Утром пошла в храм за благословением Господним, а потом - все остальное… Встречаю сестру во Христе, говорю ей: «Где можно срочно занять денег?» Она спрашивает: «Сколько? Я могу дать 50 рублей, когда сможешь, тогда и отдашь». Еду к брату, и он тоже помог. Слава Тебе, Господи! За больной сестрой ухаживать согласились родные сестры…
Моя знакомая стала мне предлагать переходить к ней жить. Я согласилась; но когда приехала к отцу в Печоры, решила взять у него благословение. Отец мне ответил: «Благословляю, если только она захочет». Я промолчала, а про себя подумала: «Ведь она сама меня зовет». Приезжаю домой, а она молчит, как будто в рот воды набрала…
Я приехала на несколько дней в Печоры. Привезла письмо одного благочестивого человека и его жены с просьбой принять их в духовные чада. Отец, выходит из келлии и выносит четки и просфору и говорит: «Я принял Иоанна и Татьяну в духовные чада».
Я постеснялась попросить еще одни четки и недоумевала - почему же одни четки и кому же их отдать? Приезжаю домой, а мне говорят - Иоанн умер 25-го ноября, т. е. в то время, когда я была в Печорах. И стало понятно, почему одни четки и одну просфору дал отец.
С одной духовной сестрой перед поездкой к отцу попостились, помолились и натощак к нему поехали в надежде получить от него похвалу. Но между собою поссорились, не считая это за грех. Приехали к отцу, подошли под благословение, сначала Е. Он отвернулся и отошел от нее, подхожу я - то же самое. Через некоторое время отец подходит к нам, благословил, дал по просфорочке и сказал: «Не молились, не постились, поссорились»…
Приехала я однажды в Печоры, пришла к отцу, к его келлии, а он ходит взад и вперед, смотрит на меня весело и говорит: «До чего только не додумаются чада, передают мне пеленки, распашонки». А я подумала: «Действительно, зачем отцу нужны пеленки и распашонки?» А вот когда случилось то, чего я не ожидала, вспомнились пророческие слова батюшки. Стали мне нужны пеленки и распашонки: у меня родилась внучка.
Когда отец лежал в больнице, я пришла к нему, а сама почему-то подумала: «Хорошо бы для батюшки сейчас свежей черники собрать.» А на дворе уже зима. Отец прочитал мои мысли и говорит: «Может, за черникой завтра в лес сходите?» А с ним вместе лежал в палате подполковник, который от души рассмеялся: «На улице мороз, а он захотел свежей черники!»
Отец улыбнулся и говорит ему: «Может, стаканчик, может, два, а может - трехлитровый бидон привезет.» А потом мне: «Поезжай завтра, прихвати с собой повариху, и Е. захватите с собой».
Прихожу к поварихе, говорю: «Завтра поедем в лес за черникой, отец благословил». Она, конечно, тоже засмеялась, приняла это за шутку. Но когда я сказал, что поеду одна, она говорит: «Тогда и я, конечно, поеду».
Пошли к Е.: «Поедем завтра за черникой». Она с удивлением: «Да что вы - в уме? Снег, мороз, а они за черникой собрались». Мы говорим: «Как хочешь, тогда одни поедем». - «А куда?» - «В Песьяне». - «На чем?» - «На автобусе». Она тогда и говорит сыну: «Женечка, отвези нас на машине». Тут и муж ее не выдержал: «И я с вами поеду».
Утро было необыкновенное: яркое солнце, мороз. Приехали в лес; мне хотелось поехать туда, где я летом собирала чернику, а они остановились поближе. Пошли все пять человек в лес. На этом месте набрали очень мало. А я говорю: «Отец благословил набрать трехлитровый бидон, благословение надо выполнять».
Поехали на мое место - и набрали трехлитровый бидон!
Отец заказал испечь пироги с черникой поварихе и Е. - на конкурс, у кого лучше. У поварихи получились пироги превосходные, а у Е. неудачные. Но отец утешил: «Ничего, я и ее пироги поем!».
Отец ел свежую чернику, угощал подполковника, нас, медсестру и больных деток, которые пострадали от пожара. Не было надежды, что они будут видеть. Но отец усиленно молился, утешал скорбящих родителей и предсказал им, что мальчик будет видеть обоими глазами, а девочка - одним глазиком. Что и сбылось.
Из нашего города несколько человек были в Печорах, и вот что они рассказали. Отец служил молебен. Вдруг он задумался и говорит: «Ох, что там делается в городе! Но все будут живы».
В нашем городе был пожар, мы погорели, восемь человек, но все остались живы. Я пострадала больше всех: площадь ожога была 53 процента. По заключению врачей, я не должна была выжить, но, по святым молитвам отца, осталась жива и трудоспособна.
В больнице я пролежала шесть месяцев, через полгода приехала к отцу. Когда мы пришли к его келлии, батюшка вышел и говорит: «Говорили, что ты сгорела, а ты жива и такая чистенькая».
Когда я лежала в больнице, то все время мысленно обращалась к отцу, просила его святых молитв, и Господь давал мне терпение. Боли были ужасные, и медики удивлялись моему терпению.
Когда я поднялась на ноги, все с удивлением говорили: «Поднялась наша больная, а ведь никакой надежды не было на то, что она останется жива».
Это чудо сотворил Господь по святым молитвам отца.
Осенью 1975 года мы с сестрой были у духовного отца. После обедни подошли к нему, чтобы он нас благословил на дорогу. Он всем нам дал по просфорочке. Многие просили, но он ответил: «Я сперва дам тем, кто уезжает».
Пришла я на квартиру к матери О., она мне говорит: «Не уезжай, будет всенощная, помажешь голову елеем». Я так и сделала, осталась. Стою в Михайловском соборе, смотрю, идет отец, я вышла из собора, чтобы подойти к нему. А он мне говорит:
- Вы почему здесь, а где ваши сестры?
- Они уехали.
- А вы почему здесь? Я вас благословил в дорогу, а что скажут на работе, отпуск-то у вас кончился?
- Ну и наплевать, прогуляю, я теперь пенсию оформила.
Как он закричит на меня:
- Как это вы плюете, на кого? На государство, которое вам платит деньги! Сию же минуту берите вещи - и на вокзал.
Я - в слезы: «Отченька, у меня голова болит, я еще побуду».
- Нет, нет, на вокзал!
Мои вещи у матери О. Это три километра от монастыря, а в деревне заболел пастух, и ее попросили пасти коров.
- Ну хорошо, завтра чтобы уехала.
Я так и поступила. Выхожу на работу, а директор увидел меня и говорит:
- Слава Богу, М. вышла на работу! Оказывается, некому было работать.
Однажды приезжаю к отцу, пошли после службы к его келлии. Отец выносит деревянный крест, дает его мне и говорит:
- Целуй этот крест по пять раз утром и вечером и читай «Избранной Воеводе» и молитву о спасении. Молись за своего сына А.: «Спаси, Господи, сына моего А.».
Приезжаю домой и сразу все стала выполнять, как благословил меня отец. Вскоре поехал сын по туристической путевке. Катаясь на лыжах, он заблудился. Вот как потом он мне рассказывал:
- Еду, и вдруг все закружилось. Лес идет кругом, земля кругом, из глаз огненные искры. Кругом лес и поля, и никако го селения нет, я уже выбился из сил. Стал замерзать, меня клонило ко сну. Потом увидел стог с сеном, привалился к нему и чувствую, что засыпаю. Думаю: «Нет, нельзя оставаться здесь, если засну, то замерзну». Вижу у стога след от саней, значит, есть здесь где-то жилье. Еду по следу, увидел низкий барак, обрадовался и поехал туда. Там меня встретила приветливая хозяйка, рассказала мне, как добраться до дома отдыха».
Вот как отец все знал! Господь и Матерь Божия, по его святым молитвам, спасли моего сына.
У нас с сыном духовный отец схиигумен Савва. Когда сыну надо было идти в армию, мы с ним приехали к отцу, чтобы получить благословение и попросить его святых молитв. Отец сказал: «Служба будет тяжелая и ответственная, но ничего, будем молиться, а спасать тебя будет птица».
Получили благословение и поехали домой. Дорогой мне сын говорит: «Мама, я очень жалею, что не переспросил отца: как это - меня будет спасать птица?»
Сына отправили в опасное место, на границу. Потом он рассказывал: «Вблизи - огромная пропасть, часто пропадали посты, и даже трупов не находили».
Когда он первый раз стоял на посту, сильно закричала сова, и он тут же вспомнил слова отца: «Будем молиться, а спасать тебя будет птица». Сразу же повернул оружие в том направлении. И не один раз сова извещала, откуда грозит опасность. И таким образом его дежурство всегда проходило благополучно.
Раньше не спал весь караул, а тут стали говорить: «Сегодня на посту Е. - можно вздремнуть».
По святым молитвам отца, сын благополучно отслужил в армии и вернулся домой.
Служил отец панихиду в пещерах. Я плакала о том, кто будет меня поминать, когда я умру, я - сирота. Отец оборачивается в мою сторону и говорит: «Сирот поминает Церковь, вот и я молюсь за всех».
Об этом поведала мне наша духовная сестра Иулиания. Она сле войны осталась вдовой, и на руках у нее было двое детей. К этой скорби еще сгорел дом. В то время отец был в Троице-Сергиевой лавре. и вот она со слезами пришла к нему, поведала о своем несчастье.
Отец внимательно выслушал и сказал: «Я помогу тебе». Вынул из кармана три рубля и говорит: «Вот тебе на постройку дома». Взяла я их, а сама подумала: «Дорогой отец, это нищенское подаяние на хлеб насущный, а не на дом». Положила в карман и поехала к своим деткам.
Встречаются мне знакомые: «Иулиания, мы слышали, у тебя горе, вот тебе немного на постройку». И еще и еще дают денег и приговаривают: «Помоги тебе Господи!» Я сразу поняла, что благословение батюшки не прошло даром.
Отец благословил поехать в Пюхтицкий монастырь с одними людьми вместе через три дня. На другой день говорю ему: «Отец, три дня ждать долго, я вот с этими поеду». - «Что же, поезжай!»
Приехала в Пюхтицы, меня парализовало, отнялась вся правая сторона, купаться в источнике было нельзя, и сколько хлопот было через меня врачу-монахине. Ровно три дня болела - конечно, за своеволие, как поняла позже.