Внешняя причина безграничной преданности старшеклассника была проста. Объект систематической травли ненавидевшего его физкультурника, Гвирк находился на грани выбраковки. По боевым искусствам мальчишку трижды не допускали к экзамену на бакалавра. И это несмотря на то, что он, потомок великого Гвирка, в течение нескольких лет не только считался одним из лучших по всем остальным дисциплинам, но и ухитрился не дать себя убить подкупленному кем-то преподавателю. Парня выручал только унаследованный от предка дар предвидения.
Теперь, избавившись от преследований, Гвайдо готов был поставить все свои способности на службу Ан-Дрейгу. Для «партии» юного Дирка это было ценнейшее приобретение. Друзья очень сблизились после первого покушения на юного императора. Гвирк первым почуял угрозу.
Через несколько дней после гибели никем не оплаканного учителя физкультуры, Гвайдо подошел в перерыве к обожествляемому спасителю.
— Не стоит спать сегодня в общей спальне! — отводя в сторону взгляд, тихо предупредил он. Гвирку не хотелось открывать свои способности, но надежный, рано проснувшийся дар предвидения сулил беду тому, кого он хотел бы видеть другом. Ан-Дрейг молча ждал продолжения.
— Опасность! Чую, — объяснил новоявленный союзник.
Дирк понял. В учебнике регуллианской истории, ставшем для мальчика священной книгой, великий Гвирк древних времен тоже назывался надежным другом нескольких императоров.
— Только для меня? Для остальных нет? — уточнил выросший стихийным коллективистом воспитанник вегианского экипажа.
— Может быть, и для них. Не знаю. Может быть, — неуверенно помялся предсказатель. Судьба остальных младшеклассников его не волновала — в их будущее он не заглядывал. Однако явившийся в пророческих видениях взрыв спального корпуса начальной школы не обещал никому из малышей ничего хорошего.
— Спасибо! Я тебя запомню! — краткой традиционной формулой благодарности императоров ответил Дирк.
Он упросил учителей организовать для школьников ночную экскурсию на пляж пылеморского океана. Отказать наследнику империи никто не посмел — всем его прихотям безропотно потакали. Жизнь показала, что Дрейк, действительно, лучше знает, что делать.
Экскурсия удалась. Небо над пылеморским океаном было расцвечено яркими звездами, а вкусные песчаные моллюски оказались легкой добычей. Прибрежная галька тихо поскрипывала под лапами надзирателей, отлавливавших выползающих на берег детенышей. В специальных загонах за пансионатами возбужденно повизгивали самки, чуявшие близкое присутствие привлекательных молодых самцов — а все ученики элитной сарафанской школы считались достаточно привлекательными даже для самых переборчивых красавиц.
Гармонию тихой сарафанской ночи нарушило только эхо далекого взрыва и зарево, на несколько мгновений охватившее небо, затмив даже самые яркие звезды. Взрыв прогремел в полночь в пустой спальне, чувствительно повредив коттедж общежития, но не причинив ни малейшего ущерба учащимся. Первое покушение Майдо Дирка на жизнь ненавистного племянника окончилось неудачей.
— Случайный метеорит! — объяснили прибывшие на место происшествия следователи. Удобное объяснение не убедило ни преподавателей, ни учеников.
Ан-Дрейг понял, что у него есть могущественные враги. Он стал задумываться над тем, кто и почему стремится его убить. Кому это выгодно? Но юному регуллианину еще не по силам было разобраться в хитросплетениях большой политики. Он долго терялся в догадках, но, ничего не придумав, мобилизовал своих сторонников. Случайно сложившаяся вокруг будущего императора группа верных последователей неожиданно обрела важнейшую роль. Друзья превратились в охранников.
— Завтра в полдень опять угроза, — снова предупредил Гвирк.
На следующий день ученики организованно выехали в соседний город на экскурсию в космопорт. На этот раз случайный метеорит очень походил на кварковую бомбу. Здание школы сгорело дотла. Сильно пострадали и расположенные неподалеку предприятия, в том числе и хорошо защищенная фирма «Врата». Стало ясно, что преступники не остановятся не перед чем.
Ан-Дрейгу хотелось спасти от уничтожения планету Са-Ра-Фан 6. Здесь была его родина, здесь он обрел настоящих друзей. Да и планета не выдержала бы массированной атаки случайных метеоритов и кварковых бомб. Сильно забеспокоился и пылевой океан, и не напрасно. Цы-А-Нид пока этого не знал, но Майдо не остановился бы ни перед чем.
После второго покушения младший Дирк понял, что из школы надо бежать. Улизнув с очередной экскурсии, трое старшеклассников отправились в космопорт искать подходящий транспорт, ведущий к избранной цели.
Самым очевидным выбором казался Альтаир-4. Из-за сложных политических взаимоотношений он был наименее доступен для регуллианских убийц, а кроме того, Ан-Дрейг, собиравшийся стать императором галактики, давно хотел познакомиться со своей будущей столицей, о которой восторженно отзывались веганские воспитательницы.
Рейсовые корабли, идущие на Альтаир, можно было исключить сразу. Беглецов там легко могли опознать и перехватить не только преданные монархисты, но и убийцы. После недолгих поисков школьникам удалось взломать один из ангаров частной стоянки, где обнаружилась комфортабельная космическая яхта в отличном состоянии.
— Берем? — бесстрастно спросил Гвайдо. Принимать решения он предоставлял могущественному другу. Дирк немного поколебался. Не дело начинать правление с грабежа собственных подданных. Но у него было оправдание: он спасал не только собственную жизнь и будущую империю, но и самое главное — своих друзей.
— Берем, — согласился будущий император. — И деньги сэкономим. Иначе довести всю группу до Альтаира обойдется недешево.
На следующий день будущий император с группой самых приближенных сторонников покинул С-Ра-Фан 6 на похищенной космической шлюпке. Пылеморскую собачку Ан-Дрейг взял с собой.
Прибывшие для проведения расследования вожди монархистов, до тех пор слепо доверявшие школе и не предпринимавшие никаких попыток вмешательства в учебно-воспитательный процесс, пришли в ужас, услышав о взрывах и покушениях, и устроили судебное разбирательство. Оставленная Ан-Дрейгом записка: «В моем побеге прошу никого не винить. Скоро вернусь», — дела не проясняла.
Истинных преступников обнаружить не удалось, поэтому, как обычно, крайними оказались учителя. Педагогов обвинили в халатности и отправили на трудовые работы на подземный военный завод, где те, наконец, вздохнули спокойно. Никто из обвиняемых не возражал. Под землей для них было безопаснее, чем на поверхности. Да и работа оказалась полегче, чем та, что выпала на их долю в школе с появлением императора.
Сейчас, когда наследник империи вновь пропал, в рядах монархистов воцарились разброд и уныние. Регента, генерала Тарантелла, сраженного невосполнимой потерей, легко потеснил вновь пришедший к власти военно-монархический фронт Майдо.
Узнав о повторном провале, Майдо испытывал сильное разочарование в мафии. Расправившись с виновниками неудавшихся покушений, которыми были объявлены исполнители, лидер фронтистов колебался между двумя объяснениями истинных причин неудачи: предательство и предвидение. Шестое чувство подсказывало, что неуязвимость младшего племянника каким-то таинственным образом связана с загадочным убийством старого Гвирка. Все упиралось в смерть предсказателя. Теряясь в догадках, Майдо вспомнил о единственных свидетелях и обвиняемых в убийстве — двух глупых воришках, фигурировавших в деле по этому преступлению. Их следовало найти и допросить. Недолгие розыски помогли мафиози выяснить судьбу недотеп, задержанных, по неизвестной причине, властями Альтаира-4.
Бывшие заложники не охранялись никакими соглашениями. Мирчу и Андрея защищали только хрупкие стены Альтаирской тюрьмы, в которую срочно преобразовали бывшее хранилище артефактов Сеятелей. Для русской мафии это была не преграда.
Глава двадцать седьмаяБитва за Хиджистан 2
«Словом и болотного комара не убьешь»
Получив официальное приглашение на свадьбу лично от жениха, вегажительницы решили немного расслабиться в ожидании знаменательного события. Экипажу хотелось совершить прогулку по чудесным окрестным болотам, поохотиться, развлечься. Как и покойную (условно) Винилин, их очаровал прекрасный Хиджистан.
В качестве экскурсовода вызвалась поработать Нафс, потрясенная галактической крутостью новых подруг. Малышка жадно впитывала феминистские идеи, и голова ее кружилась от радужных надежд.
Прогулка обещала быть весьма приятной. Перепонки между когтями, выросшие в результате многовековой адаптации симахов к хиджистанским пампасам, позволяли Нафс легко скользить по бесконечным лесистым трясинам. А у гадюк, впервые за долгое время снявших опостылевшие адаптеры и защищенных только силовыми полями, возможность прошвырнуться по болотам вызывала безудержную эйфорию.
Временно распрощавшись с компанией Аурела Брома и договорившись встретиться через пару часов во дворце на торжественной церемонии, веганки отправились в путь, громко рассуждая о том, как здорово было бы поселиться где-нибудь в этих краях навсегда. Когда-нибудь в старости, поближе к пенсии.
Бром разделить восторги вегажительниц не мог, поскольку вовсе не собирался надолго задерживаться в Хиджистане. Но все же ему было немного грустно.
Покинув родной и близкий, но слишком уж материальный мир и попав в сказочную, мультяшную параллельную реальность, Аурел обрел новых друзей, острое ощущение полноты жизни, ответственности, цели. И вот теперь и эта страница была почти перевернута. Пришло время терять. Это было больно. Но Аурел Бром не собирался похоронить себя в хиджистанских болотах. Полковника властно влекла к себе необъятная галактика. Восторженные разглагольствования Кибербарса о блистательном Альтаире сделали свое дело.
На свадьбу Маделин обещала привести с собой майора Мустяцу. Полковника очень заинтересовало известие о спасении психолога — он давно хотел поквитаться со своим несостоявшимся убийцей. С другой стороны, что-то в поведении феминисток подсказывало, что теперь в мести, возможно, и нет насущной необходимости. Джон теперь, судя по словам Маделин, штатный корабельный психолог, всеобщий любимец экипажа, и ссориться с симпатичными змеями вовсе не хотелось. Друзей, которым, в первую очередь, требовалась психологическая помощь: Цвирка и Грыза — уже не было с ними. Да и у тех, спасибо киберу, теперь вроде все было в порядке.