[876]. Международная ситуация изменилась, но Лондон не смог быстро сориентироваться и выработать новую концепцию. При этом Великобритания хотела оставаться одним из главных игроков на мировой арене наряду со своим давним союзником США. Однако без изменения внешнеполитической концепции Великобритания не могла продолжать претендовать на роль влиятельной страны. В правящей партии понимали необходимость срочного изменения позиции и выработки новой конкурентоспособной внешнеполитической концепции.
Некоторые аналитики считали, что место РФ во внешней политике Лондона в 1990-е гг. являлось незначительным. Так, бывший посол Великобритании в Москве Р. Брейтвейт (1991–1992 гг.) полагал, что для Лондона отношения с Россией «никогда не были очень значимыми». «Даже во времена холодной войны важны были не двусторонние отношения, а наша роль в формировании политики сотрудничества», роль моста между США и СССР[877]. По его мнению, в Великобритании чувство, что Россия является неотъемлемой частью Европы и соседом, с которым необходимо уметь жить в дружбе, «не очень сильно». Однако он отмечал значимость роли России в мировой политике и, по его словам, пусть «эта мысль непопулярна в Вашингтоне», для Великобритании важно «укрепление политико-военных двусторонних отношений», даже несмотря на определенную прохладу в отношениях, особенно в сравнении с европейским и американским направлениями.
В связи с произошедшими изменениями Дж. Мэйджору предстояло определить дальнейшую политику страны в отношении России. Дж. Мэйджор первым из западных лидеров выразил поддержку М. С. Горбачеву во время путча ГКЧП[878], совершил поездку в Москву после августовских событий 1991 г. и провел встречу с М. С. Горбачевым и Б. Н. Ельциным во время краткой остановки по пути в Пекин[879].
Дж. Мэйджор считал необходимым поддерживать Россию и помогать двигаться «к демократии и свободному рынку», так как ее развитие в данном направлении было в интересах Запада. Говоря о финансовой помощи, оказанной России Западом, в том числе Великобританией, он замечал, что новая для нашей страны роль страны-должника непривычна и унизительна. В связи с этим он считал, что Россия должна была быть включена в процесс принятия Западом решений. «Не считаться с Россией, когда она слаба, может быть не забыто, когда она снова станет сильной»[880].
В окружении премьер-министра были люди, имевшие непосредственный опыт взаимодействия с Россией и возможность влиять на внешнюю политику Великобритании, что также могло быть одним из факторов, сыгравших роль в формировании линии Соединенного Королевства в отношении РФ и, возможно, повлиявших на взгляды Дж. Мэйджора на выстраивание диалога с нашей страной. Среди личных секретарей и советников Дж. Мэйджора по внешней политике и безопасности можно назвать Р. Лайна и Р. Брейтвейта, в разное время работавших в британском посольстве в Москве, а впоследствии бывших послами Великобритании в России. Министр иностранных дел Великобритании в 1989–1995 гг. Д. Херд считал Россию важным партнером Великобритании. Он заявлял о полной поддержке России со стороны Великобритании и необходимости оказания помощи в проведении реформ, прежде всего – из стратегических соображений, ведь дестабилизация ситуации в России могла привести к эффекту домино во всем регионе. «Мы должны помогать России не из соображений сентиментальности и геройства, а из оценки наших собственных интересов», – заявлял министр[881]. Сменивший Д. Херда на посту министра иностранных дел М. Рифкинд (1995–1997 гг.) также считал необходимым продолжать оказание содействия реформам в РФ[882]. В дальнейшем руководство Великобритании не раз подчеркивало, как, например, государственный министр в МИД Н. Бонсор на одном из заседаний Палаты общин в 1996 г., что несмотря ни на какие проблемные моменты в двусторонних отношениях, Лондон будет продолжать оказывать поддержку программы реформ в России[883].
Концепция Консервативной партии в отношении России отразилась в ее предвыборном манифесте на всеобщих парламентских выборах в Великобритании 1992 г.[884] В нем обозначались следующие основные постулаты:
– недопущение политической дестабилизации ситуации на территории стран бывшего СССР;
– недопущение бесконтрольного распространения ядерного оружия;
– поддержка раннего членства РФ в Международном Валютном Фонде и Всемирном Банке;
– оказание содействия в стабилизации экономической ситуации в РФ.
В целом Дж. Мэйджор придерживался мнения о необходимости содействовать России в проведении политической и экономической реформ и выстраивать прочные британо-российские отношения, что подтвердила его последующая политика.
Политические отношения России и Великобритании в период консервативных правительств Дж. Мэйджора можно разделить на два этапа: 1-й этап – 1992–1994 гг. отношения развивались по нарастающей, 2-й этап – в 1995–1997 гг. интенсивность двустороннего диалога постепенно угасает.
В 1992–1994 гг. динамика политических отношений России и Великобритании была положительной. Консервативное правительство Дж. Мэйджора методично реализовывало концепцию своей внешней политики в отношении РФ, проявляло инициативу и старалось наладить диалог. Это объяснялось поиском своего нового места в мире, определением положения российского направления в своей внешней политике, осторожным выжиданием, какие позиции займет Россия в мире, налаживанием отношений с ней из соображений осторожности и дальновидности, а также необходимостью порой отвлекать внимание от внутренних проблем видимостью успешности отношений с преемницей СССР. Необходимо выделить состоявшийся в октябре 1994 г. государственный визит Королевы Елизаветы II в Россию. Этот визит был в полном смысле слова историческим: первый за 86 лет визит главы британской короны в Россию после посещения в 1908 г. Эдвардом VII Таллина (тогда часть Российской Империи)[885].
В 1995–1997 гг. интенсивность отношений постепенно снижается. Это можно объяснить несколькими причинами. Во-первых, стала проясняться ситуация с Россией: РФ в середине 90-х гг. была слаба экономически, в стране назревали серьезные национальные конфликты. Великобритания поняла, что Россия уязвима. Ее место на международной арене в середине 90-х гг. было не таким значимым, как у СССР, и постепенно Великобритания стала терять интерес к нашей стране. Во-вторых, популярность самого Дж. Мэйджора в собственной стране снижалась, и ему необходимо было сконцентрироваться на внутренней политике перед предстоявшими в 1997 г. парламентскими выборами. В-третьих, начавшаяся в декабре 1994 г. чеченская кампания, расхождения позиций сторон, по заявлению Д. Херда, привели к «серьезному шагу назад» в двусторонних отношениях, а также сказались на общей атмосфере охлаждения отношений в оставшийся период правления консерваторов[886].
Характерными особенностями британо-российских отношений в период правления Дж. Мэйджора можно назвать следующие. Во-первых, с распадом СССР российское направление было не столь важным в общей линии британской внешней политики. С третьего, после США и Европы, места отношения с Россией спускаются на пятое-шестое. Во-вторых, Великобритания при Дж. Мэйджоре уже не являлась связующим звеном между Востоком и Западом, как во времена М. Тэтчер. Скорее по отношению к России она действовала в рамках общей линии Запада. Однако в периоды обострения политической и экономической ситуации Дж. Мэйджор «более, чем кто-либо из западных лидеров», выражал поддержку российскому руководству [887].
Характеризуя британо-российские отношения, П. Крэдок в письме Дж. Мэйджору перед своей отставкой летом 1992 г. назвал их неопределенными и двусмысленными. С одной стороны, Россия представляла угрозу как обладатель ядерного потенциала. С другой, он называет РФ «партнером и даже клиентом» Соединенного Королевства[888]. Внешнеполитический советник считал, что Великобритания сыграла большую роль в «мирной трансформации и эволюции России» и «ведущую роль» в организации и предоставлении ей западной помощи[889]. Дж. Мэйджор способствовал вступлению РФ в МВФ, Совет Европы, при нем были заложены основы для процессов дальнейшего вступления в ВТО и трансформации клуба семи государств в «восьмерку».
Рассмотрение британо-российских политических отношений в 1992–1997 гг. показало, что в период правления Дж. Мэйджора они развивались достаточно динамично, а реализация концепции консерваторов в отношении России отличалась с британской стороны большим прагматизмом. В указанный период состоялось более 9 визитов глав государств друг к другу и 10 – на уровне министров иностранных дел, а также по парламентской линии, деятелей культуры, образования и др. Дж. Мэйджор и Б. Н. Ельцин активно развили тот потенциал отношений, который был заложен при М. Тэтчер и М. С. Горбачеве.
Приход к власти в 1997 г. лейбористов во главе с Т. Блэром ознаменовал новую эпоху во внешней политике Великобритании. Стараясь предсказать будущее лейбористского правительства, Дж. Янг заметил, что «идеологический багаж» новых лейбористов меньше, чем у их предшественников и это увеличивает гибкость позиции правительства по многим вопросам международной политики, в том числе и в отношениях с Россией. Кроме того он отмечал, что действия, оскорбляющие Россию, могут вызвать критику заднескамеечников