Ну, надо полагать, вон та яма и есть бывшая братская могила. А судя по сохранившимся следам раскопок, в ней поковырялись изрядно.
Вопрос!
А кому и главное – зачем надобно выкапывать тела своих жертв? Куда они могут привести и на что указать? Где их «похоронили» – река ря- дышком.
Но…
Почему не сразу в воду? Ведь логично же! Унесёт неведомо куда – и «концы в воду»…
Нет, закопали именно здесь. Почему?
Берег реки тут крутоват… и не просматривается из кустов!
Ага…
Поле боя неведомые злодеюки осмотрели тщательно. Здесь я вполне доверяю проводнику – он как раз в спасательном отряде был и данную деревеньку прошёл собственными ножками не единожды. Если он говорит об этом вполне уверенно – то, стало быть, так оно и есть.
Нападавшие подобрали всё – даже ножей на месте боя не отыскалось.
И кто-то будет меня уверять в том, что они «зевнули» человека? При том, что никто им не мешал сначала пересчитать всех сопровождающих, а уж потом и начинать стрельбу. В резкое массовое отупение бандитов – не верю ни единой секунды!
Примем за аксиому – они видели уцелевшего. И именно для единственного зрителя разыграли всю эту комедию.
Зачем?
Ну…
Вспоминая недавнее «бодание» с нефтепромышленником, ещё раз убеждаюсь, что цели у нападавших были вполне конкретные. Они хотели подставить нас – и это им вполне удалось.
Это – первая цель.
Первая?
Да, ибо я уверен, что имелась и вторая – но уже не столь очевидная.
Присядем и прикинем.
Хорошо, им удалось перевести стрелки на «химиков». Допустим, что князь бы на нас конкретно набычился – такое вполне возможно, кстати…
Как много времени это могло продолжаться?
Месяца два-три… а потом к нему приступят не только местные торгаши и всяческие заболевшие – своё «фе» может высказать и центральная власть. Не смертельно, разумеется, но от этого князю ничуть приятнее не станет. Стало быть, за стол переговоров сесть всё же придётся… и это ещё месяц как минимум.
Там-то всё и прояснится.
Итого – три-четыре месяца нападавшие гарантированы от нашего здесь появления.
Хорошо, примем это как данность.
И для чего им это надобно?
Что они могут успеть за это время сотворить?
«…Все нападения, если здраво рассудить, – указывает на карту Озеров, – теоретически могут направляться из одного-двух мест. И эти места располагаются вот тут…»
Крутоярск.
Карандаш особиста указывает именно сюда.
Ибо если принять, что трофеи вывозят именно в сторону бывшего «наукограда», – можно объяснить очень многое.
То, что никто не видел караванов с награбленным добром – они исчезают в городе. Здесь никто не живёт (официально, во всяком случае), нет и ничьих блокпостов.
Географически точки нападения приблизительно равноудалены от Крутоярска. И в этом тоже есть своя логика. Все намечавшиеся к восстановлению объекты расположены не так-то уж и далеко от него. Естественно – они же всегда были связаны с городскими предприятиями и институтами! И на них работали.
А обозы огибают мёртвый город по большой дуге…
То есть если кого-то не пугает прогулка по небезопасным развалинам, то у него будет ощутимая фора по времени. Пока ещё этот караван до места поворота доползёт…
«…На груз, перевозимый автотранспортом, нападений не зафиксировано…»
Верно – машина проделает этот путь (пусть и по кругу) значительно быстрее конной повозки. Даже пройдя по отравленным местам, шансов успеть на перехват почти не имеется. Ну… не факт вообще-то… но нападений на грузовики и впрямь не было.
Какая-то мысль так и свербит у меня в голове!
Что-то рядом… но что?!
Они утопили мертвецов…
Зачем?
Предположим, спасательный отряд успел непостижимо быстро – что он не должен был отыскать? Следы боя – вот они. Наверняка и в яме что-то осталось. Одёжка окровавленная, ещё что-нибудь…
И что это могло дать спасателям?
Да… ни фига это не давало… Слова уцелевшего нашли бы своё подтверждение, народ окрысился бы на Старопетровск… и всё?
Воля ваша, но что-то здесь не срастается…
Допустим, что потерпевшая сторона не сразу поверила в нападение именно «химиков». Могло такое быть?
Очень даже запросто. Мы обычно настолько далеко от города не заходим. Да и нет у нас в этих краях никаких интересов (это, разумеется, для непосвящённых их нет…).
Хорошо, допустим, князь не поверил.
Что его может убедить?
Труп «химика» в полном боевом снаряжении?
Угу… это через месяц-то после нападения? И никто это тело не обглодал ещё? Ну, да… специально следователя ожидали…
Не катит.
Ладно, с другой стороны зайдём.
Что тут хотели спрятать и от кого?
Не от Никодимыча – его людям явно было бы не до тщательного осмотра места происшествия. Здесь, если кто позабыл, «дикое поле» – не княжеская земля! Нет, расслабляться ныне вообще нигде не стоит, но уж в диком-то поле… это совсем из ума надобно выжить! Тут и по нужде-то народ в одиночку старается не ходить! Прямо как в пресловутом анекдоте про чукотский туалет – одна рука всегда с оружием на изготовку.
Им вполне хватило бы и показаний уцелевшего ватажника.
Опять же – я пока всё это чисто умозрительно представить могу. Свидетеля-то Зонов властям показывать не стал! Так что ни о каком тщательном осмотре данного места княжескими безопасниками речи вообще не было.
И с этой стороны предосторожность нападавших оказалась лишней.
Ой ли…
– Смотри, Коля… – присаживаюсь на корточки. – Поляна у нас тут вся травою поросла – так?
– Ну… – соглашается особист. – Есть такое дело!
– Там, где братскую могилу копали, однородность травяного покрытия нарушена. Так?
– Естественно! – пожимает плечами он. – Копали же!
– Угу… А вокруг?
– В смысле?
А в том самом…
Приглядываясь к окружающей обстановке (а попутно вспоминая кое-какие эпизоды из прошлого…), обнаруживаю некие признаки, свидетельствующие, что чьи-то шаловливые ручки покопались не только в районе братской могилы.
Ну ладно – в могиле хоронили тела убитых ватажников, потом спасательный отряд шуровал, оттого там и нарушен дёрн, да и прочих следов хватает.
С этим понятно.
Да и давность этих следов уже вполне достаточная, вот, трава там и успела заново отрасти.
С этим понятно.
А вот за каким, скажите, хреном надо было вон тот бугор раскапывать? Для могилы?
Так ямка получилась не слишком большая… Да и логики в этом никакой нет – проще тела в реку сбросить.
А вон тот холмик вообще заново подсыпали, там и трава какими-то клочьями растёт. Не успела ещё вымахать.
Странно, да?
На первый взгляд.
Особенно когда смотрит человек обычный, ранее всевозможными гадостями не особо занимавшийся. У него и логика нормального человека – с этой точки зрения не на все подробности внимание обращаешь.
– Иди-ка на это место, – тяну Николая за рукав. – Нет, на холмик не залезай! Позади него становись.
Особист послушно передвигается на указанное место.
– Так?
– Угу… и посмотри на бывшую могилу – что видно?
– Ну… яму вижу.
– Ничего взгляду не мешает?
– Нет… Куст вон там… но он куцый какой-то…
– А почему?
– В смысле?
– Почему куст такой – не посмотрел?
– А надо?
Сплёвываю. Нет, парень-то он неглупый – в своём ремесле… А всему прочему надобно учить! Опухну я эдак-то, со всеми по полям да лесам бегаючи.
– Уже не надо – и без тебя посмотрели. Часть веток там срезана, самых толстых. Вопрос – зачем?
Он чешет за ухом.
– Ну… Ту же могилу этот одноногий ими потом забрасывал. Закапывать-то ему трудно было.
– Ну, положим, до этого куста ему тоже было топать не слишком близко – там и поближе есть… Но – допустим! Чем он их резал?
– Так у него же лопата имелась!
– Помню, он про это говорил. На дороге, мол, валялась, он и подобрал. Только ветки эти – они не срублены. Спилили их, там и следы характерные остались. Что-то я лопат, совмещённых с пилой, не припоминаю, может, ты такие гибриды где-нибудь встречал? Напряги память-то!
Нет, ему такие изделия тоже не попадались.
Спил на ветках относительно давний, дерево уже успело потемнеть. То есть пилой тут работали точно не вчера.
И кому вдруг это понадобилось?
– Ушли все с поляны!
Присаживаюсь на корточки.
Автомат отложен в сторону, сейчас он ни к чему. На моей памяти были случаи, когда сапёр ухитрялся срывать растяжку стволом собственного оружия. Я не ожидаю тут такой подлянки – но привычка намертво въелась в подкорку.
С шорохом, под углом в тридцать градусов, входит в землю щуп.
Почему не прямо?
Так всё по той же привычке – чтобы не нажать ненароком на взрыватель. И поэтому – медленно и под косым углом – так больше шансов не инициировать мину.
Чисто.
Здесь чисто.
А в сторонке?
Скрежетнул по металлу щуп – и замерла моя рука.
И кто-то ещё будет считать меня параноиком?
Думаем…
С этой стороны поражать некого – если я прав в расчётах, заряд поставлен на братскую могилу. Точнее – на тех, кто придёт её раскапывать. А раз так, то и осколки в основном пойдут в ту сторону.
А руки-то всё помнят!
Острожными движениями расчищаю землю.
И что у нас тут?
Хм… большая металлическая коробка. Вернее – пятилитровая консервная банка. Помню я такие – в них на складах топлёное масло хранили. Ну и вообще…
Сейчас тут, разумеется, содержимое насквозь несъедобное. В большую банку вставлена ещё одна – чуток поменьше. Смещена к задней стенке – той, которая смотрит в мою сторону. Не ошибся я, это приятно сознавать! И вот уже данная ёмкость заполнена взрывчаткой.
Светло-жёлтый порошок – аммотол? Похоже…
А вот готовых осколков у народа не нашлось, пришлось заниматься отсебятиной. В промежуток между стенками банок засыпали стреляные гильзы и всякий металлический хлам. Даже гнутых ржавых гвоздей добавили. Надо думать, надергали их прямо в брошенных домах.