Гортанною, клекотом…
— Храни ее, Господи,
Такую далекую!
19 ноября 1921
«Справа, справа — баран круторогий…»
Справа, справа — баран круторогий!
И сильны мои ноги.
Пожелайте мне доброй дороги,
Богини и боги!
Слажу, слажу с курчавой сестрою,
С корабельной сосною!
Вся поклажа — брусок со струною,
Ничего — за спиною!
Ни закона, ни ……., ни дома,
Ни отцовского грома,
Ни товарища нежной истомы, —
Всё сгорело соломой!
Пожелайте мне смуглого цвета
И попутного ветра!
………………. — в Лету,
Без особой приметы!
19 ноября 1921
«Без самовластия…»
Без самовластия,
С полною кротостью.
Легкий и ласковый
Воздух над пропастью.
Выросший сразу,
— Молнией — в срок —
Как по приказу
Будет цветок.
Змееволосый,
Звездоочитый…
Не смертоносный, —
Сам без защиты!
Он ли мне? Я — ему?
Знаю: польщусь,
Знаю: нечаянно
В смерть оступлюсь…
20 ноября 1921
«Так плыли: голова и лира…»
Так плыли: голова и лира,
Вниз, в отступающую даль.
И лира уверяла: мира!
А губы повторяли: жаль!
Крово-серебряный, серебро-
Кровавый след двойной лия,
Вдоль обмирающего Гебра —
Брат нежный мой, сестра моя!
Порой, в тоске неутолимой,
Ход замедлялся головы.
Но лира уверяла: мимо!
А губы ей вослед: увы!
Вдаль-зыблящимся изголовьем
Сдвигаемые как венцом —
Не лира ль истекает кровью?
Не волосы ли — серебром?
Так, лестницею нисходящей
Речною — в колыбель зыбей.
Так, к острову тому, где слаще
Чем где-либо — лжет соловей…
Где осиянные останки?
Волна соленая — ответь!
Простоволосой лесбиянки
Быть может вытянула сеть? —
1 декабря 1921
«Не для льстивых этих риз, лживых ряс…»
Не для льстивых этих риз, лживых ряс —
Голосистою на свет родилась!
Не ночные мои сны — наяву!
Шипом-шепотом, как вы, не живу!
От тебя у меня, шепот-тот-шип —
Лира, лира, лебединый загиб!
С лавром, с зорями, с ветрами союз,
Не монашествую я — веселюсь!
И мальчишка — недурён-белокур!
Ну, а накривь уж пошло чересчур, —
От тебя у меня, шепот-тот-шип —
Лира, лира, лебединый загиб!
Доля женская, слыхать, тяжела!
А не знаю — на весы не брала!
Не продажный мой товар — даровой!
Ну, а ноготь как пойдет синевой, —
От тебя у меня, клекот-тот-хрип —
Лира, лира, лебединый загиб!
4 декабря 1921
«Грудь женская! Души застывший вздох…»
Грудь женская! Души застывший вздох, —
Суть женская! Волна, всегда врасплох
Застигнутая — и всегда врасплох
Вас застигающая — видит Бог!
Презренных и презрительных утех
Игралище. — Грудь женская! — Доспех
Уступчивый! — Я думаю о тех…
Об одногрудых тех, — подругах тех!..
5 декабря 1921
Подруга
Немолкнущим Ave,
Пасхальной Обедней —
Прекрасная слава
Подруги последней.
1. «Спит, муки твоея — веселье…»
Спит, муки твоея — веселье,
Спит, сердца выстраданный рай.
Над Иверскою колыбелью
— Блаженная! — помедлить дай.
Не суетность меня, не зависть
В дом привела, — не воспрети!
Я дитятко твое восславить
Пришла, как древле — пастухи.
Не тою же ль звездой ведома?
— О серебро-сусаль-слюда! —
Как вкопанная — глянь — над домом,
Как вкопанная — глянь — звезда!
Не радуюсь и не ревную, —
Гляжу, — и по сердцу пилой:
Что сыну твоему дарую?
Вот плащ мой — вот и посох мой.
6 декабря 1921
2. «В своих младенческих слезах…»
В своих младенческих слезах —
Что в ризе ценной,
Благословенна ты в женах!
— Благословенна!
У раздорожного креста
Раскрыл глазочки.
(Ведь тот был тоже сирота, —
Сынок безотчий).
В своих младенческих слезах —
Что в ризе ценной,
Благословенна ты в слезах!
— Благословенна.
Твой лоб над спящим над птенцом —
Чист, бестревожен.
Был благовест тебе венцом,
Благовест — ложем.
Твой стан над спящим над птенцом —
Трепет и древо.
Был благовест ему отцом, —
Радуйся, Дева!
В его заоблачных снегах —
Что в ризе ценной,
Благословенна ты в снегах!
— Благословенна.
9 декабря 1921
3. «Огромного воскрылья взмах…»
Огромного воскрылья взмах,
Хлещущий дых:
— Благословенна ты в женах,
В женах, в живых.
Где вестник? Буйно и бело.
Вихорь? Крыло?
Где вестник? Вьюгой замело —
Весть и крыло.
9 декабря 1921
4. «Чем заслужить тебе и чем воздать …»
Чем заслужить тебе и чем воздать —
Присноблаженная! — Младенца Мать!
Над стеклянеющею поволокой
Вновь подтверждающая: — Свет с Востока!
От синих глаз его — до синих звезд
Ты, радугою бросившая мост!
Не падаю! Не падаю! Плыву!
И — радугою — мост через Неву.
Жизнеподательница в час кончины!
Царств утвердительница! Матерь Сына!
В хрип смертных мук его — в худую песнь! —
Ты — первенцево вбросившая: «Есмь!»
10 декабря 1921
5. «Последняя дружба…»
Последняя дружба
В последнем обвале.
Что нужды, что нужды —
Как здесь называли?
Над черной канавой,
Над битвой бурьянной,
Последнею славой
Встаешь, — безымянной.
На крик его: душно! припавшая: друг!
Последнейшая, не пускавшая рук!
Последнею дружбой —
Так сонмы восславят.
Да та вот, что пить подавала,
Да та вот. —
У врат его царских
Последняя смена.
Уста, с синевы
Сцеловавшие пену.
Та, с судороги сцеловавшая пот,
На крик его: руку! сказавшая: вот!
Последняя дружба,
Последнее рядом,
Грудь с грудью…
— В последнюю оторопь взгляда
Рай вбросившая,
Под фатой песнопенной,
Последнею славой
Пройдешь — покровенной.
Ты, заповеди растоптавшая спесь,
На хрип его: Мама! солгавшая: здесь!
11 декабря 1921
Вифлеем
Два стихотворения, случайно
не вошедшие в «Стихи к Блоку»
Сыну Блока, — Саше.
1. «Не с серебром пришла…»
Не с серебром пришла,
Не с янтарем пришла, —
Я не царем пришла,
Я пастухом пришла.
Вот воздух гор моих,
Вот острый взор моих
Двух глаз — и красный пых
Костров и зорь моих.
Где ладан-воск — тот-мех?
Не оберусь прорех!
Хошь и нищее всех —
Зато первее всех!
За верблюдом верблюд
Гляди: на холм-твой-крут,
Гляди: цари идут,
Гляди: лари несут.
О — поз — дали!
6 декабря 1921
2. «Три царя…»
Три царя,
Три ларя
С ценными дарами.
Первый ларь —
Вся земля
С синими морями.
Ларь второй:
Весь в нем Ной,
Весь, с ковчегом-с-тварью.
Ну, а в том?
Что в третём?
Что в третём-то, Царь мой?
Царь дает,
— Свет мой свят!
Не понять что значит!
Царь — вперед,
Мать — назад,
А младенец плачет.
6 декабря 1921
«Как по тем донским боям…»
С. Э.
Как по тем донским боям, —
В серединку самую,
По заморским городам
Все с тобой мечта моя.
Со стены сниму кивот
За труху бумажную.
Все продажное, а вот
Память не продажная.
Нет сосны такой прямой
Во зеленом ельнике.
Оттого что мы с тобой —
Одноколыбельники.
Не для тысячи судеб —
Для единой родимся.
Ближе, чем с ладонью хлеб —
Так с тобою сходимся.
Не унес пожар-потоп
Перстенька червонного!
Ближе, чем с ладонью лоб
В те часы бессонные.
Не возьмет мое вдовство
Ни муки, ни мельника…
Нерушимое родство:
Одноколыбельники.
Знай, в груди моей часы
Как завел — не ржавели.
Знай, на красной на Руси
Все ж самодержавие!
Пусть весь свет идет к концу —
Достою у всенощной!
Чем с другим каким к венцу —
Так с тобою к стеночке.
— Ну-кось, до меня охоч!
Не зевай, брательники!
Так вдвоем и канем в ночь:
Одноколыбельники.
13 декабря 1921
«Так говорю, ибо дарован взгляд…»
Так говорю, ибо дарован взгляд
Мне в игры хоровые:
Нет, пурпурные с головы до пят,
А вовсе не сквозные!
Так — довожу: лба осиянный свод
Надменен до бесчувствья.
И если радугою гнется рот —
То вовсе не от грусти.
Златоволосости хотел? Стыда?
Вихрь — и костер лавровый!
И если нехотя упало: да —
Нет — их второе слово.
Мнил — проволокою поддержан бег?
Нет, глыбы за плечами!
В полуопущенности смуглых век
Стрел больше, чем в колчане!
О, в каждом повороте головы —