— Тебя это, конечно, сильно заденет, — начал он, — но дело вовсе не в тебе. — Ты ведь все время думала, что история раскручена вокруг тебя!
Я не стала возражать, хотя его циничная ухмылка так и вызывала на спор.
— Речь идет о Берингове и его изобретении, — нейтральным тоном подсказал Андрей Павлович.
— Ты что-то изобрел? — мрачно спросила я, повернувшись к Егору. — Что-то ужасное? Какое-нибудь новое секретное оружие?
— С чего ты взяла? Я сто раз объяснял, что в некотором роде пацифист!
— Да, но твои мозги об этом не знают.
— Не изобретал я никакого оружия! — фыркнул Егор.
Я не могла не признать, что он выглядит потрясающе и хорошо держится.
— Так в чем же дело? — не отступала я, Берингов потер переносицу указательным пальцем и наконец сообщил:
— Я изобрел новый технологический процесс.
— Чудесно! — насмешливо заявила я. — Это все объясняет! Расскажи популярно, чтобы было понятно простым смертным вроде меня.
Егор потер руки, словно они у него замерзли. В голосе его не Было никакой торжественности, когда он сказал:
— Ну, я придумал, как разбавлять топливо.
— Вот это по-русски! — восхитилась я. — Разбавлять?
Чем?
— Ну.., более дешевыми составляющими. Если рассказывать подробно, ты не поймешь, кисочка.
— Прекрасно. И из-за этого изобретения меня развели с первым мужем, а затем подменили второго на.., неизвестно кого? — Я метнула в сторону Шаталова возмущенный взгляд. — Как это произошло? Ты что, Егор, написал свои формулы несмываемыми чернилами у меня на спине, и я об этом ничего не знаю? Поэтому все лезли ко мне в постель, словно изголодавшиеся клопы?
— Минутку, — сказал Андрей Павлович, энергично посверкивая синими глазками. — Сейчас все станет понятно. Дело в том, что Егор Бориславович решил особым образом распорядиться своим изобретением. Он активно начал искать контакты с западными фирмами.
— С «Эй Ти Мердок компани», например? — догадалась я.
— Откуда ты знаешь? — Егор так искренне изумился, что его брови уползли куда-то под челку.
— Дружки твои засветились, — сообщила я. — Пол Рейнолдс разыгрывал из себя влюбленного дурака, голову мне морочил: ресторан, театр. Потом появился второй, забыла, как его. А на самом деле эти двое разыскивали тебя и твой технологический процесс! — Я хлопнула себя ладонью по лбу. — Вот он почему так настаивал, голубчик, на том, чтобы я возобновила с тобой отношения!
«С первый муж надо быт друздья!» — передразнила я Пола Рейнолдса. — Он просто мечтал, чтобы я тебя нашла!
Почему я сразу не догадалась? Ведь он был так настойчив! Как же ему хотелось, чтобы мы с тобой возобновили отношения!
— Бедняжка! С чем тебе только не пришлось столкнуться из-за меня! — посочувствовал Егор.
— Кстати, — неожиданно вспомнила я. — Если не ошибаюсь, Пол Рейнолдс куда-то подевался? Его ведь искал коллега!
— Не волнуйтесь, с ним ничего не случилось, — поспешил успокоить меня Андрей Павлович. — Он просто загулял. Нашел себе очередную девицу.
— Да ну?
— Девица оказалась той еще оторвой. Завезла его куда-то под Тулу. В общем, история интересная, но к нашему делу никакого отношения не имеет.
Молча согласившись с этим, я снова повернулась к своему первому мужу:
— Какого черта ты с ними связался, с этими американцами? — с чувством спросила я.
— Я подумал, что на Западе у моего изобретения есть будущее, — пожал плечами Егор.
— Нам стало известно о контактах академика с американцами, — будничным тоном добавил Шаталов. — Мы обычно отслеживаем.., такие вещи. Академику следовало бы знать.
— Я и знал. Только не думал, что ваш интерес начинается уже со стадии предварительных переговоров.
— Ну, так что же произошло? — не выдержала я.
— Произошло то, что каким-то образом о моем изобретении узнал Скитальцев! — достаточно зло выпалил Егор.
— А что тебя так напрягает? Все-таки ты на его фирме занимался изобретательством, — как мне показалось, резонно возразила я и тут же заметила, как переглянулись Шаталов и его шеф. — Вы что, и к этому тоже приложили руку? К тому, чтобы Скитальцев узнал об изобретении Егора?
— Все просто, — пожал плечами мой подставной муженек. — В «Атуме», учитывая его высокий научный кадровый состав, есть наш сексот.
Я недоверчиво уставилась на него:
— Кто, прости? Сексот? Это что-то, связанное с сексом?
— Я был уверен, что ты подумаешь именно об этом, — снисходительно усмехнулся Шаталов. — Твои мозги, словно старый приемник, настроены на одну волну.
Я вспомнила, как однажды прижимала его к кровати двумя руками, и покраснела.
— Сексот — это секретный сотрудник, — примирительным тоном пояснил «добрый дядюшка» Андрей Павлович.
— Ах, вот оно что! — встрепенулся Берингов. — Значит, ваш секретный сотрудник пронюхал о том, чем я занимаюсь в лаборатории «Атума»…
— Так точно. Он пронюхал, но решил немножко на этом подзаработать, — сказал Шаталов.
— Каким образом можно было на этом подзаработать? — изумилась я. — Вот народ! Делают деньги на всем, что ни попадя!
— Это точно, — согласился Шаталов. — Когда мы попросили его разведать, чем, хотя бы в общих чертах, занимался академик Берингов в лаборатории в неурочное время, он разнюхал это довольно быстро. Но прежде, чем сообщить об этом нам, решил продать «горяченькую» информацию владельцу фирмы Скитальцеву.
— Как это — продать? — удивилась я. — Ведь Егор работал у Скитальцева!
— Работал, — кивнул Шаталов. — Но своим изобретением, как видишь, с ним делиться не собирался. А так, узнав все, Скитальцев мог прибрать изобретение Берингова к рукам. Причем практически на законных основаниях.
— Ни Скитальцев, ни кто-либо из его сотрудников не имеют к моему изобретению никакого отношения! — вспылил Егор.
— Спокойно, — ласково сказал Андрей Павлович. — Вас никто ни в чем не обвиняет.
— Итак, наш сексот, — Шаталов мстительно посмотрел на меня, — на некоторое время придержал информацию. То есть не сразу сообщил нам о том, чем занимается в лаборатории Берингов. А за некую кругленькую сумму все рассказал Скитальцеву. Выждал какое-то время и лишь тогда передал информацию нам, как это и было им задумано.
— Но за это время, — встрял Егор, — Скитальцев успел взять меня за горло. В Картахену за мной прилетели два человека… О, я был так рад, что тебя не оказалось в номере, кисочка! Этот испанец подвернулся так вовремя!
Я в очередной раз проглотила «кисочку» и смущенно потупилась. Он был рад, надо же! Просто ирония судьбы!
— Мне даже не позволили оставить записку, — продолжал между тем Егор. — Наверное, боялись, что я сумею каким-то образом дать тебе понять, что попал в переделку. Поэтому-то я и думал, что для тебя просто внезапно исчез.
— Насколько я понимаю, когда ты предстал пред светлы очи Скитальцева, то потребовал объяснений?
— Это он потребовал объяснений, — неохотно признался Егор. — Борис заявил, что имеет на мое изобретение все права. Потому что, когда я это изобретение сделал, официально работал на него, на Скитальцева. На его фирме и на его оборудовании.
— В принципе, это логично, — важно кивнула я. — Я так и сказала с самого начала, ты помнишь?
— Ты не понимаешь, кисочка! — стал горячиться Егор. — Если бы я отдал Скитальцеву все права на изобретение, мы с тобой так и жили бы по-прежнему!
— А мы что, плохо жили? — удивилась я.
Егор насупился и мрачно сказал:
— Я хотел дать тебе больше. Гораздо, гораздо больше!
Ты этого заслуживаешь. Ты такая.., необыкновенная!
Шаталов принужденно кашлянул и закинул ногу на ногу. Лицо его приобрело отрешенное выражение. Однако мне было все равно. Решительно все равно. Я уже представила его папашей троих детей, и это воображаемое зрелище навсегда оскорбило мои лучшие чувства.
— Все эти месяцы Скитальцев держал меня взаперти, — продолжал свое увлекательное повествование Егор.
— Так ты был его пленником?!
— Вот именно, кисочка, пленником! И я так скучал по тебе! — Егор наклонился и нежно поцеловал меня в макушку. — Кстати, что вы там говорили по поводу развода? Что это чистой воды афера и он не может считаться действительным?
— С разводом было вот что, — начал Шаталов. — Скитальцев понимал, что Валерия обязательно примется вас искать, Егор Бориславович. Поэтому он поскорее послал к ней человека из своей службы безопасности, чтобы тот придумал правдоподобную историю, объясняющую ваше исчезновение. Ну, там… Задание государственной важности, длительная командировка… Что-нибудь в этом роде. Однако когда на следующее утро этот тип познакомился с Валерией, та находилась в невменяемом состоянии.
— Еще бы! — Егор накрыл мою руку своей. — Она переживала!
— Э… — сказала я, пряча глаза. — Я не знала, что это был человек Скитальцева. Он подсел ко мне в баре… Я разоткровенничалась… Честно говоря, в ту ночь я немножко перебрала!
— Она была пьяна, — с милой улыбочкой пояснил Шаталов. — Мучилась раскаяньем.
— Ты рассказала человеку Скитальцева про испанца! — догадался Егор.
— Он был так мил… — виновато промямлила я.
— Парень, не будь дураком, тут же сообразил, что можно извлечь из этого признания, — наклонился вперед Шаталов. — Раз Валерия подумала, что Егор покинул ее, узнав об измене, можно с успехом разыграть эту карту. В Москве она решит, что муж не простил измены и теперь упорно избегает ее. Скитальцев взял у Берингова документы и за взятку организовал заочный развод. Если бы Валерия сама случайно не узнала об этом, ей бы как-нибудь сообщили. Скитальцев хотел вывести ее из игры. Кроме нее, никто не стал бы искать его пленника в официальном порядке.
— А моя сестра? — возмутился Егор.
— Вот уж кому легче легкого было бы задурить голову!
— Не волнуйся, кисочка, развод можно аннулировать! — решительно заявил Егор. — И последовавший за ним брак тоже. Кстати, что это за тип, за которого ты так неосмотрительно вышла замуж? — ревниво спросил он.