Меня пугает его отец. Пугают демоны. Но сам Эвар – нет. Не пугает. Все так же безумно притягивает мои мысли, мои чувства, всю меня. Я злилась, ненавидела, обижалась, пыталась забыть. И все равно пришла к нему. Все равно сейчас сжимаю в руках книгу, ни одна строчка из которой не достигла сознания, потому что все мысли о нем. О том, чтобы у него все получилось. Чтобы Эвар смог вернуться… просто вернуться сюда. За мной. А дальше… не знаю. Не могу об этом думать, не могу думать ни о чем, пока Эвар в логове демонов пытается побороть родного отца!
Я еще долго металась с одного места к другому. Ходила из стороны в сторону, возвращалась на кухню, чтобы взять что-нибудь пожевать, пыталась читать.
Боль пришла внезапно. Странно, видения еще никогда не приносили такой боли, а сейчас меня буквально скрутило. Кажется, я упала, хватаясь за подлокотник кресла, но само падение уже не почувствовала. Со всех сторон наплывали темные круги с изумрудными искорками. Омут Провидения. Я видела его, чувствовала. Вдыхала, захлебывалась и никак не могла из него вынырнуть. Красный разряд прошил насквозь воду, ударил меня. Снова боль. Снова попытка вдохнуть.
Черт, да я ведь так сдохну от этого видения!
Отчаянный рывок помог мне выбраться на поверхность. Картинка сместилась. И вот я уже вижу поляну и каменную кадку с Омутом. А над ним возвышается Эвар и читает заклинание. Его руки распростерты над Омутом, с ладоней срываются красные молнии и бьют прямо в воду. Так вот что это было. Вот откуда эта боль. Я ощущаю ее вместе с Омутом!
Но Эвар… что он делает? Зачем?
С жутким звуком каменная кадка треснула. Меня затопил ужас. Эвар ломает его? Ломает Омут Провидения?!
Я должна что-то сделать! Потому что… это происходит прямо сейчас.
Вырваться из видения оказалось непросто. Но я все же сумела. Восприятие снова раздвоилось. Какой-то частью я по-прежнему была на поляне вместе с Омутом Провидения. Но теперь снова могла чувствовать себя в этом доме. Поднялась с ковра, на который упала, и рванула к выходу из комнаты. Снесла столик, уронила стул, едва сама вновь не грохнулась. Ориентироваться было крайне сложно, одна картинка постоянно наплывала на другую. И там, где казалось, что пространство свободно, я натыкалась на стену, потому что промахнулась мимо двери на несколько десятков сантиметров.
Эвар продолжал произносить заклинание, красные молнии били в воду. По каменной кадке бежали трещины, их становилось все больше, больше. А я, выбравшись из комнаты в коридор, пыталась добраться до выхода из дома. Там, на улице, я разрушу защиту своим прикосновением и отправлю импульс Демиару. Быть может, мы еще успеем. Должны успеть!
Я снесла дверь ударом магии, чтобы не разбираться с замком. Почти добралась до выхода, оставалось всего несколько шагов, когда боль стала невыносимой. Омут Провидения взорвался, разлетаясь каменными обломками во все стороны. Темная вода с изумрудными искрами вздыбилась над землей фонтаном. Эвар лишь прикрылся щитом, не позволяя до себя добраться ни воде, ни камням.
Я закричала от чудовищной, нестерпимой боли, пронзившей все тело в тот миг, когда Омут Провидения взорвался. И, кажется, Эвар услышал. Не знаю, каким образом он мог услышать мой крик, но вдруг обернулся. Полыхающие адским пламенем глаза пронзили насквозь. В них не было и следа от прежних чувств – только огонь и жажда уничтожить все вокруг.
Эта страшная картина выбросила меня из видения, но боль никуда не делась, наоборот, усиливалась с каждым мгновением. В меня как будто вливался поток раскаленной воды. Я снова захлебывалась, уже не в силах кричать. Но цель упорно билась в мыслях, не давала остановиться. И я ползла. Через порог, по ступеням. Туда, где радужными переливами мерцает защита на доме. Только бы дотянуться, только бы добраться до нее. Тогда Демиар найдет и что-нибудь сделает. Он обязан что-нибудь сделать, он же король!
Я потянулась к куполу, желая разрушить. Правую руку как будто раскаленным железом обожгло! Вдоль всей руки, от запястья и до основания шеи. Эту боль я уже не выдержала и потеряла сознание.
Не знаю, как долго я провалялась без чувств, но чье-то прикосновение, принесшее с собой облегчение, заставило вернуться к реальности.
– Илона, ты… Ты пришла в себя? Хорошо, – выдохнул Демиар.
Отголоски боли прошлись по телу странным эхом.
– Тихо-тихо, – произнес король, придержав меня. Тело содрогнулось и почти сразу успокоилось. Боль еще была, но какая-то невнятная.
Похоже, времени прошло немного. Мы все так же на улице. Демиар сидит прямо на земле, мою голову положил к себе на колени и водит над телом ладонью.
– Такая сила… невероятно…
– Демиар! Омут Провидения… нам нужно к нему.
Я снова попыталась вскочить. На этот раз авьер препятствовать не стал, даже помог. Еще и придержал, когда я, оказавшись на ногах, едва не упала. Голова закружилась совсем неожиданно, ноги вдруг подломились.
– Поздно. Уже некуда спешить, – сказал Демиар с болью. У него боль, в отличие от моей, была душевной.
– Как? Ничего не исправить? Неужели ничего нельзя исправить?
– Он разрушил Омут Провидения. Чтобы у нас больше не было Оракула.
– А Оракул… что с ней?..
– Я могу отвести тебя к ней.
– Можешь? Мне можно?
– Да. – Странно на меня посмотрев, сказал: – Теперь можно.
Я не поняла этой фразы, но не стала допытываться. Сейчас важнее всего увидеть Оракула. Убедиться, что она жива!
Демиар открыл портал, перенося нас обоих на ту самую поляну. На этот раз Оракул была здесь. Сидела прямо на груде камней. И потерянно, словно не осознавая, что делает, перебирала их же. Камней осталось действительно много. А вот воды… ни капли. Вся впиталась. Омут Провидения уничтожен. Эвар его уничтожил.
От этой мысли сердце пропустило удар. И снова стало больно, теперь уже душевно.
Демиар отступил, чтобы не мешать. На негнущихся ногах, едва ли не падая, я подошла к Оракулу. И все-таки упала. Рядом с ней почти рухнула на камни.
– Знаешь, почему в нем были изумрудные искры? – спросила Оракул, подняв на меня пустой взгляд.
– Почему? – тихо спросила я, касаясь обломков камней руками. Сухие. Совсем сухие. Как будто и не было воды.
– Потому что в нем была магия звезд. Живая магия звезд струилась в этих водах. Мы не сможем такое повторить. Это было творение богов. И оно разрушено. Навсегда. Тебе придется справляться без Омута…
– Мне?
Меня называли предательницей, обвиняли во всех грехах, хотели казнить… Так при чем здесь я?!
– Да, тебе. – Оракул внезапно схватила меня за руку, выворачивая ее. – Посмотри!
– Ай! – воскликнула я, опуская взгляд на руку. И замерла. Потому что на ней появилась татуировка. От запястья вверх, по всей руке, до основания шеи вились затейливые зеленовато-черные узоры. Такие же, как у Оракула. Ведь точно. Я видела эти узоры у Оракула, когда она пришла на бал в открытом платье! – Ваша татуировка…
– Моя татуировка выцветает, – грустно улыбнулась Оракул и задрала правый рукав. Я увидела у нее на руке такие же узоры, только они на самом деле стали бледнее. И, кажется, бледнели с каждым мигом. – Татуировка выцветает, сила уходит. Сила – единственное, что поддерживало во мне жизнь.
– Постойте! Вы же не хотите сказать, что…
– Я умираю. Да, девочка, я умираю. Это не изменить, как не спасти Омут Провидения. Но ты должна остаться.
– Да при чем здесь я?! – кажется, еще немного, и у меня начнется истерика.
– К тебе перешла его сила. И моя тоже переходит. В мире не может быть двух Оракулов одновременно.
– Я не Оракул.
Она лишь покачала головой и продолжила:
– Я сразу все поняла, как проявилась твоя сила. Сила Оракула в нашем мире едина. И если она появилась у тебя, значит, уйдет от меня. Ты – новый Оракул Авьерона. И Омут Провидения тоже отдал тебе силу. Я чувствовала это. Впервые чувствовала то, что связано с тобой. Я понимаю, почему все это происходит. Давно поняла. Один Оракул не может видеть другого. А ты стала Оракулом. Вся сила провидения, наполняющая этот мир, теперь в тебе. И ты одна знаешь, что дальше делать. Как поступить.
– Но… – горло сдавило, я просипела с трудом, – я не знаю. Ничего не знаю.
– Знаешь, – Оракул погладила меня по руке. – Или узнаешь. Скоро. Тебе просто нужно принять эту силу. Свыкнуться с ней. – И вдруг позвала: – Демиар! Подойди ко мне.
Король тут же оказался рядом с нами, опустился на корточки перед Оракулом.
– Ты слышал все, что я сказала. Видел руку этой девочки. Ты понял? Она ваш Оракул.
Демиар кивнул.
– Ей нужно время, но она станет достойной заменой.
– А Омут Провидения?
– Илона станет сильнее. Намного сильнее меня. Мне нужен был Омут Провидения, чтобы я могла вернее и четче видеть. Но теперь вся магия Омута Провидения в ней. В Илоне. Я слишком стара, чтобы принять эту силу. Но Илона смогла. Она пришла сюда, чтобы стать Оракулом Авьерона.
– Я понял, Оракул.
– Больше нет, – она снова грустно улыбнулась. – А теперь ступайте. Оставьте меня рядом с остатками того, что было смыслом моей жизни. Уходите и не мешайте.
– Не мешать вам умирать?! – потрясенно воскликнула я. Кажется, истерика все же случится.
– Не мешайте мне прощаться с жизнью и всем, что в ней было.
– Пойдем, Илона. Это последняя воля Оракула, – сказал Демиар, обхватил меня за локоть и открыл портал, перенося нас обоих прочь с поляны.
– Она же умирает! Она там умрет! – воскликнула я. – Это все Эвар. Эвар разрушил Омут Провидения… он… это он…
Я разрыдалась.
– Я знаю, – прошептал Демиар и прижал меня к себе, позволяя выплакаться. – Я знаю, Илона.
Истерика все же случилась. И я выплакивала сейчас всю свою боль, все свое непонимание, обиду, страх. Да, наверное, страх тоже. Судорожно цеплялась за рубашку Демиара и плакала, пока слезы попросту не закончились. Когда все же немного успокоилась и смогла отстраниться от мокрой рубашки, поняла вдруг, что мы вовсе не у порога дома, где Демиар меня нашел. И даже не стоим, а сидим на мягком диване.