– Давай приведем тебя в порядок и позволим мне попробовать твою киску.
Я потянулся за подолом ее ночной рубашки и стянул ее через голову Греты, затем бросил ее на пол, наслаждаясь прекрасным женским телом.
Увидев мою сперму на коже Греты, я почувствовал себя диким собственником и хотел претендовать на нее всеми возможными способами, которыми в принципе и не должен был.
Я повел Грету в душ.
Когда через окно до нас донеслось громкое ржание, за которым последовало мычание. Грета извиняюще улыбнулась.
– Я должна позаботиться о животных. У нас мало времени. Может, попробуешь меня позже?
Я усмехнулся и нежно поцеловал ее, улыбаясь ей в губы.
– Я попробую тебя, когда ты захочешь, только скажи.
Через пятнадцать минут мы с Гретой оделись и вышли во двор.
Грета снова несла Дотти. Меня поразила ее выносливость, но, пожалуй, это была скорее решимость, чем физическая сила. Солнце палило в типичной для Невады манере.
Грету в бледно-желтом летнем платье и ковбойских сапогах жара не беспокоила, но я в рубашке и джинсах уже вспотел, хотя даже не нес собаку.
Грета положила Дотти в тени возле коровника, чтобы та облегчилась, а потом улеглась поудобнее, обдуваемая потоком воздуха одного из уличных вентиляторов.
Медвежонок и Момо нетерпеливо бегали вокруг. Я помог Грете накормить лошадей сеном, а коров и свиней – специальной смесью, после чего мы открыли ворота, чтобы животные могли отправиться на выгул. Я не привык к подобной работе, но не чувствовал дискомфорта, возможно, именно потому, что энтузиазм Греты был заразителен.
Грета сияла, наблюдая, как веселятся ее питомцы. Она лучилась радостью, видя, что они довольны, а я был попросту счастлив за нее.
– Давно у тебя ранчо?
– Примерно около года. Папа купил его для меня через несколько недель после твоей свадьбы. – Грета положила руки на забор и опустила на них подбородок, позволяя своему взгляду скользить по окрестностям. – Приют нуждается в доработке. Я хочу спасти еще больше животных.
– Почему бы тебе не жить здесь постоянно?
Она моргнула – солнце светило ей в лицо.
– Семья бы соскучилась без меня.
Я кивнул. Вот главная причина, по которой она отказала мне.
– Они все равно смогут видеть тебя, но не настолько часто. – Я обхватил ее сзади и пристроил подбородок на ее макушку. Жест был совершенно естественным.
Грета тихонько вздохнула.
– А как насчет нас? – Я ласково поцеловал ее в шею.
Однако нас с Гретой не было в этой реальности. Зато там была Крессида. И я влачил существование рядом с ней, хотя основа нашего брака изначально оказалась гнилой и темной.
Наша с Гретой связь была призрачной, но настолько чистой, что я даже не мог такое когда-либо вообразить.
– Я… – Она сглотнула. – Иногда… иногда я жалею… – Она пожала плечами и сдавленно засмеялась. Я знал, что она хотела сказать. Грета повернулась в моих объятиях. – Сколько еще осталось до отъезда?
Я проверил время.
– Три часа.
Она шмыгнула носом, тоска наполнила ее глаза, хотя я до сих пор находился рядом.
– Мы должны использовать каждую минуту, а не тратить ее на «а вдруг», – пробормотал я, поднимая ее на ограждение. – Хочешь, я попробую тебя на вкус?
Она просто кивнула. Я опустился на колени, не заботясь о грязи, поднял юбку Греты, обнажив белые трусики, и поцеловал край, прежде чем поцеловать ее киску через материю. Зацепив пальцем ткань, потянул ее в сторону, открывая изумительный центр Греты. Большими пальцами провел по ее набухшим губкам, раздвинул, открывая налившийся кровью клитор и узкий вход.
Вспомнив ее слова, я проигнорировал клитор и сосредоточился на ее дырочке, поглаживая, подталкивая, кружа, пока Грета не стала отчаянно цепляться за забор, упираясь сапогами в среднюю перекладину, чтобы найти опору.
– Амо! – стонала она, ее пальцы перебирали мои волосы. – Поцелуй меня.
Покинуть ее киску?
– Именно это я и делаю, – прохрипел я, хотя знал, что она имеет в виду. Я погрузил кончик языка в нее, прежде чем поиграть с ее половыми губами, чтобы подчеркнуть свое заявление.
– Мои губы, – прошептала она с улыбкой.
Я приподнял бровь, глядя на Грету и посасывая ее половые губы.
Она издала возмущенный смешок:
– Мой рот.
– Хорошо, – ухмыльнулся я. – Просто дай мне несколько минут. – Я обвел языком ее клитор и двинулся к ее входу, вперед-назад, вызывая в ней еще большее вожделение.
Грета сдавила бедра, ее пальцы в моих волосах напряглись, когда киска сжалась у моего рта.
Ее бедра прижали меня к себе, запах Греты ударил по мне, как шаровая молния, заставляя отчаянно желать большего.
Грета сильно содрогалась, цепляясь за меня для равновесия и наслаждаясь оргазмом.
Я вскочил на ноги, и она сразу же обхватила мое лицо и почти отчаянно притянула меня для поцелуя. Я втиснул бедра между ее, широко раздвигая их, отчего моя выпуклость прильнула к ее киске.
Если бы я испачкал ее возбуждением всю свою одежду, мне было бы все равно.
Задыхаясь, она усмехнулась:
– Я хотела кончить от поцелуев, поэтому и попросила тебя поцеловать меня.
Я провел губами по ее уху:
– Мы можем сделать так, чтобы это произошло.
Ее руки обвились вокруг моей шеи, и она принялась отчаянно меня целовать. Я крепко обнял Грету, чувствуя, как ее сердце бьется о ребра в том же нестабильном ритме, что и мое собственное.
Наши губы замедлились, и я смежил веки, мой нос уперся в ее шею.
Мы оставались в таком положении долгое время, окутанные друг другом. Я еще крепче прижался к ней и начал гладить ее волосы.
– Я не хочу расставаться с тобой, – прорычал я.
Грета меланхолично вздохнула, ее руки ослабли вокруг моего торса. Через мгновение я позволил ей отстраниться.
Тоска в ее глазах была невыносима. Я словно получил удар в живот.
– Ты должен лететь через два часа.
– Да. Но я о другом. Ты отказалась выйти за меня замуж. Но, возможно, согласишься на это.
– Интрижка? – прошептала Грета.
Я погладил ее по скуле и по губам.
– Не роман. Гораздо больше. Черт. Я не знаю… Мы соберем воедино остатки того, что могло бы быть. И мне без разницы, что со мной произойдет, пока я могу продолжать видеть тебя, говорить с тобой, целовать тебя.
– За спиной Крессиды.
– Я заявлю ей, что есть кто-то еще, если тебе станет легче. Конечно, я не скажу ни имени, ни чего-либо еще. Но она не считает меня верным. Да и мне наплевать, если она кого-нибудь себе заведет.
– Брак не должен быть таким.
Я мрачно усмехнулся:
– Точно.
– Значит, мы будем встречаться на ранчо, когда ты сможешь выкроить время и найти весомый предлог?
– Меня не волнует, где мы встретимся, но в целом ты права.
Грета посмотрела на двух лошадей, которые трусили в нашу сторону. Одна из них была ужасно худой.
Очередное животное, которое Грета спасла.
– Обычно я всегда хочу поступить правильно, но с тобой… думаю, я сделаю неправильный выбор.
Я указал на ее питомцев.
– Ты и так достаточно добра. То, что ты со мной, не отменяет всего хорошего, что ты успела сделать.
Грета рассмеялась:
– Нет, не сработает. Ты не можешь набирать бонусные очки, чтобы иногда поступать эгоистично.
– Я всегда поступаю подобным образом, поэтому я плохой советчик. Ты не хочешь со мной встречаться?
Грета зарылась лицом в мою шею.
– Я уже скучаю по тебе. Нет, я не могу смириться с мыслью, что мы не увидимся. Последний год без тебя оказался невероятно тяжелым, намного тяжелее, чем я предполагала.
Я с облегчением вздохнул, снова крепко обнял ее и прижался щекой к ее макушке.
Мы не шевелились. Мне стало любопытно, что творится у Греты в голове. Пыталась ли она осознать случившееся? Что она думает о будущем?
В свою очередь, я не беспокоился о своей персоне. Теперь Грета была центром моего мира и всех моих устремлений.
Однако кое в чем я до сих пор сомневался. Как часто я смогу исчезать на выходные, чтобы навестить Грету? Как скоро кто-нибудь что-то заметит? И был кое-какой момент.
Хотя я не являлся собственником, когда дело касалось Крессиды, одна мысль о том, что Грета может быть с кем-то еще, заставляла мою кровь кипеть.
– Я знаю, что это лицемерно с моей стороны, и, безусловно, я ублюдок, но я не могу делить тебя, Грета. Если мы будем продолжать в том же духе, ты должна быть только моей. Я не хочу, чтобы ты была рядом с другими мужчинами.
Грета пожала плечами.
– Выглядит как односторонняя сделка, определенно немного лицемерная, да. – Она поджала губы.
Теперь я был уверен, что она просто откажется от нашего будущего. Я понимал, что у меня нет никакого права требовать от нее верности, не в нашей ситуации, но меня разорвет на части, если я увижу ее с парнем. Я не желал ни с кем делить Грету.
– У меня нет интереса к другим мужчинам, и вряд ли ситуация изменится.
– Если честно, я наверняка убью любого, кто посмеет к тебе прикоснуться.
Я был предельно серьезен: она должна была понять, насколько я одержим ею.
– Это то, что сказал бы и сделал Невио.
Я ненавидел, когда меня сравнивали с ним, но Грета не ошиблась. Я превращусь в яростного безумца, если к ней прикоснется другой мужчина.
– Теперь ты знаешь, насколько все серьезно.
Грета поцеловала меня:
– Я – твоя, Амо.
Наши лица находились совсем близко друг от друга.
– Но и я не хочу, чтобы ты тоже был с кем-то… – добавила она шепотом. – То есть… – Она зажмурилась и иронично улыбнулась. – Ты должен быть с Крессидой, но я против того, чтобы ты был с кем-то еще. – Она покачала головой.
– Посмотри на меня.
Грета распахнула глаза, выражение ее личика стало страдальческим.
– Я не буду ни с кем другим и даже не собираюсь быть с Крессидой.
– О, Амо! – воскликнула Грета с тоской. – О какой сделке мы договариваемся?
– Мне все равно. Грета, я хочу тебя. Ты мне чертовски нужна в моей жизни. И поездка помогла мне это понять. За последние двенадцать месяцев не было ни одной ночи, чтобы ты мне не снилась.