– Кто вы? Какова ваша суть и магия? – спросила я, приходя в себя. Хорошо хоть целоваться не начали. По-прежнему сидели друг напротив друга. – Ты говорил о магии звезд. Но сам владеешь не ею?
– Нет. Боги не владеют магией звезд. Магия звезд присуща лишь нескольким мирам, в том числе этому. Мы пришли из другого мира. Из мира, где рождаются столь могущественные существа, что в других мирах они считаются богами. Откуда взялись первородные боги, уже сам сказать не могу. А мы – я и мои собратья – рождаемся, как и все остальные. У нас есть матери и отцы. Но в одном мире нам тесно. И, подрастая, боги ищут другие пристанища. Так мы пришли в этот мир. В поисках нового дома. И нашли. Решили, что вполне сойдет. А магия всегда с нами. Мы и есть магия. Мы ее тратим и снова генерируем.
Стоп! Генерируем? Помнится, Эвар удивлялся, откуда я знаю умные слова, никак не вяжущиеся с развитием людей. Я не могу знать это слово. Проверка? Наверняка.
А значит… я захлопала ресницами и переспросила:
– Что значит «генерируем»?
Что-то странное блеснуло в глазах Воргарека. Похоже, насчет проверки я не ошиблась. Бог пояснил:
– Заново создаем. Уровень магии восстанавливается в нас самих. Мы не нуждаемся во внешних источниках, но все же кое от чего зависим. От веры. Чем больше в нас верит людей или других разумных существ, чем больше нам молятся и поклоняются, тем сильнее мы становимся.
Так, вот сейчас главное правильно дурочку изобразить. Чем глупее выглядит мордаха, тем меньше подозрений вызовет вопрос.
– Настолько, что сможете победить демонов?
– Возможно.
– Но если их не будет, то не станет и соперников.
– До этого еще далеко, – уклончиво ответил Воргарек.
Дальше допытываться не имело смысла. Я поспешила сменить тему.
– А как вы проходите между мирами?
– Легко, – Воргарек улыбнулся. – Для богов это как пройти из одной комнаты в другую.
К сожалению, больше ничего выпытать не удалось. Но, выходит, способ, которым пользуются боги, подходит исключительно им. Опять же, получается, что Воргарек мог бы мне помочь. Вот только не могу я сказать ему правду. Просто не могу. Слишком силен, слишком непредсказуем.
За ужином ко мне снова пристали. Думала, пару дней выиграла? Ошибалась! Жены Воргарека одна за другой начали рассказывать о божественном опыте постельного времяпрепровождения с Воргареком. А руководила этим безобразием Ольмина. Похоже, решила вытравить из меня страх перед мужчинами, которым я будто бы страдаю. Их послушаешь, так будто в жизни ничего прекрасней нет, чем мужские ласки. Ну, не знаю. Может быть, в отношении Воргарека это действительно так. Он все же бог. А мне то ли не повезло с мужчиной, то ли я просто не настолько восторженная…
На мой взгляд, будь я невинной барышней из Средневековья, вообще бы перепугалась от всех этих разговоров. Вместо того чтобы кинуться Воргареку в объятия. Слишком уж сильно на меня напирали.
– А еще, – добавила Ольмина, – мы все остаемся молодыми. Звучит удивительно, но после первой же ночи с Воргом мы перестаем стареть. Эффект, конечно, временный. Но если периодически повторять, молодость сохранится навсегда. – Глаза Ольмины лукаво заблестели. – Вот, например… Дельмира. Познакомьтесь. Первая жена Ворга!
Из-за стола приподнялась шатенка с толстой косой и худым, скуластым лицом. Не красавица, как и все. Живое доказательство того, что поднять человека к облакам недостаточно – он не начинает сиять и магией звезд не наполняется. Как ни крути, для этого дела пришлось призвать человека из другого мира.
– Я стала женой Ворга тридцать лет назад. Мне тогда было семнадцать, – сказала Дельмира.
Я с интересом к ней присмотрелась. Красавица или нет, а выглядит юно, с этим не поспоришь. Лет на семнадцать как раз. Они все здесь выглядят, как молодые девушки. Кто-то старше, кто-то чуть моложе. От семнадцати до двадцати лет, наверное. Уж точно не сорок семь! Вот оно благотворное влияние близости с богом.
– Ты тоже сохранишь молодость. Навсегда, – добавила она, прежде чем сесть.
– Ну что скажешь, Илона? Стоит оно того? – добавила Ольмина.
– Я… мне нужно еще немного времени, – сказала я, специально запнувшись, и спрятала глаза.
Однако тем самым я подписала себе приговор. Жены Воргарека решили действовать самостоятельно. Долгая психологическая реабилитация, похоже, в их планы совсем не входила. Да и психологов в этом мире в принципе не было, даже у продвинутых авьеров.
Я ничего не заметила, пока ужинала. Ничего не замечала, пока шла по коридору к своей комнате. А вот потом… накатило.
Меня бросило в жар. Сердце взорвалось бешеным стуком. И мне дико захотелось, чтобы ко мне прикоснулся мужчина.
– Вот стервы, – пробормотала я, закусив губу почти до боли. Увы. Боль не отрезвила. Наоборот, завела еще сильнее.
Жар усилился, я мгновенно взмокла. Кожа тут же покрылась капельками пота. Я рванула в купальню. К счастью, своя собственная в покоях тоже имелась, не пришлось идти в общие, подготовительные к ночи любви. А, черт, о чем я думаю! Вода. Скорее вода. Холодная. Ледяная.
Я терла себя мочалками. Окуналась в холодную воду снова и снова, пока наконец не показалось, что желание отступает. Выбралась из купальни и тут же пожалела об этом. Огонь накинулся с удвоенным рвением. В животе заполыхало так сильно, что сделалось больно. Я согнулась пополам, пытаясь отдышаться.
Вот черт. Черт. Черт! Что делать-то?
Не хочу к Воргареку. Не пойду к нему. Нужно держаться.
В конце концов, эта дрянь, которую мне подлили, вряд ли будет действовать долго. Возможно, стоит продержаться несколько часов, и станет легче. А ближайшее время желательно провести в холодной воде. Иначе с ума сойду от проклятого вожделения!
Не думать об этом. Не думать. Растворяться в воде, выпуская жар на волю, прочь от себя. Расслабиться и прикрыть глаза. Пусть холод наполняет тело, остужает. Пусть кожа покрывается мурашками, а огонь затихает.
Я прикрыла глаза и откинулась на холодный бортик. Опасность простыть – последнее, что волновало сейчас.
Кажется, постепенно удалось расслабиться. Мысли, сосредоточенные на спокойствии и пустом пространстве, которое я воссоздавала в своей голове, начали куда-то утекать. Пространство постепенно наполнялось. Зеленые глаза, похожие на два изумруда. Чуть прищурены насмешливо. Тонкие губы тоже насмешливы, будто с них вот-вот слетит очередной подкол. Все больше деталей: вспоминаю его тело. Его руки. Еще не так давно он касался меня. Целовал жарко, заставляя забыть обо всем.
Я встрепенулась, сообразив, что наглаживаю бедра мочалкой. Кожа натерта до красноты и снова пылает. А вода, кажется, сделалась теплее. Будто мой жар растекается, проникает во все, с чем соприкасается тело.
Бешеные курицы, чтоб им… да чтоб… Воргарек потерял к ним интерес!
Не стоило вспоминать Воргарека. Потому как в дверь постучали.
– Илона, ты еще не готова?
Захотелось слегка утопиться.
– К чему? – откликнулась я.
Холод. Меня наполняет холод. Вдох-выдох. Спокойствие. Желание отступает. Кажется, я сама начинаю в это верить.
– К вечерней прогулке. Я покажу тебе водопад. Полагаю, тебе понравится.
– Ты не мог бы выйти?..
– Конечно…
Сколько ни прислушивалась, больше ничего не слышала. Можно надеяться, что Воргарек на самом деле вышел из моей комнаты в коридор. Нужно выбираться. И каким-то неведомым образом совладать со своими желаниями. Вроде бы они на самом деле слегка отступили.
Осторожно вылезла из купальни. Двигаться тоже старалась осторожно. Будто неловкое движение могло вновь пробудить огонь желания. Но я просчиталась.
– Илона, ты уже готова? – промурлыкал Воргарек.
Он не вошел, о нет – смиренно дожидался за дверью. Вот только его голос как будто проник под кожу, вмиг разжигая пожар. Зеленоглазый образ сменился в голове синеглазым божественным красавцем. Меня буквально скрутило от понимания, что он совсем рядом. За дверью. За какой-то дверью, которую достаточно лишь открыть, чтобы ощутить его объятия, его ласки, его губы на своей коже.
Разум помрачился. Уже не соображая, рванула к двери и едва не сорвала ее с петель. Лихорадочно осмотрелась, поймала недоумевающий взгляд Воргарека и набросилась на него. Бог не растерялся. Вовремя распахнул объятия, с готовностью принимая меня. Мои руки обвились вокруг его шеи, ноги – вокруг талии. Я впилась поцелуем в его губы. Воргарек тут же ответил, каким-то чудом перенимая инициативу.
Что-то мешалось. Ах да, длинная ночная рубашка, которую я каким-то чудом успела натянуть. Ткань раздражала, неприятно елозя по телу, когда до боли хотелось соприкоснуться с горячей, шелковистой кожей бога. Страсть сводила с ума, лишала способности мыслить. Я уже готова была разорвать рубашку, потому что не могла выпутаться из нее, не отрываясь при этом от Воргарека. Даже секунда, когда наши тела не будут делиться жаром друг с другом, пугала, казалась нестерпимой и невыносимой.
Руки Воргарека опустились мне на талию. Обхватили, с силой сжали. И внезапно отстранили меня от него. Я повисла над полом, но все же сообразила, что теперь могу стоять. А если стоять, то снова можно потянуться к нему.
– Илона, с тобой все в порядке?
– Нет! Я хочу тебя до безумия, – выпалила я и все же коснулась босыми ступнями пола. Попыталась снова приблизиться к Воргареку, но он не пустил – продолжал удерживать на вытянутых руках.
– Илона, признавайся. Что ты пила?
– Ничего. Ты сам хотел сделать меня своей. Я готова. Возьми же меня, хватит трепаться!
Воргарек на мгновение замешкался. Я воспользовалась этим и подскочила к нему, снова накрывая его губы своими.
– Илона! – он оттолкнул меня.
Я бы, наверное, опять к нему подскочила. Опять хотела повиснуть на нем. Но не успела. Воргарек обхватил меня за горло и впечатал в стену.
Страсть взорвалась во мне еще одной вспышкой, едва не скрутив тело.
– Любишь пожестче? Давай, – я соблазнительно улыбнулась, облизывая губы. Изогнулась, прижимаясь к нему, потому что стоять без движения было совсем невозможно. Хотелось почувствовать его еще ярче. – Я готова. Только хватит тянуть. Действуй, ну же!