– Оооох! – вскрикнула Самия. – Хватит, это же чистый бред!
– Ага, ага, все так и есть! – расхохоталась Ноэми.
– Во-первых, это невозможно. А во-вторых, это, прямо скажем, мерзко.
– Я знаю!
– И из чего ты делаешь такие выводы? – неожиданно для самого себя спросил я сухим тоном, который явно удивил Ноэми.
Она отгрызла кусок сельдерея, выплюнула и вскинула голову. Она улыбалась, но ее взгляд мог бы меня убить на месте. Ничего не поделаешь. Эта вампирка начинает действовать мне на нервы.
– Из слов моих родителей, к твоему сведению, – уверенно парирует она. – Они обнаружили это несколько месяцев назад, когда наткнулись на гнездо волчишек.
– Как это случилось? – удивилась Самия.
– Мои родители участвуют в облавах, и они загнали одну стаю в горах Тридана[17]. Короче говоря, их блуждающие огоньки не исчезли, когда волки умерли.
Мне почудилось, будто я куда-то уплываю; в ушах у меня стоял оглушающий звон. Мне с детства внушали, что волки-оборотни – угроза для нас. Судя по фактам, это так и есть: вампирам не рекомендуется гулять в одиночку по землям волков.
Но то, что рассказывает Ноэми, полностью расходится с этими фактами: ее родители отправились убивать оборотней в горах Тридан, а это территория волков. И я не вижу в этом рассказе ничего похожего на борьбу добра со злом.
– Пойдем, – тихо сказал я Жоэлю, встав из-за стола. – С меня хватит.
– Что же ты? – продолжает веселиться Ноэми. – Слишком чувствителен, чтобы поговорить об охоте?
– Охотой я бы это не назвал.
– Хрупкий малыш-полдневник, – так Ноэми рассчитывает меня оскорбить.
Я хотел оставить ее выпад без внимания и уйти, но как раз в то мгновение, когда я взялся за свой блейзер, ее лицо из белого, как мел, сделалось красным, как томат.
– Ноэми? – всполошилась Самия. – Ноэми, ты…
Но Ноэми ее не слышит. Широко раскрыв рот, она не может вздохнуть и царапает горло ногтями.
– Ноэми?!
Вампирка пытается удержаться на ногах, цепляется за край стола, но, опрокинув свой стакан с сангинадой, падает и бьется в агонии.
– Сделайте что-нибудь! – вопит Самия. – На помощь!
Вокруг нее образовалось плотное кольцо, мне пришлось отталкивать самых любопытных, которые чуть не наступали на Ноэми, пока на нас не надвинулась темная фигура.
Можно не сомневаться, это моя сестра.
– ОТЗОВИ ЕГО НЕМЕДЛЕННО! – гремит она.
У стола позади нас стоит Эйр, лицо ее искажено гневом. Глаза пылают оранжевым огнем, зрачки сузились, стали как булавочные головки, глухое рычание вырывается из уст, и от него все мое существо пробирает дрожь.
Всеобщее внимание обращено теперь к ней, вопли Ноэми отступили на второй план в этой невероятной ситуации.
Клыки Сюзель выдвинуты, от нее исходит такая властная сила, что меня словно захлестывают штормовые волны. Мать часто говорит, что таума моей сестры исключительно сильна; до нынешнего дня я никогда этого не видел, а сейчас понял, что прозвище «папесса» ей дано не зря.
– ОТЗОВИ ЕГО НЕМЕДЛЕННО! – повторяет она.
Эйр не реагирует.
Хуже того, она придвинулась к сестре, лишая ее возможности атаковать. Но Сюзель молниеносно – я не сумел даже увидеть, как она это сделала – припечатала Эйр к столу, ткнув ее головой в тарелку.
– ВЫХОДИ НЕМЕДЛЕННО, ЕСЛИ НЕ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ Я ЕЁ УКУСИЛА!
Кто-то вскрикнул сбоку от меня, я обернулся и едва сдержал вопль ужаса. Изо рта Ноэми вылез Скель, красный от ярости. В тот же момент вампирка судорожно вздохнула и свернулась клубком; ее сотрясали тихие рыдания.
– Ухожу уже, – буркнул Скель. – Отпусти ее.
Сестра удерживала свою добычу еще несколько секунд, и я различил в глубине ее глаз кровожадность, которой раньше не замечал. Потом она отпустила Эйр, та встряхнулась и отерла щеку рукавом; кусочек помидора упал в суп с неуместным плеском.
– УБИРАЙТЕСЬ ВОН!
Эйр сунула Скеля под руку и не заставила себя просить.
Но когда она обернулась, я вместе с ударом сердца почувствовал ее взгляд и окаменел не хуже, чем от взгляда горгоны.
Ни ярости, ни жажды мести, ни волчьей злобы.
Нет.
Только бездонная боль и бесконечная печаль.
Глава 12
– Сначала демон. Теперь на нас напала волчица. Что дальше?!
– А комнату ее обыскали? Может, она как-то связана с исчезновениями?
– Черт, а ведь верно! И, кстати, исчезали только первокурсники!
– А что если мы потребуем, чтобы ее постоянно держали скованной?
В классе назревал хаос. Фейлу, удрученный событиями, пытался унять панику, охватившую учеников. Он, наверное, ожидал, что мы вернемся, волоча ноги, как зомби, рассеянные, подавленные мыслью о двух часах бухгалтерии, которыми он собирался нас мучить. Вместо этого в класс ворвалась орда распоясавшихся, возбужденных полночников в состоянии паники, нарастающей во весь опор.
Паника, похоже, заразила и его, и это подпитывает наш кипиш, так что все оказались в порочном кругу.
Мы с Жоэлем, сидя, как в театральной ложе, созерцаем триумфальное возвращение Ноэми. Горло у нее обвязано платком, глаза опухли от слез. Странно, я видел, как она корчилась от боли на полу, видел, как Скель вылетел у нее изо рта. Но ни малейшего сочувствия к ней не испытываю.
– Почему она хромает? – пробормотал Жоэль.
Я сдержал вздох.
– Ноэми! – сочувственно сказал Фейлу. – Как ты себя чувствуешь? Может, хочешь отдохнуть у себя в комнате?
– Нет, – громко ответила она и застонала. – Я больше не чувствую себя там в безопасности.
«О-о-ох», – пробежало по классу.
– Не нравится мне такой оборот, – тихо сказал Жоэль.
– Мне тоже.
– Тише, тише! – взывает Фейлу. – Не соизволите ли вы занять свои места? Хорошо, спасибо. Где Эйр?
– Наверное, прячется! – выкрикнул один из учеников.
– И правильно делает! – подхватил другой.
Класс отозвался дружным смехом, и я сморгнул, увидев, что Ноэми присоединилась к своре. Говорите, травму она получила?
– Может кто-нибудь связаться с нею?
В классе тишина.
Мне вдруг стало очень неловко. Ни у кого нет номера телефона Эйр. Она ни с кем не завязала отношений. И у меня снова возникает неприятное ощущение, что я в этом виноват, по меньшей мере частично. Я вспомнил, как Колен в кофейне говорил о каком-то недоразумении, которое нужно исправить. А я, вместо того чтобы его послушать, привел ситуацию к обострению. И пришлось прихлопнуть Скеля на столе. А я-то считал себя умным.
– Вижу, вижу, – лепечет профессор. – Я думаю, что… Я думаю, что она, должно быть, вернулась в дортуары. Прюн, ты не…
Ему не удалось закончить фразу. Дверь распахнулась настежь. Оправившись от неожиданности, ученики все разом засвистели и зааплодировали.
Явилась моя сестра.
Ее клыки спрятались и ореол могущества несколько потускнел.
Выглядит она почти нормально, но была ли она когда-нибудь вполне нормальной?
– Да здравствует папесса! – заорал Креон.
– Нашей Сюзель – гип, гип, гип…
– Урра!!!
Сюзель улыбалась сразу всем, принимая овации с нескрываемым удовольствием. Впервые я подметил у нее эту черточку. Оказывается, она любит блистать.
– Ну хватит, хватит, – весело велит она. – Все хорошо, страха было больше, чем вреда. Как ты себя чувствуешь, Ноэми?
Она положила руку на плечо вампирки; у той глаза так и засияли, и я не сомневаюсь, что в ближайшее время у нас появится новый фан-клуб Сюзель.
– Директриса хочет тебя видеть, – добавила она. – Будь добра собрать свои вещи и следовать за мной.
Сочувственные шепотки, как ветер, проносятся по классу.
– Вы знаете, где сейчас Эйр? – спросил Фейлу.
– Она уже в кабинете директрисы, – сообщила Сюзель. – Они нас ждут.
Пока Ноэми складывала свои вещи, со стонами и причитаниями, сестра окинула аудиторию взглядом и наткнулась на меня. Улыбнувшись, она подошла упругим спортивным шагом, а Сапфир сидел на ее плече, как дракон, охраняющий самое ценное сокровище мира Полдня.
– Ты в порядке? – спросила она без предисловий.
– А то!
– Это было немного чересчур, правда?
Гораздо более чересчур, чем она думает, хотя я не могу подобрать нужные слова, чтобы выразить свое смущение.
– Мне кажется, что это не предвещает ничего хорошего в дальнейшем, – ответил я наконец.
– Да, теперь тебе придется остерегаться этой волчицы.
Я поморщился. Это прямо противоположно тому, что я хотел сказать.
– Я не уверен, что стоит давать такого типа советы в классе, где полно раздраженных учеников.
Сюзель сморщила нос и уставилась на меня так, словно я облил сангинадой ее любимое платье.
– Ты о чем? – вскинулась она. – Ты не видел, как она пыталась задушить Ноэми?
– Видел, однако…
– Ты, видимо, не понимаешь всей серьезности ситуации, Симеон, – резко перебила она. – Согласно законам Полночи, Ноэми может даже потребовать, чтобы Эйр выдали вампирам.
– Ух ты! – пробормотал Жоэль.
– Вот-вот, – подтвердила Сюзель. – Уж не знаю, почему ты вздумал играть в бунт, братец, но сейчас для этого момент неподходящий.
Я вздохнул.
– Я не играю в бунт, не защищаю волчицу. Но…
Взгляд Сюзель немного смягчился.
– Но что?
– Тебя там не было.
– Вот как? А мне почему-то кажется, что это я вмешалась и предупредила убийство. Между прочим, убийство нашей соплеменницы.
Я удержался и не спросил у нее, к чему это уточнение и что оно означает.
– Ты не была там с самого начала. Ноэми рассказывала о волках-оборотнях всякие мерзости. Это было гадко, агрессивно.
– Ты же говоришь, что не защищаешь волчицу?
– Мне кажется, что я делаю нечто другое.
Ноэми собрала свои вещички и, стоя у двери, взглядом потребовала, чтобы я не задерживал сестру.
– Порой я тебя не понимаю, – пробормотала Сюзель.
– Не ты одна.
Она провела рукой по волосам, ей тоже стало не по себе. Сегодня я увидел ее в каком-то новом ракурсе, более посредственной, менее блестящей.