— Попробуй подарить ей детишек.
— Уважать отца они не будут, — откликнулся сэр Л'рут. Впрочем, расстроенным он ни в коей мере не выглядел — похоже, вопреки утверждениям, жениться он хотел и вовсе не на стервозной рабыне. Интересно, а не маг ли такой перемене виной? — Кстати, Вирьян, моя золотоволосая жаловалась, что ты к ней… хм, приставал.
— И ты поверил? — нахмурился чародей.
— Всем известно, что волшебники по этому делу ни мастера, ни любители.
— А если я скажу, что это чушь собачья?
— А если я отвечу, что ты отправил лучезарную мою с её предложениями куда подальше, а она решила отомстить?
— Рут, тогда почему? — Вирьян аж приостановился. — Почему она ещё здесь?
— А вот этого я не знаю, — хозяин удручённо пожал плечами. — Я даже понятия не имею, как она здесь оказалась. Что-то тянет, что-то держит…
Напротив господ, в каких-то десяти шагах от Дуни замерли двое в чёрном. Стояли они, как и девушка, по левую сторону ножки буквы «Т», но через коридор — их позиция позволяла контролировать весь обрубленный перекрёсток, однако служанку с ведром тёмные личности не замечали. Не видел её и сэр Л'рут с Вирьяном. Ни то, ни другое, откровенно говоря, Дуню уже не удивляло — ещё в родном мире девушка усвоила, что люди не обращают внимания на тех, кто занят своим делом. И слепота тем сильнее, чем больше разница в социальном статусе и чем неприятнее чужая профессия. Муравья разглядеть труднее, чем слона, пусть технически и проще. В этом мире Дуня была муравьём. Муравьём не выспавшимся и злым, потому — любопытным.
— Как думаешь — приворот?
— Внешне похоже, — чародей покачал головой. — Но только внешне. И красотка твоя ни сном ни духом. Сдаётся мне, из неё сотворили ловушку, но не для тебя или продавцов. Работал мастер. Боюсь, я бы тоже попался, не отвлеки меня кое-что.
— Башня? — догадался хозяин. — Ты расскажешь, что случилось?
— Случилось то, что надо, — досадливо поморщился Вирьян. — Расскажу после рождения первенца. Твоего. Отвлекло же меня иное. Ты не представляешь, что притащил из дальних краёв. Интересные у тебя девицы…
— Ты циркачку видел? Чистокровная смолянка!
— Ты не исправим, Рут, — вздохнул маг. — Чистокровная смолянка — и что? Неужели ничего другого не заметил?
Дуня напряглась — то, что собеседники не видели полотёрку, пусть и гуляющую по замку в неурочный час, было нормально, но то, что два воина не чувствовали засады (а чем же это ещё могло быть?), представлялось по меньшей мере странным. Незнакомцы в чёрном застыли в традиционной позе «как выскочу из-за поворота да как напугаю», но девушка сомневалась, что они собираются кричать «бу!» как в американских фильмах. Да и выскакивать им было неоткуда. Они не прятались, хотя и прижимались к стене. В руке одного маслянисто поблёскивал продолговатый предмет — кажется, длинный нож тёмного металла. Второй тоже что-то держал, несомненно — убийственное.
— Ты о ком? — спросил сэр Л'рут. — Только не говори, что об этой… косоглазенькой. Как её? Люка… нет, Леска. Вот, точно — Лес.
Оружием второго было нечто, вроде тонкого копьеца, если не сказать арматурного штыря. Хотя парочку от Дуни отделяла всего половина драпировки и коридор, девушка едва различала контуры клинка и заострённого стержня — их материал оказался чуть светлее одежд местных «ниндзя». Зато теперь девушка поняла, где находится. Она выбрала правильную дорогу, но на обратном пути… хотя, может, и раньше, помнится, когда она чересчур размахивала ведром, ей послышалось тихое «ой»… В коридоре, изогнутом буквой «Г», появилось зеркало. Подозрительное какое-то: оно отражало обстановку, но игнорировало людей.
Ну и пусть. Нутром чуя опасность, Дуня приготовилась развернуться и дать дёру — как и раньше, на рожон она не лезла и неприятностей старалась избежать. Да и что она могла, если даже волшебник Вирьян ничего не делал? Но… Сразу уйти не получилось — хотелось разузнать о «косоглазенькой» побольше.
— Именно.
— Что ты в ней нашёл?
Вот-вот. Неужели она всё-таки какая-нибудь Избранная? Высшие силы наделили её даром и великой миссией, но посылочка задержалась на почте?.. Дуня прислушалась к себе: а так ли она этого хочет? Она успела убедиться, что приключения — это то, за чем лучше наблюдать издали и желательно вообще по телевизору.
— Долго объяснять.
— Простым смертным? — они в очередной раз остановились.
— Ты прав, — усовестился чародей. — К тому же, ты один из тех, кто поймёт.
— Но не одобрит?
— Верно.
Теперь она не уйдёт. Если ей вдруг и полагается колечко Всевластья, то неплохо бы разузнать всё и об Ородруине. Хотя что-то подсказывало загостившейся страннице между мирами: ни то, ни другое ей всучить не хотят, но о предстоящих гадостях выведать всё не помешает… просто-напросто для того, чтобы иметь козыри на руках. Дуня поняла, о чём ей нужно побеседовать с Вирьяном. О возвращении домой!
Озарение снизошло, как и любое решение, которое упорно ищешь несколько дней, словно бы само собой. Ей требовались ответы, но главный вопрос всё время ускользал. В библиотеке замка девушка разговаривала с собой, нечаянно вслух, и чародей легко вписался в монолог, а затем не дал подумать, вытеснив из головы разумное дурацкой выходкой с поцелуем. Когда Дуню лихорадило, она тоже не могла оценить сказанного, так как то было привычным. Но столь чужеродным для этого мира! «Тридцать девять и два».
Вирьян свободно говорил на родном языке Дуни. И, значит, ему придётся выслушать девушку. Но сначала она послушает его.
— Эта девочка…
Фигура с ножом шевельнулась.
Смерть… Нет! Сейчас эти «ниндзя» убьют того единственного, кто может помочь… И Дуня, оглушительно завизжав, что есть дури — силы-то не было — швырнула ведро. Ей повезло — небольшое расстояние и наоборот немаленькая бадья сделали своё дело. Дуня попала — один из незваных гостей рухнул. Его напарник, однако, не растерялся и метнул штырь. Впустую. Вирьян, оттолкнув друга, упал — до пола не долетел, продолжив движение вперёд точно Супермен на бреющем, вцепился в ноги нападавшего.
— Обезвредил! — рявкнул маг, хотя до победы ему было далеко.
В ответ сэр Л'рут вскочил и бросил кинжал — из лишнего коридора выпало тело в чёрном. Пятого и четвёртого убийцу хозяин дома встретил обнажённым мечом. В тот же миг «зеркало» потекло на ковровую дорожку обычной водой и испарилось, оставив по себе мокрое пятно и трупы.
— Своего усыпил, — Вирьян поднялся. — Чародей. Трудно будет. Но смысл есть, остальные — мелкие сошки.
— Рад слышать, — огрызнулся рыцарь. — Ты чего, а?!
— Взрыв-волну обезвредил. С воротами повозиться пришлось — занят был… немного.
Дуня, которая во время драки вместо того, чтобы бежать или хотя бы прятаться, стояла столбом, осторожно попятилась. Может, не заметят… Но не тут-то было: Вирьян одним скачком оказался рядом с девушкой и ухватил её за руку.
— Куда же ты, спасительница? — изумился он. — Разговорчик есть.
— Ась? — откликнулась та.
Сэр Л'рут окинул обоих недоумённым взглядом. Хозяин не понимал гостя и служанку.
— Вирьян?
— О, прости, — чародей вернулся к местному языку. На мгновение девушке почудилось, что маг запнулся, словно размышляя, а не заставить ли Дуню отвлечься, подсунуть её разуму нечто любопытное, изматывающее или пугающее, нечто, за чем она опять позабудет свои открытия и вопросы, упустит из виду главное. Дуня сердито сдвинула брови и сжала зубы, показывая, что на этот раз она не дастся, не позволит себя заморочить. — Рут, и ты ещё спрашивал: что я в ней нашёл? Тебе когда-нибудь девушка жизнь спасала?
— До сей ночи? — хмыкнул рыцарь, от чего его шрам на мгновение свернулся запятой. — Нет. По крайней мере, таким образом… Она из твоих земель?
Странно, Дуне бы в голову не пришло поинтересоваться этим. Она бы начала со слова «откуда» и, пожалуй, ошиблась бы.
— Я некоторое время гостил в её стране, — Вирьян цокнул. Возможно, девушка всего лишь сочиняла, пытаясь узреть то, чего нет, однако её не покидала уверенность, что маг не ожидал такого подвоха от друга: сэр Л'рут, нисколько не скрываясь от волшебника, будто бы подсказывал Дуне, как поступить, как запомнить то, что она решительно не желает забыть — как заставить мага не отвертеться от собственного предложения. Как серьёзно поговорить с ним. — Рут, не процитируешь ли закон?
— Какой? — нахмурился хозяин. Похоже, гость нанёс ответный удар.
— Жизнь за жизнь, — улыбнулся чародей. В полутьме выглядел он жутковато: тонкая бородка и разъехавшиеся до ямочек в щеках губы сложились в клоунский оскал — ни дать ни взять демон, явившийся помучить смертных и оттого счастливый донельзя. — Если рыцарь спасает жизнь рыцарю, то…
— То рыцарь обязан тем или иным образом отдать долг, даже если ему придётся до самой своей кончины следовать за спасителем. Если рыцаря спасает младший, то рыцарь обязан признать спасителя равным. Если рыцаря спасает крестьянин, то рыцарь обязан взять спасителя под свою защиту как господин.
— А если рыцаря спасает женщина… — встрял Вирьян.
— …то рыцарь обязан отдать женщине жизнь.
— То есть — жениться, — не позволил поставить точку чародей. — Рут, дружище, познакомься со своей невестой.
— Невестой? — выдохнул хозяин дома. Несчастная полотёрка поддержала господина сдавленным писком. — А как же госпожа Л'лалио? Её родители? Его Императорское Величество?
— И прекрасная госпожа, и все её родственники, включая Его Величество, чтят закон Жизни. Они поймут, — медленно, словно сердитому ребёнку, принялся объяснять маг. — Тем более помолвка ещё не состоялась, а значит, ты ещё никому ничего не обещал.
— Это всего лишь отговорка, — напомнил сэр Л'рут. А ведь мгновение назад он пусть и не рьяно, но всё же старательно пытался отложить встречу с наречённой, а, следовательно, день свадьбы. День расставания со свободой, свободой любить того, кого вздумается. — И тебе не хуже моего известно, что жениться на простолюдинке я не имею права.