– Все, Мад-лен, – прошептал демон прямо мне в губы, обдавая теплым дыханием. – Это меняет все.
*****
Не знаю, чем бы закончился наш разговор, но Кайден вдруг ощутимо напрягся, стиснув меня в своих объятьях так, что стало больно, и я невольно пискнула. В зал вошли Геральд и Дариус – оба высокие, мощные, при этом двигающиеся плавно, как хищники. Вальяжные и… смертельно опасные.
И если Дариус вновь был в плаще с накинутым на голову капюшоном, под которым клубилась тьма, не дающая разглядеть его лицо, то Геральд безошибочно устремил взгляд на меня, перевел его на Кайдена, и глаза его полыхнули расплавленным серебром. Убийственным, яростным.
– Оставайся здесь, малышка, и не делай глупостей, – предупредил меня Кайден, вставая и направляясь им навстречу. Такой же, как и они. Хищник. Который меня… полюбил? И который мечтает добиться взаимности, а если не получит ее, то готов отпустить?
Пусть у меня и не было никакого опыта с мужчинами, но отчего-то мне казалось, что я права. Иначе как еще объяснить его странное поведение и слова? За сегодняшний вечер я ни разу не заметила, чтобы он выделял кого-то из сестер. Но и меня он больше видеть не хочет. Уж не потому ли, что соблазн слишком велик? Впрочем, какая мне разница, верно?
Но, вопреки собственным мыслям, где-то глубоко в сердце продолжала противно дрожать струна напряжения и страха, пока я, затаив дыхание, смотрела, как Кайден поравнялся с братом. «Только бы они не узнали, что он помогает мне!» – с отчаянием подумала я, неотрывно глядя на демонов, вокруг которых заклубился туман, отсекая их от собравшихся в зале. Один взмах ресниц, один удар сердца, и все трое просто исчезли.
Глава 24
Какое-то время я продолжала сидеть на диванчике, как мне велел Кайден, надеясь, что демон вернется. Но время шло, а его все не было. Ивона, державшаяся сегодня на редкость сдержанно, ушла первой, высшие инквизиторы и сестры тоже стали постепенно расходиться, и вскоре я осталась одна. Больше ждать не было смысла, если Кайден захочет – он сам придет ко мне в комнату.
«Удивительно, как спокойно ты об этом говоришь, – проворчал внутренний голос. – Неужели совсем не боишься его?» Бояться? Ничуть. Сейчас я, скорее, беспокоилась о нем, а еще гадала, расскажет ли он Геральду и Дариусу о том, чем мы занимались весь вечер.
Встав и поправив платье, я вышла из зала и направилась к себе. В коридорах было ощутимо прохладнее – сказывалось холодное дыхание наступившей осени. Не было слышно ни звука, лишь факелы, висевшие на стенах, тихо потрескивали, и огонь в них метался на слабом ветру. Обняв себя за плечи руками, чтобы хоть немного согреться, я повернула за угол и отшатнулась от высокой фигуры в черном плаще с надвинутом на голову капюшоном. Сердце забилось всполошенной птицей – Дариус!
– Какая приятная встреча! – раздался знакомый голос, и я с облегчением поняла, что вижу перед собой всего лишь прислужника высших, Соллена. Инквизитор, полностью закутанный в плащ, и похожий в нем на темного злобного призрака, перегородил мне дорогу, явно не собираясь ее уступать.
– Что тебе нужно? – неприязненно поинтересовалась я.
– Думаешь, если стала подстилкой императорской семьи, тебе многое стало дозволено, ведьма? – в голосе Соллена послышалась неприкрытая злость. – Думаешь, они заберут тебя с собой? Так вот, я вынужден тебя огорчить: этого не будет. Такие, как ты, им не нужны, максимум скрасить пару ночей.
Я иронично усмехнулась: – Спасибо, что просветил. Теперь буду знать, к чему мне готовиться.
– Почувствовала себя защищенной? – Соллен угрожающе двинулся на меня. – Надеешься, что они тебя пожалеют… потом? – он встал вплотную ко мне, и хотя я не видела его лица, скрытого под глубоким капюшоном, но буквально чувствовала злой взгляд, смешанный с похотью, блуждающий сейчас по моему телу.
– Нет, ведьма, высшие инквизиторы не ведают жалости. Ты просто забыла о том, что я тебе говорил.
Соллен замолчал, как будто ждал от меня какого-то ответа, и, не дождавшись его, заговорил:
– Я терпелив. И подожду, когда они натешутся с тобой вволю, а потом выкинут, как ненужную тряпку. И вот тогда, – он наклонился ко мне, и я увидела тонкие губы, изогнувшиеся в похабной ухмылке, – тебя заберу я. И поверь, ты пожалеешь о каждом сказанном тобой слове. Помни об этом.
Больше ничего не сказав, инквизитор бесшумно направился прочь, я же поспешила в свою комнату, желая как можно скорее оказаться в купальне, чтобы смыть его липкие взгляды и мерзкие слова. Убеждая себя, что он просто запугивал меня, и ничего более.
…В купальне я просидела долго, с наслаждением погрузившись в маленький бассейн с теплой водой, в которую добавила цветочное масло. Терла себя мочалкой, пытаясь отмыться от грязных намеков Соллена. «Ублюдок!» – внутри клокотала злость к тому, кто, пользуясь нашей полной беззащитностью, измывается, находя в этом извращенное наслаждение. А скольких сестер он вот так же запугивал до меня? Нет, я не боялась его слов и все же надеялась, что подобного никогда не случится.
«Потому что ты рассчитываешь на Кайдена?» – тихо спросил внутренний голос. И я вынуждена была признать, что внутренний голос прав. Да, я рассчитывала на него. Во всем. «А представь, что Кайдена нет. Что тогда с тобой будет? – не унимался он. – Представь, что Гер или император добьются своего? Что ждет тебя тогда?»
Я потрясла головой, прогоняя панику, и вышла из воды, понимая, что мне срочно нужно на что-то переключиться, иначе подобные мысли заведут меня далеко, и слова Соллена покажутся по сравнению с ними не самыми страшными.
Стоило мне открыть дверь, выходя из купальни, я поняла, что переключиться у меня все же получится. Точно. Потому что прямо посреди моей комнаты стояла фигура, укутанная в черный шелковый плащ, под капюшоном которого клубилась опасная тьма. Ко мне пожаловал сам император.
*****
– Ну что же ты застыла, Мадлен, или так боишься меня? – раздался обманчиво-ласковый голос, но только глухой не услышал бы в нем остро заточенной стали.
Он издевается? Конечно я его боюсь!
– Добрый вечер, – я все же заставила себя отлепиться от пола и на негнущихся ногах проследовала в комнату.
– Почему ты не носишь кулон, что тебе подарил мой старший сын? – вдруг неожиданно спросил Дариус.
– Я… не знаю. Просто не привыкла носить украшения, – постаралась я увильнуть от ответа.
– Неужели? Впрочем, это и к лучшему. Тебе не стоит быть связанной с ним.
Я молчала, не зная, что говорить. Или он и не ждал от меня ответа? В любом случае мне было очевидно, что демон не передумал забирать меня себе, и сейчас мне ясно дали понять, чтобы я не увлекалась другими. Что же, сделаю вид, что согласна.
– Молчишь? Даже не хочешь ничего мне сказать? – демон медленно приблизился ко мне, и мне показалось, что я даже увидела силу, стелившуюся за ним по полу мерцающей дымкой.
– Боишься… Волнуешься… Пытаешься что-то скрыть от меня… – он вдруг оказался у меня за спиной, и мне на плечи легли тяжелые мужские ладони.
– Не хочешь сопротивляться… Хитришь… – вкрадчиво произнес он, но от этого голоса я задрожала. Как будто сейчас он только лишь словами обнажал меня перед собой, снимая покров за покровом. Заставляя судорожно дышать от удушающей, почти животной паники, ломающей волю.
– Ты уже отдалась моему сыну? – тихо прошелестел голос за моей спиной, миг – и Дариус вновь оказался напротив меня, прожигая подавляющим взглядом. Жуткая голодная тьма смотрела на меня из глубины капюшона, круша все установки, желая лишь одного – подчинить своей воле.
– Нет, – мне показалось, что слова сорвались с языка помимо собственной воли.
– Прекрасно, Мадлен. Ты все сделала правильно, – император вдруг медленно поднял руку и подцепил локон моих золотистых волос, рассыпавшихся по спине и груди.
– У меня на тебя большие планы, девочка, – демон задумчиво крутил мой локон в руке, тогда как я стояла, боясь шелохнуться и спровоцировать его, хотя больше всего на свете мне сейчас хотелось отшатнуться, ударить его по руке, сделать хоть что-нибудь!
– Вот только… не стоит играть в покорность, – острый взгляд обжег меня тьмой. – Я ведь знаю, что ты не такая… – тьма полыхнула черным огнем, и демон исчез.
Беспомощно оглянувшись, я направилась к кровати и, свернувшись на ней калачиком, еще долго лежала без сна. Если уж Геральд не смог перечить воле императора, то Кайден и подавно не сможет. Никто не сможет, кроме меня самой. Мне нужно бежать из замка, и как можно скорее.
В какой-то момент я все же забылась тревожным сном, и мне приснилось, как будто кто-то мучительно рвался ко мне, вновь и вновь ударяясь о невидимый барьер. Яростно кидался на него, рыча от бессилия, пытаясь пробить. Как ему вторил еще один рык. Угрожающий, властный. Но после и это все исчезло, и до утра я проспала без сновидений, чтобы проснувшись, узнать страшные новости.
*****
В замке что-то произошло – я поняла это, когда утром ко мне не пришла Марта, а дверь моей комнаты оказалась неожиданно заперта. Сколько бы я ни стучала в нее, сколько бы ни звала – никто так и не появился, а меж тем время уже подходило к обеду, но кормить меня, судя по всему, никто не собирался.
Я мерила шагами помещение, не в силах усидеть на одном месте, снова и снова считая шаги. Выглядывала в окно, надеясь хоть в нем увидеть кого-то, но все было пусто. И в какой-то миг мне стало казаться, что я вообще осталась в замке одна, беспомощной пленницей каменных стен.
Как назло, именно в этот момент мой организм решил напомнить о том, что он голоден: вчера на приеме я не проглотила ни кусочка и теперь чувствовала, что есть хочется все сильнее, даже вода, которую я выпила, не сильно помогла. А время, казалось, застыло расплавленным янтарем, лишь солнце на небосводе сияло по-прежнему ярко, заливая мою комнату медовыми лучами.
Своим ведьмовским чувством я понимала, что случилось что-то из ряда вон выходящее, что отодвинуло на задний план даже нас, желанных пленниц демонов. Я как раз с отчаянием простукивала стены в поисках потайного хода, когда входная дверь распахнулась, и в нее стремительным шагом вошел Кайден.