В фирме Сергея мне сказали, что он тут больше не работает, а где работает, никто не знает. Стоило немалого труда отыскать человека, который был в курсе, куда ушел работать их бывший коллега, – оказалось, в другую, тоже экспедиторскую фирму. Слава богу, там я его застал.
– А Геныч на выходные как раз собирался приехать сюда, – сообщил мне радостную весть Сергей. – Но какой у него будет номер телефона, я пока не знаю – он сам должен отзвонится.
– А где он вообще?
– Последний раз звонил из Дании.
– Дания – это что-то новенькое.
Я взял у Сергея клятвенное обещание передать Генычу, даже если тот не приедет, что мне надо срочно его увидеть по очень важному делу.
Сергей обещал.
Однако, если Гена так и не появится, – плохи мои дела. Где я раздобуду обещанный Владимэру паспорт? Мне очень не хотелось подвести людей и ударить в грязь лицом. Ведь адская машина уже запущена и я знал, что Владимэр сам берет деньги в долг, чтобы гасить грешки Топ-лузера перед кредитными организациями. Обратного хода нет.
Словом, наступления выходных я ждал с большим нетерпением, считая и подгоняя дни. По-прежнему бегал на работу к Беременному тюленю, заводя на поле свое «выньте, гуляющие, руки из брюк», но это было скорее так, по привычке.
Беспокоился я напрасно – часов в двенадцать дня субботы мне позвонил Сергей и сообщил телефонный номер Гены. А также рассказал, что вчера они ужасно напились и подрались с каким-то чеченцем. Точнее побили его.
Да, это похоже на Гену. Не помню, чтобы его загулы хоть раз заканчивались без мордобоя с посторонними людьми. А если поблизости нет посторонних людей, то свою тягу к дракам Гена удовлетворял за счет собутыльников. В какой-то момент вечера, тихим спокойным голосом он обращался к вам с дружеской просьбой: «Дай мне в морду. Ну ебни мне, пожалуйста!». Если вы отказывались, тогда, посидев минуту в задумчивости, Гена произносил свое классическое: «Ну тогда я тебе ебну!». И драки вам не избежать, уважаемый, если только не удастся очень быстро переключить его пьяную агрессию на кого-то другого. Но на это у вас есть две-три минуты.
– А что за чеченец? – смеясь, поинтересовался я.
– Да… Вышла там одна история. Слушай, у меня самочувствие просто пиздец, даже разговаривать трудно. Сам знаешь, что значит с Генычем пить.
– Ага. Нелегкая это работа…
– Вот пусть он тебе сам и расскажет. Кстати, его нужно забрать из ментовки.
– А он в ментовку угодил?
– А что, когда-то бывало по-другому?
– Ну, в принципе, нет, насколько я помню. Впрочем, я в последнее время старался с ним не пить.
– Вот и я – сколько раз зарекался, а все равно, видишь, не получается.
– Так он из-за драки в ментовку угодил?
– Ну да. Переусердствовал с этим чеченом, а когда менты подъехали, Гена еще и на ментов погнал, вот его и замели.
– А тебя отпустили?
– Ну. Протокол составили и отпустили. А за Гену там надо штраф какой-то уплатить, а у меня денег пять евро осталось и пох ужасный. Слушай, сможешь ему помочь?
– А сколько там надо?
– Не знаю, полтинник, вроде.
– Ну полтинник наскребу. Помогу. А где он сидит?
– Ой спасибо, выручил. Слушай, с меня причитается. Сидит он в ментовке центрального района, возле рынка, знаешь?
– Знаю, конечно, сам ночь там провел как-то.
– А, ну отлично! Подъедешь, да?
– А что делать.
Сергей, облегченно вздохнув, собирался положить трубку, но я закричал:
– Э, э, подожди, а он там под своей настоящей фамилией сидит? Или опять по левым документам?
– Под настоящей.
– Понял. Ладно, давай.
– Пока.
Когда я ехал вызволять Гену из вражеского плена, мне почему-то вспоминались недавние поиски Топ-лузера.
«Их всех так собирать придется? – улыбался я. – Чем дальше, тем интереснее».
Войдя в участок полиции центрального района, я обнаружил, что за десять лет, пока меня тут не было, ничего не изменилось: все те же грязно-желтые стены и обшарпанные решетки; только на полицейских форма другая.
– Друг твой сегодня тихий, – задумчиво сообщил мне дежурный, к которому я обратился. – А вчера тут всем нам грозил… Словом, оказал неуважение людям в форме.
Посмотрев мои документы и приняв штраф, он спросил:
– У тебя еще деньги есть?
– А что?
– Слушай, опохмели его, а то смотреть больно. Совсем парню хреново.
Гена действительно выглядел неважно: опухшее бледно-синее лицо, растрепанные грязные волосы.
– Ну что, может и вправду по пиву, – предложил я, когда мы вышли из отделения.
– Не, Вить, не могу. У меня времени сегодня нету вообще. Извини. И так из-за этих мудаков все проебал. Мне же с человеком надо встретиться, блин. Он еще ждет, наверное. Спасибо тебе огромное, что меня вызволил, обязательно сочтемся.
– Слушай, у меня к тебе разговор, – едва поспевая за торопливо семенящим Геной, сказал я. – Удели мне пятнадцать минут, пожалуйста!
– Не знаю. Ну поехали со мной, по дороге поговорим.
Сев в маршрутку, мы наконец разговорились. Поначалу я попросил Гену рассказать о вчерашнем инциденте, – меня так и подмывало.
– Да я думал человек работу предлагает, а он такую фигню понес, – начал оправдываться Гена.
– Что предложил?
– Короче. Мне его телефон один знакомый в Дании дал. Там эти полухачи кафе держат, в котором любят траву покурить. Я у них ошивался какое-то время… Вот они мне и говорят: чего ты тут маешься? Если поедешь домой, свяжись с этим человеком, он тебе хорошую работу предложит. Я спрашиваю, мол, а что за работа? Те не знают, но работа, вроде достойная, делать почти ничего не надо, а деньги хорошие платят. Я им: меня не устраивает работа, где делать почти ничего не надо, мне нужна такая работа, где делать вообще ничего не надо. Ну посмеялись мы, и я поехал домой. Сразу же позвонил этому хую. А он мне: «Ой как хорошо, что позвонил! Как раз сейчас люди нужны, срочно. Давай сегодня встретимся». Прямо из аэропорта ехать на стрелку к нему я не собирался, а он стал уговаривать, мол, завтра поздно будет, надо прямо сейчас, и все в таком духе… Да если б я знал, что он из чеченов, то сразу бы его на хуй послал, но по телефону ведь непонятно. В общем, договорились встретиться, Серега еще подошел. Чечен этот опоздал почти на час, а мы, пока его ждали, водочки хорошо приняли с Серегой, за встречу. Тут этот чувак подваливает. Я как его рожу увидел, – мне сразу все понятно стало. Ладно, присел он к нам. Спрашиваем, что за работа. Он знай себе твердит: «Работа хорошая, очень нормально платят, многие о такой мечтают. Но работа не здесь». Мы ему опять: давай рассказывай, что за работа! А он, ну как все эти черножопые, юлит, ничего конкретного не рассказывает. Работа мол хорошая, помогать людям, благородная и высокооплачиваемая. Но ехать надо срочно, чуть ли не в понедельник уже. Добрый такой, – водкой нас стал угощать. В общем, слово за слово, постепенно раскрутили мы его. И выяснилось, что работа эта вообще в Чечне, и помогать там надо вполне определенным людям. Борцам за независимость Чечни, организация такая, а он представитель ее здесь. В общем, оказалось, воевать надо будет у какого-то полевого командира в отряде, две штуки баксов в месяц. Мы охуели… Говорю ему: ты что, сука, хочешь чтобы я, русский парень, поехал в Чечню русским солдатам головы отрезать, убивать женщин и детей? А он давай опять юлить: зачем сразу убивать, будешь там помогать, патроны подносить, оружие чистить и так далее… А воевать надо не с русским народом, а с преступным режимом в России, который, мол, и тебя кинул. Теперь вот без родины, без работы сидишь, по миру маешься… Ну тут-то меня и переклинило. Схватил я этого долбанного воина Аллаха, вытащил на улицу и стал херачить что было силы, Серый тоже подключился. Тот вырвался от нас, давай бежать. Мы за ним, догнали и еще вломили. Он стал верещать, ментов звать. И тут на нашу беду действительно полиция прибыла; я уж не знаю, вызвал кто или просто мимо проезжали. Ну, короче, повязали нас. Я ментам начал втирать, что мы проводили задержание международного террориста, а они, суки, смеялись. А чечен этот заяву написал. Нападение группой под воздействием алкоголя, мол, ограбить хотели. Тварь! Встречу – убью. Я ему устрою, бля, Ачхой-Мартан.
Да, такое могло произойти только с Генычем! Я от души посмеялся над его рассказом, а потом сказал:
– Слушай, Гена, мне твоя помощь нужна.
– Помощь? В чем?
Я вспомнил о конспирации и оглянулся на пассажиров маршрутки:
– Ну, выйдем, я тебе вкратце изложу. Где тебе выходить?
– Скоро уже…
Проехав последнюю остановку молча, мы, наконец-то вышли на конспиративно безопасный простор.
– Мне нужен чистый паспорт, желательно гражданина лет тридцати-сорока. Сумеешь помочь? Ну за вознаграждение, разумеется.
– Какая фигня, Витька! Я тебе и так сделаю, бесплатно, по дружбе. В благодарность за то, что меня из ментовки вытащил. Есть у меня одно сообщество лиц без определенного места жительства, – они этим промышляют. За пару бутылок получишь свой паспорт. А тебе зачем?
– Да это не мне. Одному приятелю… Ему нужно под чужим именем начать новую жизнь, в общем…
– Ладно, не вопрос. Давай-ка завтра созвонимся вечерком, я тебе весь расклад выдам.
– Только мне срочно надо.
– Да не волнуйся ты! Сказал же, сделаю. Для тебя все что угодно.
– Но нужно, чтобы владелец не заявлял о пропаже хотя бы пару месяцев.
– Да он вообще заявлять не станет. Им фиолетово.
– Понял.
– Ладно, – произнес Гена, – спасибо тебе еще раз. Завтра – созвон, все, побежал, пока.
Как ни странно, Гена сдержал слово и проявил несвойственную ему обязательность. Поэтому уже очень скоро требуемый документ лежал у меня в кармане, выменянный на оговоренные выше две бутылки крутки. Обмен производился в месте обитания бомжей, которое оказалось раположенным недалеко от моей нынешней работы. Довольный собой, за день до этого я созванивался с Владимэром по нашим конспиративным номерам.