– Спасибо, Демира, я постараюсь хорошо покушать. Мне это очень напоминает то, как обычно меня моя тётушка уговаривает поесть получше, когда я к ней приезжаю в гости. Знаете, так у вас здесь хорошо, и мне хочется сказать…
– Погоди! Сейчас наполним бокалы и будешь говорить, – прервал её Стоян, налил ей, и стал доливать всем остальным. Инга же, уже немного захмелевшая и осмелевшая, продолжала говорить:
– Я хочу сказать, что мне уже который день кажется, будто я попала в сказку. Столько удивительного со мной происходит, такие встречи замечательные, такая душевная атмосфера, и у меня столько эмоций, которые я даже не успеваю осмыслить… Сейчас я чувствую, что в этом доме мне неимоверно хорошо, за что я благодарю чудесных хозяев, а также всех собравшихся!! И пусть эта болгарская сказка продолжается для каждого!
– Ура! Ура! – завершили негромкими короткими восклицаниями тост Игнат и Алекс.
– Болгарская сказка должна быть счастливой! – добавила Смеда.
– Какие же вы славные ребята, – сказала, даже слегка прослезившись, Демира.
Все с удовольствием, как и во время обеда, ели всё, что приготовила Демира, делая комплименты каждому её блюду, делясь впечатлениями от прогулки по Смядово, и общими наблюдениями о Болгарии.
– Мам, а ты не знаешь, кто у нас поселился в районе моего магазинчика – женщина, которая может быть одета в наш национальный костюм, но при этом очень хорошо говорит по-русски? Инга там с кем-то общалась, пока я возилась на складе у себя, – поинтересовалась Смеда.
– А какого возраста? – захотелось уточнить Демире.
– Да примерно Ваших лет, интересная такая женщина. Она мне как-то так ловко стала раскладывать мои же мысли по нужным полочкам… И ещё делала предупреждения, но я не всё успела понять… – уточнила Инга.
– Не первый раз у нас приезжие спрашивают про такую женщину. И при этом начинают её потом искать, тоже чтобы что-то ещё спросить у неё. Утверждают, что она говорила на их родном языке. Англичанин искал, итальянка искала, из Франции девушка – тоже. И со всеми эта женщина разговаривала даже без акцента на их языках, но была одета по-болгарски, в старинной такой одежде. Теперь вот говоришь, что по-русски тоже хорошо говорила? – прищурившись спросила с улыбкой Демира.
– Да! Совсем как я! Только обороты речи были своеобразные такие. Мудро и так складно она говорила… О! Я вспомнила сейчас лицо её! Мы на площади видели женщину, когда сейчас гуляли! Это ведь она была, а, Смеда?! Правда, она с тобой на вашем языке говорила в этот раз…
– Неее, исключено. Это ты видела нашу кметицу, главу района Иванку Петрову, – со смехом ответила ей Смеда.
– Да, ну, одета, конечно, она была иначе. Но может быть просто переоделась?
– Да нет же, говорю тебе! Иванка мне сказала, что буквально полчаса как вернулась из другого района, который далеко находится. Там совещание было на интересующую меня тему, она просила меня, кстати, к ней зайти ближе к концу недели, обсудить кое-что, и сама она торопилась по делам ещё. Так что сегодня ей точно не до посиделок на лавочках было…
– Да? Странно, а так похожа на ту женщину… Мы так тепло поговорили, а потом она рукой коснулась и велела уснуть, и я там на лавочке в момент вырубилась! – вспоминала Инга.
– Да, напугала Инга меня! Я иду, вижу, она там на лавке, прислонилась к стеночке и глаза закрыты, не реагирует на мои слова… Начала трясти её, думала, ей плохо совсем…
– А мне было так хорошо после разговора с этой женщиной… Вот только она меня предупредила…Сказала, чтобы я была осторожной там, куда мы едем, и что там меня услышат…
– А куда вы собрались ехать? – встревожилась Демира.
– На Софрату, – ответила Инга, и почувствовала, что Смеда пнула её ногой под столом, но было уже поздно… Инга поняла, что проболталась о том, о чём говорить её маме не стоило.
– Это место, конечно, настораживает… И сдаётся мне, что с тобой, Инга, говорила та, в честь кого мы нашу Смеду назвали…
– А кто это? – поинтересовался Алекс.
– Наша национальная героиня. Женщина по имени Смеда, которая много веков назад основала это селение со своими 14-ю сыновьями…
– Кстати, вот Иванка как раз является большой фанаткой этой героини, – перебила свою мать Смеда, обращаясь к Инге.
– Ого! И именно она говорила с Ингой? – воскликнул Игнат.
– Да, многие у нас убеждены, что она появляется в Смядово каким-то образом, и может чем-то помочь людям. А то, что она говорит на любом языке, так это не удивительно, ТАМ, откуда она теперь приходит, все всё знают, в том числе и языки всех народов, – продолжала Демира.
– Мистика какая! – удивился Алекс.
– Ну, на счёт мистики не знаю, может быть это была просто какая-то малоизвестная горожанка, а вот на счёт совета про осторожность, в любом случае – надо о нём помнить… Кто хочет выйти подышать в сад? – спросил Богдан, посмотрев на Алекса и Игната, кивнув им на выход.
Мужчины согласились, что надо немного размяться, а потом продолжить ужин…
Сад вокруг дома родителей Смеды был частично огорожен столбиками с сеткой – там, где граничил с участками соседей, а частично был сделан из камня – этой частью он выходил на улицу. Высота этого каменного заграждения была чуть меньше двух метров, но оно было увито зарослями винограда, которые делали его зрительно чуть выше. Богдан, Алекс и Игнат вышли во двор, и решили, что попробуют, не обнаруживая себя, выглянуть на улицу, посмотреть, нет ли там подозрительных машин. Игнат показал направление, где был замечен «чироки», и все трое двинулись в тёмный угол сада. Богдан прихватил по пути крепкий ящик. Самым высоким из троих был Игнат, но даже ему не удалось бы с земли осторожно произвести осмотр улицы, выглядывая из-за забора. Поэтому, приставив ящик к стенке забора в углу сада, Игнат влез на него, и осторожно раздвигая ветви винограда посмотрел в направлении, где был им замечен джип. Улица в той стороне была пуста. Тогда Игнат повернул голову в противоположную сторону, и вот там, где был перекрёсток, он заметил очертания похожего автомобиля.
– Кажется, этот «дружочек» передислоцировался на другую часть улицы. Надо осмотреть с той стороны сада, – слезая, сказал Игнат.
– Главным образом, надо выяснить, есть ли кто внутри машины, – сказал Богдан, когда все трое пошли в другой угол сада.
– Темновато, конечно, и встал он так там на углу, но я попробую рассмотреть, – ответил ему Игнат.
Он также осторожно влез опять на ящик и посмотрел сквозь ветви винограда в сторону чёрной машины.
– О… Сидят голубчики, в мобильники уткнулись, свет от них и падает на их лица… Гении наружного наблюдения. Но то, что это наблюдение ведётся, в этом теперь не приходится сомневаться. Нормальные люди по машинам в такую пору просто так долго не сидят. Эти явно тут с определённой целью.
– Неужели они тупо намерены Ингу выкрасть? – удивился Алекс.
– Да кто знает этого мутного Воинова, может и вознамерился, – высказался Богдан.
– И часто у вас тут крадут людей? – поинтересовался вполне серьёзно Игнат.
– Нет, – усмехнулся Богдан, – у нас это тут не принято, но, как и в других странах, люди иногда пропадают, случаи бывали…
– Ну, в дом, где куча народу, они, конечно, не сунутся… – предположил Игнат
– Будем надеяться… Хотя, степень их озверелости оценить трудно, надо быть начеку, – произнёс задумчиво Алекс, осматривая с наружи дом на предмет оборонительных действий.
– Перед отходом ко сну надо будет изнутри проверить как там окна закрываются, – также посмотрев на дом, сказал Игнат.
– Проверим! – согласился Богдан.
Возвращаясь к застолью, мужчины надели на лица выражение довольства и безмятежности. От предложения Стояна выпить ещё вина они отказались, но зато почти с мальчишечьим азартом стали лакомиться сладостями, расставленными на буфете и на столике возле большого стола. Демира произвела на столе перемену блюд с акцентом на сладкое, и к чаепитию появились ещё баница, яблоков пай, шоколадовы скалички, и ещё что-то в многочисленных коробочках, которые привезли с собой мужчины.
Стоян вытащил из ящика буфета что-то деревянное, и с едва заметным смущением, но нарочитой деловитостью стал раздавать гостям из России фигурки. Это были вырезанные из дерева маленькие дикие кабанчики.
– Символ нашего города. Вам на память. Сам вырезал.
– Какая прелесть! – взялась разглядывать фигурку Инга.
– Спасибо большое, – с трогательным тихим восторгом принял кабанчика Алекс.
– Сделанное руками, да ещё с частичкой души, замечательный подарок, – сказал Игнат.
Стали вспоминать какие у кого в детстве были любимые игрушки, кто во что с кем любил играть. Как порой тяжело было пережить потерявшуюся детальку от машинки или выпавший глаз у мягкого зайца. Смеялись, перебивали друг друга, радовались каким-то совпадениям в ощущениях.
Родители Смеды как-то потихоньку ушли в свою комнату, а сидящим за столом хотелось говорить и говорить на разные темы.
Наконец, мужчины решили предупредить женщин о том, что они «засекли» наблюдателей.
Инга после этого сообщения погрустнела, ей захотелось заплакать. Она ещё надеялась во время ужина, что та машина, которую они снова заметили, не будет никак связана в итоге с предыдущими неприятностями. Но теперь эти надежды рухнули, она поняла, что дело принимает всё более серьёзный оборот, и что она опять словно притягивает к себе и к тем, кто её окружает, какую-то беду.
9
– Мне надо завтра утром улететь в Россию, чтобы не создавать вам здесь никаких проблем! Вы без меня завтра на Софрату поезжайте, а я как-нибудь до Варны доберусь и улечу, как можно скорее, – сказала Инга с дрожью в голосе.
– Ты ерунду-то не говори! – возмутилась Смеда.
– Согласен со Смедой, ерунду ты говоришь, – добавил Богдан.