— Ах, Грех, ах, прохвост. Вот ты уж точно никогда не выйдешь у людей из моды, — горько улыбнулась Совесть, потом задумчиво посмотрела на письмо. — Но ведь я всё ещё жива, а значит, где-то есть человек, который меня всё ещё слышит.
Музыка
Сквозь стук колёс можно было уловить мелодию. Сначала она, словно нерешительная барышня, касалась уха и снова пряталась под стук колёс. Потом она осмелела и стала громче. Потом ещё громче. И вот уже можно было различить стук дождя по невидимой скрипке, пульс уставшей земли под монотонными звуками солнечных вспышек, негромкий рассказ космоса о чём-то очень важном. Резко и невпопад завопила и сразу же замолчала чайка. Неспешно переливались голоса разных птиц, животных и насекомых. Я вдыхал разряженный воздух жизни. Мои лёгкие плавились от бешеного стука сердца. Сейчас. Именно сейчас оно было частью этой музыки. Именно сейчас оно было стуком колёс, плачем дождя по невидимой скрипке, пульсом земли и монотонными вспышками солнца, шёпотом космоса, голосами птиц, животных, насекомых и даже той чайкой, запевшей невпопад. Именно сейчас оно стало музыкой всего. Частью всего.
Я коснулся кровоточащей раны в груди и удивлённо посмотрел на стрелявшего в меня. Мой палач? Ты… стал моим спасением.
Послесловие.
Экстренный выпуск новостей.
Буквально час назад на станции метро Тверская города Москвы неизвестными лицами расстреляно (по предварительным данным) около ста человек. Возбуждено уголовное дело, начато расследование.
Умирала мечта
Я помню это ощущение. Оно ко мне уже приходило. Когда ты смотришь — когда ты смотришь и видишь, как среди каменных джунглей осеннего города пробираются молчаливые люди. На их опущенных плечах, словно замёрзшая птица, умирает несбывшаяся мечта. Она молчалива и тоже поглощена этими каменными джунглями. Может быть, где-то в тепле тёмных квартир она вдруг на миг оживёт и потанцует под музыку дождя в водосточных трубах, под шуршание воды в тёплых батареях дома. Потом она посмотрит на тебя, молчаливого, и кончиком тоненьких пальцев коснётся твоих опущенных плеч. И ты поверишь ей. Поверишь, что всё будет так, как хочешь ты. И закроешь глаза, тепло обнимая свою мечту…
А потом ты вдруг почувствуешь лёгкое касание чего-то холодного и откроешь глаза снова в каменном мире, в котором сегодня пошёл снег. Он молчалив, как и ты. Он просто равнодушно укрывает твою несбывшуюся мечту, которая когда-то лёгким ветерком села тебе на плечи, а теперь мёртвым, словно этот город, камнем заставила их опустить.
Я помню это ощущение. Оно ко мне уже приходило. Когда ты смотришь и видишь, как под осенним снегом на опущенных плечах молчаливых людей беззвучно умирает мечта.
Куплю
— Ой, а скажите, пожалуйста. Вот вы сейчас это всё как угадали?
— Что всё, простите?
— Ну что вот из-за угла машина выскочит. Вы как повернулись и отошли?
— А. Так это не я. Это моя интуиция.
— Интуиция? А дорого стоит? Продадите?
— Да знаете, нет. Она мне по наследству досталась. Цены не имеет. Посмотрите на досках объявлений или в интернете, на Авито, например.
— Да искал я там что-то подобное. Одни объявления о продаже совести. «Продам, чистая, ни разу не использовал». А мне зачем? У самого такая же дома где-то валяется. Кому это надо. Смотрел цену моральным принципам — вообще гроши просят. Обесценились.
— Странно как. А вы душу поищите. Говорят, к ней в комплекте это всё прилагается. Совесть та же, радость, слёзы, сострадание какое-то. Там много пунктов. Не знаю, что про них сказать. Не пользовался. Кстати, у души и функция интуиции есть.
— Да-да, видел объявления. Не читал внимательно. Цены смотрел — приемлемые. Гараж, машина, дом, дача. Недорого, недорого нынче.
— А я слышал, когда-то душу в комплект давали. Бесплатно. Но её все продавать начали. Коррупция — у-у-у какая! А сейчас да. Сейчас совсем гроши: гараж, машина, дом, дача. Не в моде с тех времён, не в моде. А знаете, пожалуй, куплю себе такую штуку. Интуиция говорит, что надо. Посмотрю сегодня по объявлениям. Бывайте!
— Всего материального вам.
Поздним вечером, усевшись поудобнее в кресле, я положил ноутбук на колени. Нашёл самую популярную доску объявлений, лениво полистал предложения, а потом нажал кнопку «подать объявление» и в разделе «куплю» написал: «Отдам всё материальное за душу».
Мудрые высказывания
Когда падаешь на колени, понимаешь, что под ногами никогда не было почвы, лишь тонкая нить, по которой идёшь всю жизнь. Понимаешь, что небо дальше, чем кажется, и жизнь короче, чем хотелось бы… бесконечна лишь секунда, пока ты на коленях. А из пропасти доносится радостное завывание «УПАДЁТ!» И, в последний раз посмотрев на небо, видишь тысячи душ, тёплых, заботливых душ, которые протягивают к тебе крылья. Тысячи глаз, свет которых приближает, казалось бы, такое далёкое небо. И миллионы фраз, из которых укрепляешь чуть было не оборвавшуюся нить.
Спасибо! Пусть в ваших душах остаётся навсегда теплота, чтобы вы могли летать; в глазах горит огонь страсти, ненависти, счастья, любви, в общем — жизни. И всё же иногда, прошу, вставайте на колени, но только перед Матерью и Богом. Любви.
Чтобы стать кем-то, надо быть самим собой и научиться лепить из того, что есть. На смертном одре время ценится больше, чем тогда, когда его вполне достаточно. Хотя думать, что времени много, — это заблуждение. Любая секунда — минус из жизни. Поэтому каждую секунду надо осознавать как саму жизнь и ценить себя в ней. Тогда не останется времени на оценки чужой жизни, потому что в своей надо успеть самое главное — стать самим собой, полюбить себя и разрешить самому себе лепить из того, что есть сейчас, чтобы на смертном одре осознать себя вечной жизнью…
Мрак. Пустота. Иду. Ты впереди.
Стараюсь не догнать, но так легка дорога.
А воздух слишком густ. И что-то боль в груди.
Ты — впереди. Привыкну понемногу.
Твой равномерный шаг — как метронома тик.
Привиделось ли мне, что я — твоя ошибка?
Но колется в груди. Кому-то нужно так.
Шагаешь впереди. Я догоняю прытко.
Когда закончим путь, обнимемся с тобой,
Закроются глаза, чтоб в бездну не смотреть.
Ну, а пока идём одною мы тропой.
Шагаешь впереди… я — за тобою, Смерть…
И снова пустота там, где билось сердце.
И снова тишина, где прошлась толпа.
Иногда кажется, что слишком устал, но — хотя бы из любопытства — сделай ещё шаг, вдруг именно он окажется решающим на пути к твоей цели. А если нет — не отчаивайся, хотя бы просто из любопытства сделай ещё шаг. В конце концов, только движение сокращает расстояния!
Я просто хочу сказать, что я сам неделим и не делю никого на хороших или плохих. Каждый, кто появляется в моей жизни, играет для меня очень весомую роль. Мне неприятно видеть, когда кто-то кому-то из вас бьёт морду. Больно становится мне. И всё, что я прошу, — уважайте друг друга. Моя напыщенная грубость иногда — попытка обратить весь негатив на себя! Ведь вы же на меня недолго злитесь — я же душка!:))))) и скромный.
Однажды Эрнест Хемингуэй поспорил, что сможет написать самый короткий рассказ, способный растрогать любого. Он выиграл спор: «Продаются детские ботиночки. Неношеные» («For sale: baby shoes, never worn»). С тех пор его опыт не даёт покоя писателям и простым смертным: многие пытаются заключить целую историю, способную тронуть, удивить и ошарашить читателя, в шесть слов — как в оригинале писателя. © AdMe.ru
Я тоже решил попробовать. Это трудно!
Я слишком гордый, чтобы просить. Помоги.
Ветер ласкал мне лицо. Самолёт падал.
Солдат, мы ушли от пуль! Солдат?
Она погладила меня. Скончался от ожогов.
Ненавижу её! Как так она умерла???
Бог — как и ребёнок. Он любит тебя. Ни за что. Просто так. Просто он умнее тебя и не верит в то, что ты любишь его так же. Поэтому он ищет для тебя способы, чтобы ты смог доказать ему свою любовь. Этой жизнью Бог не предал тебя. А ты его?
Люди всегда уходят в самый неподходящий для вас момент. Когда бы ни ушли, момент неподходящий. К этому нельзя подготовиться… но всегда можно сделать так, чтобы человек не захотел уйти. Просто хотя бы иногда давайте ему понять, что он нужен.
Ложись скорей. А то озноб уже замучил.
Он — от усталости или от тучи,
Что ходит за окном неделю,
Наверное, на холода надеясь,
Как будто ей не жертвуют теплом.
И всё суровей люди под зонтом,
И больше шансов простудиться, слечь,
И женщины не оголяют плеч…
Скучна весна становится порою,
Когда знобит и сердце волком воет.
Так целовал рассвет мою загубленную душу.
Я крик её назло не слушал.
Не распознал, что гаснет свет…
И умер я — себя разрушив…
И умер я — её не отогрев.
Дайте, прошу, тишины на минутку.
Мне ветер пытается что-то сказать.
Через сто дорог до луны дойти, чтобы оставить там свою память.
Считается, что вода находит путь наименьшего сопротивления и по нему следует. Человек на своём пути найдёт кучу говна, об которую обязательно споткнётся. Думаю, чтобы развиваться, нужно помириться с природой. Она покажет, как жить надо.