А с другой стороны, «кайф» от приёма был очень длительным. Эффект от дозы мог продолжаться до нескольких недель. Человек в подобном состоянии мог жрать вообще всё подряд – и это моментально усваивалось. Улучшалось зрение, обострялся слух, лучше работали мускулы, да и вообще… Наркоман, внешне никак не отличимый от обычного человека, мог с лёгкостью пробежать пару десятков километров по лесу, таща на своих плечах изрядный груз. А, например, рабочий в шахте мог махать кайлом почти полдня без особого напряга.
И всё это время человек испытывал необычайный душевный подъём и почти сексуальный оргазм от любых своих действий.
Жуткий эффект…
Другое дело, что эта фиговина буквально пожирала своего потребителя – человек мог «высохнуть» уже за пару-тройку месяцев. И процесс этот был необратим – законы природы нельзя обмануть даже при помощи таких вот препаратов.
Но кого волновало самочувствие рабов? За эти два месяца раб трижды оправдывал все расходы, связанные с его покупкой, транспортировкой и всем прочим. И именно при помощи работорговцев эта дрянь и получила столь широкое распространение. Иногда «торговые» караваны перевозили заодно ещё и партию наркоты. Так сказать, «полный сервис». Вот вам рабы, а вот и нужный препарат для повышения их трудоспособности.
«Бизнес» оказался невероятно выгодным!
Не надобно большого количества народа – каждый подвергшийся воздействию «крышесноса» пахал за троих-четверых. Пилить ли лес, копать ли землю – всё едино! За дозу наркотика человек готов был на что угодно.
И никаких тебе бунтов или возмущений – только вовремя давай нужную дозу! Тут ещё и на охране получалось экономить – рабы даже и не пробовали бежать. Где ты ещё можешь получить вожделенный наркотик? Кто тебе его даст «за просто так»?
Блин…
Так это что же получается?
Тот самый караван работорговцев, что мы встретили… они что же, тоже как-то связаны с этими самыми бандюками? Эх, невнимательно мы место боя осмотрели! Где-то они наверняка успели ещё и эту дрянь припрятать…
– То есть, – вопросительно смотрю на особиста, – вся эта шатия-братия жила исключительно продажей наркоты?
– И плотно сотрудничала с работорговцами. Рассматривался даже вопрос о создании временного лагеря содержания рабов в Крутоярске – хрен бы кто из князей туда сунулся с проверкой! Всем жить ещё охота… Но ввиду неблагополучной санитарной обстановки в тех краях эта затея понимания у «торгашей» не нашла. Слишком велики были бы возможные убытки в случае чего!
– А сейчас у них просто закончилось сырьё…
– Да. И поэтому они начали нападать на караваны с оборудованием и прочим снаряжением. Надо сказать, что тут они весьма преуспели – работорговцы подключили к ним ещё и свою агентуру. Так что сведения у них были достаточно точные. Не из первых рук, понятно, но тем не менее…
– Сколько их там всего?
– Точно установить не удалось – наша птица-говорун всё же иными делами ведал… Но, по его прикидкам, около шестисот человек ещё осталось. Руководство, хоть и частично сменившееся по вполне понятным причинам. Внутривидовая конкуренция в подобных условиях может быть весьма жёсткой! Охрана – около ста человек. И обслуживающий персонал.
Николай повертел в руках пистолетный патрон – он всегда так делал, если хотел сосредоточиться.
– Понимаешь, командир… Про нас, про особистов, много чего говорят… Мол, мы такие-сякие, жестокие да бессердечные…
– Ну мне ты это можешь не рассказывать – сам такой! Моим именем, чтоб ты знал, кое-где так и по сей день непослушных детей пугают. По делу говори.
– Я вот что скажу… Князья в этот вопрос лезть не станут – им тут жить. И кто знает, как глубоко эта сволочь, что в Крутоярске окопалась, тут корни успела пустить? А что они это сделали – и к бабке не ходи! Сколько лет отсюда рабы и наркота шли? И никто-никто так ничегошеньки и не увидел? Сомневаюсь я…
– А конкретнее?
– Нам вопрос с этим гнойником решать – и никто более в этом участвовать не станет. Князья со своими присными только руками разведут – мол, это всё «химики» – с них и спрос! И центр, по ряду соображений, такую же позицию займёт. Слишком уж много народа на этом болоте столько лет кормилось – всех сразу не выявить! А никакое бодалово тут никому и на фиг не впёрлось – только-только всякие там междоусобицы закончились…
– Думаешь, молча проглотят? – с интересом смотрю на собеседника. Умеет же Витька себе сотрудников подбирать! Умный Колька парень, хоть и выглядит вахлак вахлаком. Думаю, что уже столько народа на это купилось…
– Совсем чтобы молча – нет. А что взять с этих отморозков? Ну разве что на тебя и меня охоту объявят… цену за голову положат…
– Мне не привыкать. Сколько лет уже под этим топором хожу… А вот тебе по первости неуютно будет. Ты думаешь, почему я с семьёй вместе не живу, а?
– Под удар их ставить не хочешь?
– Именно! Я-то ладно, привык со стволом в обнимку спать. А вот для них такой судьбы не хочу!
– Блин… Я жениться хотел!
– Мало ли кто там чего хотел…
Глава 17
И опять, в который уже раз, я буду выступать в роли злой Бабы-яги. Мол, всё иначе бы могло быть… но вот явился сюда этот деятель…
Не всё, что можно сделать от лица центральной власти, нужно делать именно таким вот образом – с открытым забралом. Не поймут… многие не поймут, а некоторые – так ещё и не захотят! И их понять можно.
Был у людей «бизнес».
Да, незаконный и криминальный. Жестокий, чего уж там говорить!
Но – он многих кормил. Очень многих. И я сильно сомневаюсь, что все, кто на этом гнойнике паразитировал, по жизни являются мирными хлебопашцами. Скорее уж совсем не хлебопашцами и далеко не такими безобидными. Короче говоря, с возможностями народ.
Пока всё тут шло тихо, никто никого особо не прессовал и в подворотнях не резал (ну кроме обычных разбоев и грабежей – так это как бы и вовсе не наше дело – на это тут князья имеются!), и жить можно было относительно спокойно. Пока не припёрлись сюда эти очумелые…
Тут не только персональной вендеттой пахнет – нам всем могут доступ в эти края перекрыть!
Ну что ж… переживём как-нибудь. Для общего-то блага…
«Химики»… мы уже давным-давно не просто сами по себе. Это только внешне всё просто и понятно, на деле – так всё очень даже сложно. Какое уж там второе дно! Тут как бы и не пятое!
– Ладно… – подвожу итог беседы. – Давай займись связью – нам надо с центром переговорить.
Да, наша операция по поиску нападавших на караваны злодеев имела и второе дно. Впрочем, не буду сильно удивлён, если где-то обнаружится ещё и третье. Особисты наши (и не наши…) ребята с фантазией и вполне могут ещё и не такую конструкцию соорудить. Тут тебе и проверка на вшивость некоторых князей вместе с их окружением, и аккуратное прощупывание некоторых промышленников… да, думаю, этим всё не ограничивается. Это для всех – мы, типа, торговый караван…
Княжеские безопасники «доподлинно» знают, что мы ищем разбойников, которые шалят на дорогах. Кое-кто, наиболее догадливый, понимает, что мы ещё и расчищаем почву для восстановления некогда существовавшего в этих краях производства.
А тот факт, что мы и ещё кое-чем полезным занимаемся… это только уж совсем наверху известно – да и то далеко не всем.
Некоторые события… они, как ни странно, типа сами собой происходят… вроде бы даже и без участия людей вообще. Ну как-то вот оно самостоятельно всё складывается.
А тот факт, что из проходящего каравана могут некоторые полезные вещи нам передать… Ну в крайнем случае всегда можно сказать, мол, по случаю купили… шибко уж эта штука (вписать – какая именно) нам вот прямо сейчас позарез потребовалась. Вот просто жить без неё не могли – а тут нате вам! Мимо кто-то такую хрень и тащит…
Ну… радио… его много кто слышать может!
Особенно если знает, на какой частоте и в какое время слушать.
Так вот и появилась у нас в колонне любопытная хреновина – инженерная машина разграждения.
ИМР‐4 – совсем «свежий» агрегат, только перед войною на вооружение поступил.
Я-то, грешным делом, только вторую модель застал, а про третью так даже и не слышал ничего! А тут – вообще четвёртая! Что же там такого наворочали-то?
И, как оказалось, зря не слыхал…
Неведомые конструкторы в своё время основательно напряглись – и выдали на-гора что-то и вовсе несусветное.
Помнится мне, что даже ИМР‐2 спокойно выдерживала подрыв основательного фугаса. В смысле, что гусеницы и катки, разумеется, рвались и ломались… но этим всё и ограничивалось.
Хитро устроенные сиденья не позволяли взрывной волне калечить ещё и экипаж. Да там, откровенно говоря, не одними сиденьями всё заканчивалось – хватало и прочих фокусов.
Бахнуло, просвистели над головою осколки и обломки – работа для ремонтников. Экипаж – сиди, кури…
А ремлетучка (по какому-то странному совпадению) приблудилась к нам от ещё одного проезжего каравана. Что-то у неё там с движком неприятное произошло… Вот и оставили на «временном» хранении в какой-то деревушке. И надо же было так случиться, что вот именно у наших механиков и отыскалась нужная деталь! Вообще-то далеко не одна… И даже не совсем у нас – мы её (их…) «случайно» в придорожных кустах нашли. Вот так вот бывает – идёшь куда-то по своим делам, а тут – здрасьте, коленвал в кустах лежит! И вполне себе рабочий… даже в промасленную бумагу завёрнутый… и в брезент, чтобы не промокал…
Кто-то вполне обоснованно выразит сомнение. А иной только в затылке почешет – мол, как же! Слыхал я про такие штуки! Правда, не со мною это было, но кум Иван точно про такое говорил!
И вот рычит перед колонной жуткая даже на первый взгляд машина.
Что-то там у неё со всех сторон торчит и вроде бы даже и работает как-то непонятно. Попискивает, поблёскивает…
Кто-то скажет – перестраховщики!
Даже и спорить не стану – пусть хоть параноиком обзовут.
Но… на второй день пути обнаружился в кустиках полуослепший наблюдатель. И какой хрен его затащил в развалины старого придорожного кафе – неизвестно. Только вот уйти оттуда самостоятельно он по причине неожиданного окосения уже не мог. Оттого и бинокль на месте своей лёжки обронил. И то сказать, бинокль – он зрячему нужен. А когда по любопытным глазкам лазерный импульс стеганул – тут подобный прибамбас почти и без надобности оказался.