категорическим отказом.

— Ну, возможности у нас большие, — неопределенно ответил мужчина, шагая рядом со следователем по многолюдному тротуару. — Но мы точно не знаем, в чем вы сейчас больше нуждаетесь: в людях, деньгах или каких-нибудь сведениях…

«Так я и знал! — обрадованно подумал Сергей Викторович. — В деньгах… Научились, подлецы, взятки давать: не прямо в карман суют, а предлагают под соусом помощи. Вот только кто в этом заинтересован?»

— Я догадываюсь, за кого вы меня принимаете, — слегка улыбнулся незнакомец, — но вы ошибаетесь. И, проходя мимо летнего павильона кафе, предложил: — Может, мы сядем за столик и закажем по порции мороженого? А то в этой толчее не разговор, а мука: больше следишь, чтобы тебе ноги не оттоптали, чем слушаешь.

«Раз уж я позволил втянуть себя в этот разговор, надо его закончить с максимальной выгодой, — подумал Друян. — Узнаю, что от меня конкретно хотят. И кто… Все равно он теперь от меня до самого дома не отвяжется».

— Можно и присесть ненадолго, — согласился Сергей Викторович. — Холодной минералки выпить… А к мороженому я отношусь равнодушно: с детства им не избалован.

— Зовут меня Алексей Федорович, — сказал мужчина, когда они сели за столик под цветным тентом и сделали официантке заказ. — Я вначале хотел к вам домой зайти или прямо на работу, но товарищи отсоветовали. Не та обстановка… — пояснил он. — Лучше, когда мужчины разговаривают один на один и находятся в равном положении. Как сейчас… Заметив улыбку следователя, спросил: — Я что-то не так сказал?

— Почему? Пока все нормально, — еще шире улыбнулся Друян. — Просто я вспомнил старый анекдот, когда муж застал у своей жены любовника и предложил ему надеть брюки: «Поговорим на равных, а то вы в трусах, и не поймешь, кто из нас тут хозяин».

— Находчивый парень! — тоже рассмеялся Алексей Федорович, похвалив неизвестного мужа.

— Вообще-то вы правы, — невольно согласился с собеседником следователь, — здесь разговор будет более свободным. Но все равно мы не в равном положении.

— Почему? — удивился Алексей Федорович.

— Хотя бы потому, что вы готовились к разговору, а я нет. И потом: я не знаю, с кем беседую, а вы наверняка знаете обо мне все. Ваше имя мне ни о чем не говорит.

— Справедливо! — согласился собеседник. — Но если я вам скажу, что работаю в крупном банке, причем не рядовым сотрудником, вы же мне не поверите? И, если бы я вас туда пригласил для беседы, навряд ли пришли бы. Сочли бы это оскорблением или, в лучшем случае бестактностью.

— Ну, хорошо! Допустим, я верю, что вы представитель банка. Какого — мне пока неинтересно. Давайте поговорим о том, чем бы вы хотели мне помочь. Вернее, не мне, а следствию, — поправился Друян. — А то вон официантка уже наш заказ несет.

— Вам, Сергей Викторович, наверняка приходилось выслушивать предложения о взятке, — полуутвердительно начал собеседник, смакуя маленькой ложечкой мороженое.

— Приходилось, — отозвался Друян, отпивая из стакана минералку.

— Так вот… Я вам не буду предлагать денег, чтобы вы в этом деле поспешали медленно или вообще спустили его на тормозах. Наоборот: мои товарищи заинтересованы в том, чтобы вы его раскрыли как можно скорее. Иными словами, преступники должны быть найдены, Зоя Федоровна — вернуться домой, а украденные книги — стоять на месте. Для этого мы готовы оказать вам любую помощь. Конечно, в разумных пределах.

— А я, принимая эту помощь, должен наверное, информировать вас о ходе расследования? — предположил следователь, подозревая, что это новая, еще неизвестная хитрость преступников, стремящихся проникнуть в тайны следствия.

— Зачем? — искренне удивился Алексей Федорович. — Нам это совсем неинтересно. Методы и средства расследования — это ваше профессиональное дело. Нам важен результат! — подчеркнул он. — Быстрый и положительный. Мы вот, например, знаем, что у вас нет служебной машины и вы зачастую ездите попутным городским транспортом. Или пользуетесь машиной милиции. Так много не наработаешь!

— Ничего не поделаешь, — пожал плечами Друян. — Не я один в таком положении.

— Видите вон ту машину? — кивнул собеседник в сторону длинной приземистой машины белого цвета, припаркованной у бровки тротуара. — Это «мерседес» последней модели. Берите ее и пользуйтесь бесконтрольно, — щедро предложил Алексей Федорович. — Причем о бензине можете не беспокоиться.

— Спасибо за предложение, но я не умею водить машину, — решил Друян обратить все в шутку. — Как-то не пришлось выучиться…

— А зачем вам самому водить машину? — положил собеседник ложечку в вазочку с недоеденным мороженым. — Для этого есть шофер. Только говорите ему заранее, во сколько и куда подавать машину, остальное не ваша забота. В том числе и зарплата шофера. Скажу больше: после окончания следствия вы можете эту машину оставить себе. Все необходимые документы мы оформим сами. Не захотите пользоваться — отдадите сыну. Он у вас как раз в таком возрасте, когда человек всерьез начинает мечтать о собственной машине.

— Нет, спасибо, — поблагодарил Сергей Викторович. Представив себе, какие будут лица у его коллег и прокурора, когда он подкатит на этой машине к прокуратуре, добавил: — Боюсь, что ваши добрые намерения будут кое-кем истолкованы превратно, и я тогда из следователя превращусь в подследственного. Отпив еще несколько глотков воды, спросил: — А вы и ваши коллеги — друзья Зои Федоровны?

— Друзья? — задумчиво переспросил Алексей Федорович. — Как вам сказать… Откровенно говоря, она в нас не очень нуждается. Таких друзей, как мы, у нее много, а она одна. Просто нам нужна иногда ее помощь в виде советов или консультаций. Энергетическая подпитка, так сказать… — улыбнулся собеседник. — Если у нас много денег, это еще не значит, что мы всесильны. Больше того, иногда мы испытываем чувство неуверенности перед грядущими событиями, не в силах предугадать, какой они примут характер. Вот почему мы заинтересованы, чтобы она как можно скорее вернулась к себе и спокойно работала.

— Понятно, — обронил следователь. — Вы ее постоянные клиенты…

— Угадали! — обрадованно подтвердил Алексей Федорович.

— … и тоже верите во всю эту чертовщину, — закончил фразу следователь.

— Это наше дело, во что верить, — холодно заметил собеседник. — Нам, во всяком случае, это не мешает зарабатывать деньги.

— Ну, хорошо, — примиряюще сказал Сергей Викторович. — Вы говорили, что можете помочь мне людьми…

— Говорил, — подтвердил собеседник.

— И вы знаете многих знакомых Шарфиной… — выжидающе замолк Друян.

— Предположим, — посмотрел Алексей Федорович на следователя умным, спокойным взглядом карих глаз.

— Тогда помогите мне найти Зою Федоровну, — попросил Друян. — Хоть ненадолго… Может, она подскажет, кто, предположительно, был заинтересован в краже книг.

— А зачем ее искать? — удивился собеседник. — Мои коллеги знают, где она находится, — обыденным тоном сообщил он. — Причем в полной безопасности.

— И вы тоже знаете, где она? — спросил ошеломленный следователь.

— Я сказал — мои друзья.

— Хорошо, пусть друзья… Нельзя ли устроить через них встречу с Шарфиной и поговорить с ней?

— Не знаю… Это зависит не от моих друзей, а от согласия самой Зои Федоровны. Кроме того, вы уверены, что не приведете за собой тех, кто заинтересован в смерти Шарфиной? Это я к тому спрашиваю, что после вашего визита со Стрекаловым к художнику Камышину его вскоре убили. Очевидно, кто-то за вами следил и старается убрать всех друзей Шарфиной. Но я спрошу, — пообещал Алексей Федорович. — В любом случае вам позвонят. Я или сама Шарфина. А пока…

— достал он из нагрудного кармашка пиджака небольшой прямоугольник глянцевого картона. — Возьмите мою визитку. На всякий случай… Может пригодится.


* * *

Капитан Стрекалов подошел к киоску, где торговали различными замками и запорами, и стал со скучающим видом рассматривать витрину, но это не ускользнуло от внимания старого рецидивиста Сизаря. И хотя он давно уже бросил заниматься делами, за которые можно было загреметь в зону, связи с уголовным миром сохранил и иногда по рекомендации старых друзей, через третьих лиц, делал на заказ набор отмычек или ключи по слепку. Но всегда, прежде чем приступить к работе, оговаривал условие, чтобы изготовленные им ключи после окончания «дела» вместе в оплатой были возвращены назад. Так было спокойнее.

А с квартирой Шарфиной получилась осечка: ни ключей, ни денег Сизарь от своих заказчиков не получил. Хотя, казалось, все было продумано до мелочей: помощники Сбитнева предварительно испортили замки в дверях ее квартиры, а затем сумели направить Шарфину к нему в киоск с просьбой поменять замки. Сизарь сразу увидел, что Шарфина и ее домработница никогда до этого не занимались бытовыми мелочами, и легко уверил их, что к замкам имеется только по два комплекта ключей. «Надо было все три отдать! — запоздало сожалел Сизарь. — Поленился дубликаты выточить, а теперь вот… Ну, врезал бы ей замки на день позже, пока тем друзьям ключи изготовил, ничего страшного не случилось бы… Зато не было бы никаких подозрений! А так… теперь легавый круги возле киоска пишет», — тоскливо думал Сизарь, изредка поглядывая через стекло витрины на капитана.

И вообще после ограбления квартиры стало происходить что-то непонятное: по городу поползли слухи об исчезновении Шарфиной из морга, затем кто-то вскрыл опечатанную квартиру Зои Федоровны и убил там ее соседку, а Сбитнев и его гость Юткевич были обнаружены на даче застреленными. «Значит, ключи пока не у следователей, а у подельников Сбитнева, — повеселел Сизарь, — иначе бы этот мент не разглядывал витрину киоска, а сгреб меня без лишних слов и отправил в камеру думать. Хотя… радоваться рано — в уголовке тоже дураков не держат, и они прекрасно понимают, что, если квартиру открыли во второй раз, значит, у кого-то из друзей Сбитнева есть ключи. И теперь, кто вперед их найдет, тот и с козырями на руках будет, — пришел к выводу Сизарь. — Посмотрим, чьи люди проворне