Первое, что он увидел на экране, была уже знакомая картинка с черным космосом, кусочком сатурновых колец и раструбом стыковочного узла.
Разница была в том, что картинка была не статичной. Картинка двигалась. Грант несколько раз поморгал, подумав, что у него просто все плывет перед глазами. Но нет. Звезды мигали, кольца еле заметно перемещались. А стыковочный узел надвигался.
Другой звездолет медленно выползал из-за края экрана, закрывая своей тушей космос. Судя по всему, он был раз в сто больше яхты. Звука не было, но Грант вдруг понял, что у него звенит в ушах.
Сегменты корабля появлялись один за другим, ощетинившиеся какими-то непонятными выступами и отростками. Длинная стыковочная труба колыхалась, словно змея в воде. Ее скошенный конец напоминал чью-то пасть, ощетинившуюся захватами, точно клыками. Пасть приближалась. Теперь уже можно было разобрать круглый люк в окружении тусклых перемигивающихся огоньков. На поверхности люка было что-то написано.
Грант наклонился к экрану чтобы разглядеть.
В следующую секунду дыхание у него сперло, будто от веревки Дубманлы, а уже зажженная сигарета выпала из ослабевших пальцев.
Корявые значки на люке чужого звездолета явно не имели ничего общего с земными системами письменности. Чужой звездолет был во всех смыслах чужим.
***
– Да ну. Быть не может. Пошутил кто-нибудь. Или выдумал новые значки. Типа, шифр, чтобы другие не понимали.
– А сам корабль? Вы посмотрите, шеф. Все эти утолщения, где не нужно, дыры какие-то. Ни панелей, ни выносных датчиков. Я сперва не обратил внимание, а потом смотрю, да он вообще ни на что не похож! Нет у Альянса таких кораблей и не было никогда.
Финч почесал лысину.
– Это что же получается? Первый контакт? Пятьдесят лет экспансии – и никаких следов зеленых человечков. И тут вдруг объявляются рядом с Сатурном?
– Не просто объявляются, – сказал Грант. – Они захватили наш корабль. А все эти утолщения по борту сильно смахивают на оружие. Это инопланетный военный крейсер.
Финч выпучил глаза и остервенело потер щеки.
– Черт, черт, черт! Что же делать?
– Идти в директорат и пусть они ставят в известность правительство. Что же еще? И полагаю, пора уже показать все это Альянсу.
– Думаешь, они не знают? Они же столько раз хвалились, что все контролируют.
– Сложно сказать. Диспетчер мог не доложить про этот случай, а просто испугаться и свалить. Видимо, у него были возможности скрыть все от системы наблюдения. Хотел по легкому подзаработать, устроил клиенту незапланированную экскурсию, а тут такое вылезло. И клиент пропал. Не захочешь, а сбежишь.
Финч уже не слушал. По его багровой лысине бродили морщины, как всегда, когда он усиленно думал.
– Главное, все сделать тихо, – пробормотал он. – Паника нам сейчас точно не нужна.
***
Наверное, Финчу не удалось сделать все тихо, потому что к вечеру в верхах началось нездоровое шевеление. Забегали секретарши, повылезали из своих нор клерки, директорат Бюро закрылся в зале заседаний и сидел там уже третий час. Наконец, стало известно, что Президиум Всемирного сената назначил внеочередной пленум в малом составе. Семеро главных чинуш планеты собирались надувать щеки и обсуждать инопланетную угрозу. Пока о реальных причинах беготни знали человек двадцать, но нервозность передавалась всем.
Гранту строго настрого запретили что-либо предпринимать и даже рассказывать кому-либо об инциденте под кодовым названием «Гости».
– Сиди и не высовывайся, – сказал ему Финч. – Займись другими делами. Начальство решит, тогда и поймем в какую сторону копать.
– А если оно решит вообще не копать?
– Тогда не будем копать. И пусть с инопланетянами Альянс разбирается.
Теперь Грант сидел у себя в кабинете и лениво раскладывал четырехмерный пасьянс. Тузы с дамами у него постоянно терялись во времени, и это сильно раздражало. Поэтому он не сразу заметил мигающий значок вызова.
Экран коммуникатора был совершенно черным. Только в середине едва виднелся силуэт головы, как это бывало, когда у абонента выключена камера.
– Господин Грант?
Звонивший разговаривал как жестяной робот, голос которого раз десять пропустили через модификатор.
– Кто вы?
– Это неважно. Надеюсь, вы получили мое послание?
– Какое еще послание?
– То самое, которое я передал вам, используя одного бедного негра в качестве почтового ящика.
Грант вскинулся и быстро отстучал по клавиатуре пару команд.
– Не трудитесь, – заявила темнота в экране. – Отследить звонок у вас все равно не получится. Допуска не хватит.
Действительно, панельки спай-программ быстро вылетели в ошибку.
– Что вам нужно? – спросил Грант, лихорадочно соображая, как строить разговор.
– Удостовериться, что мое сообщение дошло до адресата.
– Откуда оно у вас?
– Значит, все-таки дошло, – темнота хмыкнула. – Замечательно. Теперь слушайте внимательно и передайте тем, чьи зады нависают непосредственно у вас над головой. Сикстена я предупреждал о том же, но он не поверил и решил посмотреть собственными глазами. Наверное, до сих пор смотрит, если жив, конечно. Итак, господин Грант, запоминайте. Альянсу нельзя верить. Ни в чем. Грубо говоря, Альянс – это уже давно не Альянс.
– В каком смысле?
– В прямом. Знаете его устав пятидесятилетней давности? Действовать в интересах всего человечества и все такое. Напыщенные словеса, ради которых ему подарили монополию на космос. Теперь он этой монополией собирается забить гвоздь в крышку гроба земной цивилизации.
– О чем вы?
– Там, у Сатурна, его секретная база. Не знаю, чем там занимаются. Видимо, какими-то исследованиями. Если б знал о ней, никогда бы не посоветовал Сикстену обратить внимание на тот участок.
– Так это вы его надоумили?
– Я. Каюсь. Бедняга исчез в том числе и по моей вине. Мне попали в руки документы о разведанных месторождениях. Я подумал, что для Альянса они слишком маленькие, а для нас с Сикстеном достаточно большие, чтобы увеличить обороты раза в два. Но все оказалось не так просто.
– Я полагаю, вам придется предстать перед комиссией, расследующей инцидент. Ее наверняка соберут вскоре.
Тьма металлически заперхала.
– Не надейтесь. Я не настолько глуп, чтобы так подставляться. Альянсу достаточно щелкнуть пальцами, чтобы от меня ничего не осталось.
– Это вы убили диспетчера?
Тьма помолчала.
– Это неважно. Я его нашел и свел с Ангусом. Но, увидев уже известные вам кадры, парень испугался и хотел заложить меня начальству.
– На вашем месте я бы сдался, – сказал Грант. – Получите лет десять вместо двадцати пяти.
– Вы не о том думаете, инспектор, – раздраженно прогремела тьма. – У нас с вами нет ни десяти, ни двадцати пяти лет. Как и у всех остальных. Вас в школе математике учили? Два и два сложить в состоянии? Как считаете, инопланетный корабль случайно оказался рядом с секретной базой Альянса, да еще и там, куда обычно никто не заглядывает?
– Хотите сказать, что…
– Я хочу сказать, – перебил голос, – что Альянсу ни в чем нельзя верить. Передайте это своим ленивым хозяевам, и пусть они начинают думать, каким образом выходить из ситуации.
Тьма мигнула и исчезла.
Грант с минуту сидел не двигаясь и не зная, о чем думать. Из ступора его вывел новый вызов.
Финч выглядел ошарашенно.
– Слушай. Тут такое дело…
– Да, шеф. Хорошо, что позвонили. Надо срочно поговорить. Мне только что…
– Да-да, – закивал Финч болванчиком, – обязательно поговорим. Но потом. А сейчас ты быстренько соберешься и рванешь снова в Альянс. Как можно скорее.
– Зачем? – нахмурился Грант.
– Они хотят встретиться. Именно с тобой. И уже прислали ордер на твое имя.
Рядом с физиономией начальника возник черный прямоугольник с ярко-красной единицей посередине.
– Ты когда-нибудь видел ордер первой категории? – спросил Финч. – Вот и я тоже.
Грант машинально похлопал себя по нагрудному карману. Нестерпимо захотелось курить. Сигарет эдак пять.
– Тебя вызывает Верховная Консистория Альянса, – сказал Финч. – И вызывает срочно.
***
В этот раз все было по-другому.
Импозантная барышня в облегающем деловом костюме встретила его у парадного входа.
– Господин Грант, – сказала она голосом таким же глубоким, как ее декольте. – Сюда, пожалуйста.
Он послушно двинулся вглубь холла следом за ее покачивающейся задницей.
Его усадили в одну из тех коридорных капсул, что попадались ему в прошлый раз. Он утонул в мягком кресле, кабина плавно закрылась, и откуда-то полилась неназойливая музыка.
Капсула быстро набрала скорость. За стеклом мелькали бесконечные коридоры, залы и перекрытия, сновали люди и роботы, сияли энергетические установки и сверкали белизной лаборатории. Альянсу нельзя верить, вспомнил он. А кому тогда можно? Убийце диспетчера? Элеоноре Сикстен, которой плевать на все, кроме своего бизнеса? Или правительственным чинушам, которым плевать даже на бизнес?
Капсула юркнула в прозрачную трубу, свернула к стене и вдруг вылетела за пределы здания.
Солнце стояло в зените, исполинами росли вокруг небоскребы Альянса. Земля была далеко внизу, и люди на площадях казались даже не букашками, а микробами.
Капсула взмыла вверх по трубе, глотая этажи десятками за секунду. Наконец, сбавила скорость, влетела обратно в здание и остановилась.
Вокруг был погруженный в полутьму круглый купольный зал. Свет едва пробивался сквозь узкие стрельчатые окна. На возвышении кольцом шла длинная трибуна красного дерева. Восседающие за трибуной люди были плохо различимы в темноте, но Грант понял, кто перед ним.
Некоторое время двенадцать стариков из Верховной Консистории разглядывали его молча.
– Это вы инспектор МБР Максимус Грант? – скрипуче протянул, наконец, один из них. Эхо в зале разнесло его слова по всем закоулкам.
– Да, ваша честь, – ответил Грант, обращаясь будто к суду.