— О чем вы хотели спросить моего мужа, Холт?
— Ну, знаете, однажды я уже говорил с ним, хотя я не уверен, что он вспомнил бы, будь он все еще жив. Давным давно, это было. Мы оба были намного моложе, а вы, должно быть, были еще ребенком, учитывая, насколько вы молоды и прекрасны сейчас.
Она натянуто улыбнулась ему, затем встала, чтобы налить себе свежую чашку кофе. Первая уже закончилась.
— Вы, наверное, знаете об убийствах Биди, — сказал он.
— Мужчина, который убивает женщин, а затем посылает их удостоверение личности полиции? — Она вернулась к столу, чашка была, совершенно устойчива в ее руке. — Газеты кормятся на этом.
Он указал на нее пистолетом из пальцев — жестом Боба — и слегка подмигнул ей.
— Точно. «Если это кровоточит, это заводит», это их девиз. Мне довелось немного поработать над этим делом. Я еще не был тогда в отставке, но взялся за него. У меня была репутация человека, который может порой получать результаты, разнюхивая вокруг… следуя моим, как их там…
— Инстинктам?
Снова пальцы пистолетом. Еще одно подмигивание. Как будто была тайна, и они оба ее знали.
— Так или иначе, они отсылают меня, чтобы работать самостоятельно, ну знаете — старый хромой Холт показывает всем вокруг фотографии, задает свои вопросы, и по своему… ну знаете… просто разнюхивает. Поскольку у меня всегда был нюх на подобное, Дарси, и я никогда не терял его. Это было осенью 1997 года, не задолго после того, как женщина по имени Стейси Мур была убита. Имя знакомо?
— Я так не думаю, — сказала Дарси.
— Вы бы вспомнили, если бы посмотрели на фотографии с места преступления. Ужасное убийство — как эта женщина, должно быть, страдала. Но это естественно. Этот парень, который называет себя Биди, остановился на долгое время, более чем на пятнадцать лет, и у него, должно быть, накопилось достаточно пара в его котелке, только и ожидая, чтобы взорваться. И это она, довела его до кипения.
— Как бы то ни было, парень, который был тогда спецагентом, назначил меня на него. «Дайте старому Холту попытаться» сказал он, «все равно он только под ногами путается». Даже тогда они звали меня старый Холт. Полагаю из-за хромоты. Я говорил с ее друзьями, ее родственниками, ее соседями там, на шоссе 106, и людьми, с которыми она работала в Уотервилле. О, я много с ними говорил. Она была в том городке официанткой в местечке, под названием ресторан «Саннисайд». Множество проезжих там останавливалось, поскольку неподалеку была скоростная магистраль, но я больше интересовался ее постоянными клиентами. Ее постоянными клиентами мужского пола.
— Разумеется, — пробормотала она.
— Один из них, выглядел очень презентабельно, хорошо одетый парень в середине или в начале своих сороковых. Заходил каждые три или четыре недели, всегда садился за один из столиков Стейси. Теперь, вероятно я не должен говорить этого, так как парень, как оказалось, был вашим мужем — плохо о мертвых не говорят, но поскольку они оба мертвы, я просто пытаюсь разобраться для себя, если вы понимаете, что я имею в виду… — Рэмси замолчал, выглядя смущенным.
— Вы меня запутали, — сказала Дарси, удивленная наперекор себе. Возможно, он хотел, чтобы она была удивлена. Она не могла сказать наверняка. — Сделайте себе одолжение и просто скажите это, я взрослая девочка. Она флиртовала с ним? Вот, к чему это сводится? Она не первая официантка, которая флиртует с мужчиной с дороги, даже если у мужчины обручальное кольцо на пальце.
— Нет, это не совсем так. Согласно тому, что другие официантки сказали мне, и, конечно, вы должны принять это с недоверием, поскольку они все любили ее — это был он, он флиртовал с ней. И согласно им, ей это очень не нравилось. Она сказала, что этот парень вызывал в ней дрожь.
— Это не похоже на моего мужа.
Или на то, что Боб сказал ей, на этот счет.
— Нет, но вероятно, это так. Я насчет вашего мужа, имею в виду. И жена не всегда знает то, что муженек делает по дороге, хотя она может думать, что знает. В любом случае, одна из официанток сказала мне, что этот парень ездил на «Тойоте ФоРаннер». Она знала, поскольку у нее был точно такая же. И знаете что? Многие соседи этой женщины Мур, видели «ФоРаннер», припаркованную рядом с семейной фермой, всего за день до того, как женщина была убита. Только раз, за день до убийства.
— Но не в тот день.
— Нет, но конечно парень столь же осторожный как этот Биди следил бы за подобными вещами. Не так ли?
— Полагаю, что так.
— Ну, у меня было описание, и я опрашивал область вокруг ресторана. Больше мне ничего не оставалось делать. В течение недели все, что я получил, были мозоли и несколько чашек кофе из вежливости — хотя, ни один не был столь же хорош как ваш! — и собирался сдаться. Затем, к счастью, я остановился в центре города. «Монеты Миклезона». Знакомое название?
— Конечно. Мой муж был нумизматом, и «Миклезон» был одним из трех или четырех магазинов для наиболее выгодных покупок, и продаж в штате. Теперь это в прошлом. Старый мистер Миклезон умер, и его сын закрыл бизнес.
— Ага. Ну, вы знаете, как говорится в песне, время все заберет в конце концов — твои глаза, твой резвый шаг, даже твой чертов прыжок в броске, простите за мой французский. Но Джордж Миклезон был жив тогда…
— Держите нос по ветру, — пробормотала Дарси.
Холт Рэмси улыбнулся.
— Как скажите. В любом случае, он узнал описание. «Да ведь это напоминает Боба Андерсона», сказал он. И знаете что? Он ездил на «Тойоте ФоРаннер».
— Да, но он обменял ее давным-давно, — сказала Дарси. — На..
— «Шевроле Субурбан», верно? — Рэмси произнес название компании как Шиввале.
— Да. — Дарси сложила руки и спокойно смотрела на Рэмси. Они почти добрались до обвинения. Единственный вопрос был, каким партнером в ныне расторгнутом браке Андерсонов этот проницательный старик больше интересовался.
— Не думаю, что у вас все еще есть этот «Субурбан», так ведь?
— Нет. Я продала его спустя примерно месяц после того, как умер мой муж. Я разместила объявление в гиде по обмену «Дядюшка Генри», и кто-то сразу откликнулся. Я думала, что у меня будут проблемы, с большим пробегом и расходом топлива, столь дорогим сейчас, но их не было. Разумеется, я немного получила за него.
И за два дня до того, как покупатель приехал забирать его, она тщательно обыскала все, от капота до багажника, не забыв вытащить коврик в грузовом отделении. Она ничего не нашла, но заплатила пятьдесят долларов, чтобы вымыть его снаружи (о чем она не особо волновалась), и вычистить паром внутри (что ее больше заботило).
— Эх. Добрый старый «Дядюшка Генри». Я продал «Форд» моей покойной жены таким же образом.
— Мистер Рэмси…
— Холт.
— Холт, вы действительно точно идентифицировали моего мужа как человека, который флиртовал со Стейси Мур?
— Ну, когда я разговаривал с мистером Андерсоном, он признал, что бывал в «Саннисайде» время от времени — сразу признал это — но он утверждал, что никогда особо не обращал внимания ни на одну из официанток. Утверждал, что обычно он был с головой в документах. Но естественно я показал его фотографию — из его водительских прав, понимаете — и сотрудники признали, что это был он.
— Мой муж знал, что у вас был… особый интерес к нему?
— Нет. Он был отнюдь не обеспокоен, я был просто старым хромым Ленни, ищущим свидетелей, которые, возможно, видели что-нибудь. Никто не боится старой утки вроде меня, понимаете.
Я вас очень боюсь.
— Это еще не все доказательства, — сказала она. — Полагаю у вас остались еще.
— Вообще ни одного доказательства! — Он радостно засмеялся, но его карие глаза были холодными. — Если бы я, нашел доказательства, то, у меня с мистером Андерсоном состоялся бы небольшой разговор не в его офисе, Дарси. Он был бы в моем офисе. Откуда вы не уйдете, пока я не скажу, что можно. Или пока вас не вытащит адвокат, конечно.
— Может пора прекращать танцевать, Холт.
— Хорошо, — согласился он, — почему нет? Поскольку даже ходьба причиняет мне чертовскую боль в эти дни. Чертов этот старый Дуайт Чеминукс! И я не хочу отнимать у вас целое утро, так что давайте ускоримся. Я смог подтвердить присутствие «Тойоты ФоРаннер» около двух мест из более ранних убийств, которые мы называем первым циклом Биди. Не тот же самый; другого цвета. Но я смог также подтвердить, что вашему мужу принадлежал другой «ФоРаннер» в семидесятых.
— Это правда. Он ему понравился, поэтому он обменял его на такой же.
— Да, люди так поступают. И «ФоРаннер» популярное транспортное средство в местах, где снег идет половину чертового года. Но после убийства Мур — и после того, как я поговорил с ним — он обменял ее на «Субурбан».
— Не сразу, — сказала Дарси с улыбкой. — У него был этот «ФоРаннер» еще в начале 2000-х.
— Знаю. Он обменял его в 2004, незадолго до того, как Андреа Ханикутт была убита под Нэшуа. Сине-серый «Субурбан»; 2002 года выпуска. «Субурбан» приблизительного того года и точно такого цвета довольно часто замечали по соседству с миссис Ханикутт в течение примерно месяца, прежде, чем она была убита. Но вот забавная вещь. — Он наклонился вперед. — Я нашел одного свидетеля, который сказал, что у «Субурбан» был номерной знак Вермонта, а еще одна маленькая старая леди вроде тех, что сидят у окна гостиной и наблюдают за всем, что происходит по соседству от рассвета до заката, не имея лучшего занятия — сказала что тот, который она видела, имел нью-йоркский номерной знак.
— У Боба был номерной знак Мэна, — сказала Дарси. — Как вы отлично знаете.
— Конечно, конечно, но знаки можно украсть, знаете ли.
— Что насчет убийств Шейверстоун, Холт? Сине-серый «Субурбан» был замечен по соседству с Хелен Шейверстоун?
— Вижу, что вы следили за делом Биди немного более внимательно, чем большинство людей. А также, немного более внимательно, чем изначально сделали вид.
— Так была?
— Нет, — сказал Рэмси. — На самом деле, нет. Но серо-синий «Субурбан» был замечен около ручья в Эмесбери, где были свалены тела. — Он снова улыбнулся, пока его холодные глаза изучали ее. — Свалены точно мусор.