За этими размышлениями Бен обошел вокруг здания; дверь была распахнута настежь; что и от кого тут запирать?! Внутри ничего, кроме мусора и слежавшихся пластов прошлогодних осенних листьев, спрессованных вперемежку с грязью. Бен поднялся по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж, осторожно проверяя ногой ступеньки на прочность. Ничего… И здесь те же мусор, грязь и запустение. Он постоял у окна — где-то в той стороне, судя по карте, находится заброшенная вырубка, но сейчас ее не видно за густыми кронами сосен. Сходить туда сейчас, что ли… Пятый час, день катится к вечеру, но до темноты еще есть время. Да, пожалуй, надо пойти поискать вырубку заранее. Бен поправил рюкзак, спустился по лестнице и пошел к лесу.
…Не доезжая около полукилометра до заброшенного поселка, Роман Фадеев остановил машину, достал из кармана мобильник и набрал номер.
— Юрий Михайлович? Здравствуйте… Я подъезжаю.
— Да-да, Рома, — отозвался из динамика пожилой мужской голос. — Давай. Ждем. Толик тебя встретит… Да пожалуй, я и сам поднимусь.
Поплутав по лесу с полчаса, Бен вышел на довольно большую поляну, заросшую кустарником. Оглядел несколько стволов, давным-давно поваленных, да так и брошенных, и торчащие повсюду пеньки — да, похоже, это и есть та самая вырубка. Тихо и сыро… Ветер шелестит в сосновых кронах да комары зудят. И на первый взгляд нету совершенно ничего аномального…
Бен с облегчением скинул рюкзак, присел на поваленный ствол, вытащил пакет с бутербродами и, жуя, задумался. На открытом месте еще светло, но в чаще леса уже начали сгущаться тени. Через пару часов здесь станет совсем темно… Бен вдруг отчетливо, в красках, представил себе кромешную тьму вокруг, маленький пятачок света возле потрескивающего костра и шорохи за спиной, в каждом из которых будет мерещиться чье-то дыхание или шаги… И невольно вздрогнул. Н-да, выходит, он слишком погорячился, когда решился на ночлег в лесу в одиночку. Да и палатки-то нет, Виталий взял свою, одну на четверых — немного тесновато, зато не тащить лишнего, и палатка осталась в рюкзаке хозяина. Вот засада-то! Друзья, называется… Как подвели! Как назло, и Светка не захотела поехать. Сослалась на плохое самочувствие. А поехала бы подруга — Бен взял бы свою палатку, и спокойненько переночевали бы здесь вдвоем. Уж Светка наверняка не заныла бы и не запросилась домой… Тем более, глупо не воспользоваться возможностью уединиться в лесу, если больше уединяться негде!
Но комары-ы-ы… Вот здесь они зверствуют! Не то что в поселке — там, считай, их и вовсе нет. А здесь за несколько минут облепили, стоило присесть. Бен в очередной раз отмахнулся от настырных насекомых, лезущих прямо в глаза, и от резкого взмаха ломтики полукопченой колбасы посыпались с недоеденного бутерброда в траву. Черт побери! Бен выругался и с досады запустил остатками булки в кусты. Черт, черт, черт! Придется уходить и возвращаться в город несолоно хлебавши. Иначе обеспечена беспокойная и наверняка совершенно бесплодная в плане наблюдений ночь, потому что вся она будет потрачена на борьбу с комарами и накатывающим страхом. Бен уже не раз ночевал в лесу и ничуть не боялся отходить в сторону от лагеря в одиночку; но одно дело — мерцающий между деревьев костер, возле которого сидят друзья, доносящиеся обрывки разговора и бренчание гитары, и совсем другое — осознание того, что на много километров вокруг совершенно никого нет. Он даже не подозревал до сего дня, насколько боится остаться один в темноте.
Ругаясь сквозь зубы, злющий на весь белый свет, Бен взвалил на спину рюкзак и пошел по направлению к дороге. К поселку возвращаться необязательно, грунтовка здесь делает небольшую петлю, если идти напрямик через лес, можно немного срезать.
Окажись Бен в это время в поселке, он застал бы совершенно неожиданную для себя картину: возле здания бывшей конторы стоит светло-серый «Жигуленок»-«семерка» с раскрытым багажником, и двое парней выгружают из него набитые клетчатые сумки. Потом один из них, перегнувшись от тяжести набок, перетаскивает по одной сумке внутрь здания, а второго окликает вышедший следом за «грузчиком» пожилой мужчина.
— Рома, вот флэшка для Шепелева… Здесь подробный отчет и все данные.
— Да, хорошо, я все передам, — Роман коротко кивнул и спрятал пластмассовый пенальчик во внутренний карман куртки.
— Что же ты не спросишь, как у нас продвигаются дела? — В тоне пожилого прозвучало некоторое разочарование. — Неужели тебя даже не интересует, сколько еще тебе к нам кататься?
— Сколько нужно — столько и буду, Юрий Михайлович…
— Ездить-то ты будешь, а толку-то это делать! — проворчал пожилой. Ему, по большому счету, было безразлично — интересует ли Романа тема разговора или нет, просто хотелось побурчать и посетовать на обстоятельства. — Мотаешься-мотаешься к нам, устал, вон какие синяки под глазами… И в выходные тебе покоя не дают… А дела хреновато продвигаются, вот что! Радиус действия маленький, рассеивание большое, мощность установки явно недостаточная, а как ее увеличить — не могу понять, сколько уже копаемся, а все без толку…
— Извините, Юрий Михайлович, я ничего не понимаю в этих делах, — решительно перебил собеседника Роман.
— Да все ты понимаешь, Ромка, ты же неглупый парень, просто намекаешь мне, старому, что болтун — находка для шпиона… — Юрий Михайлович с преувеличенным интересом стал рыться в последней оставшейся возле машины сумке, делая вид, что ищет в ней что-то очень нужное.
Тем временем из здания выбежал взмокший Толик.
— Юрий Михалыч, давайте-ка я ее вниз отнесу, там разберем, и найдете все, что нужно, — он подхватил ручки сумки и потащил ее в упомянутый «низ».
— Ладно, Рома, всего хорошего, Шепелеву от нас привет передавай вместе с флэшкой!
— До свидания, — сухо попрощался Роман, усаживаясь за руль.
Бен топал через лес. То ли показалось, то ли где-то недалеко раздавался рокот автомобильного мотора… Неужели кого-то занесло в эту глушь на колесах?! А ведь было бы неплохо, если бы удалось его тормознуть! Слабый звук мотора заглушило налетевшим порывом ветра, а когда стих ветер — то и мотор замолк; наверно, уехали… Бен вышел из зарослей молодого сосняка на дорогу. Впереди, метрах в трехстах, в наполненной грязной жижей рытвине застряла светло-серая «семерка», а водитель бродил рядом, явно прикидывая, как теперь вызволять своего железного коня из западни.
Вот уж сел так сел! По самое брюхо… Мотор надрывался, «Жигуленок» буксовал в грязи, не продвигаясь ни на метр ни назад, ни вперед. Роман выругался и заглушил двигатель. Вылез из машины.
А ведь догадывался, что дело вполне может этим боком повернуться! Дожди, грязища, а ехать ему по проселочным дорогам… Потому Роман с утра специально заскочил в управление, хотел взять служебную «Ниву», которая спокойно выплывет из любой грязи, но вышел облом — «Нива» оказалась на ремонте. А «УАЗик» с утра пораньше забрал коллега из соседнего отдела. Тьфу ты! Ну, и что было делать? Пришлось рискнуть и отправиться в путь на своем собственном «Жигуленке». Вот риск боком и вышел…
И что же теперь? Искать подходящую лесину — подсунуть под колеса? Срубить нечем. Похоже, придется звонить и просить Толика бежать на подмогу. Эх, черт побери, пока он соберется, да пока добежит… Роман успел отъехать от поселка примерно на километр. А что делать, одному ему тачку из рытвины не вытолкнуть… Роман полез было за телефоном, как вдруг краем глаза заметил какое-то движущееся пятно неподалеку, где только что ничего, кроме молодых сосен, не было. Он вскинул голову — да, так и есть, человек. Джинсы, штормовка, красный рюкзак. Турист… Эх, однако, и вовремя же! Ну ладно. Значит, обойдемся без Толика.
— Э-эй! — радостно завопил турист, размахивая руками. И припустил к незнакомцу трусцой.
Роман смотрел на подбежавшего путешественника. Совсем еще юнец, на вид — не старше двадцати. Невысокий, темноволосый, круглолицый, весь какой-то мяклый… Не то чтоб толстый, сейчас-то еще ничего, а вот годам к тридцати имеет все шансы отрастить пузо. Наивный лопоухий щенок, ишь ты, как рванул к незнакомцу на пустой дороге… «Тюкнуть его по башке и запихать тело в багажник — без проблем, если бы мне это было надо», — усмехнулся про себя Роман. Интересно, как пацана одного занесло в такую глушь? Или следом там целая орава плетется, просто этот вперед убежал?
— Привет! — Бен подбежал к машине. — Что, влип?
Бродящий рядом с ней водитель был мрачен. И похоже, не только от внезапно свалившейся на голову проблемы. В его внешности и выражении лица угадывалось нечто такое же угрюмо-жесткое, как у вадимова сокурсника Сашки Овчинникова, отслужившего три года по контракту на охране периметра Зоны. Вот у того реально сдвинулась крыша — Бен сам убедился, насколько необходимость стрелять по людям уродует человеческую психику. Овчинников мог буквально из ничего раздуть скандал и ни за что дать по морде или врезать под дых; Бен опасался общаться с ним даже по необходимости. А незнакомый водитель был жесткий, но не опасный — такие вещи Бен чуял нутром. Может, служил в каких-то силовых структурах, а теперь уволился? По возрасту вполне тянет — выглядит где-то на тридцать или чуть больше. По внешности — не качок, худощавый и жилистый, но это ни о чем не говорит; это только в голливудских боевиках все крутые «солджеры» — накачанные атлеты. На полголовы повыше Бена, темно-рыжие волосы очень коротко острижены. Одет вроде бы как горожанин, выехавший на дачу. Но на заднем сиденье не громоздятся сумки с яблоками и помидорами, а из багажника не торчат черенки лопат и граблей…
— Влип, как видишь, — нелюбезно процедил сквозь зубы водитель. — Сел по самое не балуйся.
— Помочь?! — с готовностью предложил Бен, и тут же с хитреньким прищуром уточнил: — Баш на баш! Выталкиваем твою тачку — а ты подвозишь меня. Ты вообще докуда едешь-то? До города подбросишь?
«А паренек-то шустрый! Сразу быка за рога… Ладно еще один! Но любопытно, что он один здесь делает… Далековато для загородных прогулок… Проходит маршрут ради какого-то разряда по туризму?» В спортивно-туристических делах Роман совсем не разбирался, вернее — что-то слышал краем уха, но подробностями не интересовался. «Неужели мимо поселка проходит какой-то маршрут? Или этого одиночку другим ветром занесло? Наверняка он мотался еще и по поселку… А вдруг в здание лазил?! Надо будет его аккуратно расспросить, не увидел ли он там кого-то. Или чего-то. Вот еще одна причина для того, чтоб подвезти «туриста». И можно не только до шоссе, а и до города, хотя бы до окраины. До шоссе — слишком близко, а разговор может получиться долгим.»