— К чему ты это, Сережа?
— Не знаю, так, мысли вслух. Наверное, когда много любви, она обесценивается. Посмотри на этих девиц. Они еще так молоды, а рассуждают, как престарелые циники у Чехова: «Для любви нужен отдельный кабинет». Ну и пачка зеленых в придачу.
— А чего хочешь ты?
Сережа задержался с ответом, подбирая слова. Тут перед Анной вырос давешний резвый поклонник.
— Станцуем еще? — предложил он, галантно согнув стан.
— Нет, устала, давно не танцевала, — отговорилась Аня.
Она в самом деле слегка задохнулась во время танца: организм разладился от длительных переживаний.
— Что он к тебе пристал? — поинтересовался Сережа. — Все что-то кричал в ухо, я видел.
— Рассказывал, какая романтическая у него профессия. Он спортсмен и инструктор по прыжкам с парашютом.
— Вот как? — невыразительно отозвался Сережа и задумался. — А где работает?
— В аэроклубе. Это 80 километров от Москвы.
— Как инструктора зовут? Представился?
— Дмитрий…да, Дима, кажется. А тебе зачем?
— Я сейчас вернусь. — Сережа прошелся вдоль столиков и остановился у того, за которым сидел упомянутый Дмитрий.
Аня видела, как они оживленно беседовали о чем-то, синхронно поворачивали головы в ее сторону, посылали издалека улыбки, наконец вместе вернулись к ее столу.
— Ань, Дима предлагает нам поехать завтра в аэроклуб.
— Зачем это, Сережа? — удивленно подняла брови Аня.
— Сергей сказал, что никогда не прыгал с парашютом, как и его очаровательная сестра. Я весь к вашим услугам. Объясню, проведу инструктаж по всем правилам, а вы, Анна, если боитесь, можете прыгнуть со мной в тандеме, — разлюбезным тоном сообщил Дмитрий.
— Безусловно, — в том же ключе обнадежил Сергей.
Аня озадаченно пыталась осмыслить услышанное:
— Это такая шутка? Да? А, понимаю, вы сговорились. Сережа, совсем не смешно.
— Помилуйте, какие шутки? — сконфузился инструктор: как видно, парень не ожидал такого оборота.
— Извините, Дима, мой брат вас разыграл. Он панически боится самолетов, не говоря уже о прыжках с парашютом.
— Не слушай ее, Димон, — возразил Сережа. Глаза его странно блестели, что-то дикое проглядывало в них. — Сделаем, как договорились. Завтра в десять утра встретимся в аэроклубе. Запишу номер твоего мобильника, чтобы все было наверняка.
— Так я буду ждать, — обрадовался Дмитрий. — Метеоусловия обещали на завтра шикарные, удовольствие получите, не пожалеете.
Они отошли, оставив Анну в сильнейшем недоумении.
— Сережа, я жду объяснений, — строго потребовала она, как только брат снова занял свое место. — Чего ты добиваешься? Хочешь сосватать мне поклонника? — Она вздохнула. — Какой ты все-таки ребенок. Мне не нужен очередной роман, ни на земле, ни в воздухе. Попробовала уже и то и другое.
Сергей усмехнулся:
— Ты слишком обо мне высокого мнения, я хлопочу в первую очередь о себе. Анюта, выслушай меня: я действительно хочу прыгнуть. Один я не решусь на прыжок — только с тобой, и ты должна мне в этом помочь … — Он резко схватил Аню за руки, как когда-то на пустыре, глаза его сверкали, в них билась настойчивая мысль; недавно такой спокойный, невозмутимый он пылал сейчас как в губительной горячке.
Аня взволновалась не на шутку:
— Да что с тобой? Откуда этот странный порыв? Зачем тебе прыгать?
— Я должен…должен, понимаешь?.. Не могу тебе объяснить…Я давно задумал… Мне надо знать, что видели мама и папа перед смертью…что держит Матвея… Эта мысль давно не дает мне покоя…Ань, помоги, пожалуйста, я не решусь один.
— Хорошо, заплатим за полет на спортивном самолете с инструктором, зачем непременно прыгать?
— Нет, я должен быть там один, неужели не ясно?! — с раздражительным нетерпением выкрикнул он. — Ты сказала, что я боюсь жизни. Это чистая правда. Мне надо преодолеть свой страх, но для этого мне нужна твоя поддержка.
— Господи!..Сереженька! На что ты меня толкаешь?.. — Мучитель требовательно молчал. Теперь было совершенно очевидно, что он не шутит. — Почему ты не обратился к Матвею? Это было бы гораздо естественнее.
— Дурак я, что ли? Он не позволит, стопудово. Ты одна можешь мне помочь.
— Нет, нет, не проси. Как это — прыгнуть? Я умру со страху… — Аня настолько потерялась, что вскочила с места и пошла к выходу, плохо сознавая что делает.
Грянула в динамиках Верка Сердючка: «Хорошо, все будет хорошо, все будет хорошо, я это знаю…». Аня встала как вкопанная посреди танцующих — они дружно и громко били каблуками в пол, плотной стеной подпрыгивали в едином ритме: «Ха-ра-шо, все будет хорошо…». Аня посмотрела назад — Сережа сидел в прежней позе, на лице та же настойчивость и надежда. Анна стояла неподвижно в центре отплясывающих посетителей ночного клуба; в просветах между телами, плечами, головами высвечивались как темные огни устремленные на нее Сережины глаза — в них были мольба, боль и приказ одновременно.
Анна медленно пошла обратно; разудалые танцоры невольно уступали ей дорогу.
Сережа поднялся навстречу и обнял ее. Аня уткнулась носом ему в грудь.
— Пойдем домой, нам надо выспаться. Утром рано вставать, — сказал он.
Глава 15
Огромный ангар аэроклуба был завален мешками с парашютами и заполнен желающими прыгнуть. Все перворазники, ждущие своей очереди, вели себя очень тихо — у них были испуганные глаза и отчаянные лица.
Аня и Сережа оплатили свои прыжки, прошли что-то вроде медосмотра, ответили на несколько вопросов.
— Присядьте пока здесь на скамеечку, — посоветовал Дима. — Постараюсь вас пропустить пораньше, но инструктаж надо пройти тщательно. Сейчас соберу группу и займемся. Анечка, так вы будете прыгать в тандеме?
— Нет, — расхрабрилась Аня. — Раз решилась, прыгну одна. Только скажите, купол сам раскроется?
— Не волнуйтесь, купол откроется автоматически.
— Ваши слова звучат как музыка, — дрогнувшим голосом отозвалась Анна. — Знаю, что вывалюсь из самолета как картошка, и, возможно, потеряю сознание, сама за кольцо ни за что не дерну.
— Кто ж этого не понимает? Все учитывается. Мы не изверги и не убийцы, — засмеялся инструктор. — Принудительное открытие парашюта обязательно для первых десяти прыжков. В самолёте он пристёгивается вытяжным фалом к специальному тросу — и вперёд, но имитируется самостоятельное открывание, чтобы довести всё до автоматизма, а после десятого прыжка парашютисты открывают купол сами.
— Благодарю покорно, надеюсь, до десятого прыжка дело не дойдет.
— Как знать, стоит только попробовать, — лукаво улыбнулся Дмитрий.
Сережа, заваривший всю эту кашу, злодейски подтрунивал над сестрой:
— Анютка, не дрейфь. Смотри сколько желающих перейти в разряд жмуриков. Так что мы не одни. Когда скопом, не так страшно.
— Ах ты еще и скалишься?! Дима, столкнете его первым, а будет упираться, я помогу вам с особым удовольствием.
Группа перворазников состояла из двадцати человек.
Дмитрий начал инструктаж с общих сведений о парашюте. Затем втолковывал, что руки при отделении полагается держать на лямках подвесной системы. В воздухе — считать, поднять голову, проверить купол. Обезвредить запаску. Приземление против ветра, ноги вместе, колени чуть согнуты…
Затем надо было правильно выпрыгивать из макета самолета в песок и приземляться так, чтобы колени и стопы были вместе. Анна несколько раз прыгнула неправильно — Дмитрий заставил повторять снова и снова, пока Аня не поняла, что по-другому спрыгнуть с любой высоты уже просто не сможет. У Сергея все выходило ловчее, занятия спортом не прошли даром, он был гибок и упруг как мячик.
Роковая минута приближалась, смельчаков обрядили в шлемы, очки, упаковали в тяжелое парашютное снаряжение — килограммов по двадцать, не меньше — мешок на спине и запаска на животе.
На летное поле выпустили десять человек. День, как обещали синоптики, был чудным, солнечным, воздух сдобрен нежным ветерком и весенними запахами. Бывалый выпускающий с ухватками заправского мастерового, составил новичков в ряд, как болванки для обработки, придирчиво оглядел, потом стал переставлять неизвестно из каких соображений.
— Мы вместе, — уцепилась Аня за брата. — Он будет прыгать за мной.
Кто-то нервно хихикнул.
— Ржать будете в воздухе, — пообещал выпускающий. — Всем внимание, уши торчком, глаза пучком, щас без промедления в самолет — вы пятеро занимаете места по правому борту, вы по левому. Усекли, смешливые? То-то. За мной рексом, бе-е-егом!
Легко сказать «бегом»! Отягощенная грузом парашюта Аня послушно припустила к самолету Ан-2, который только что сел и словно нехотя остановился. Когда самолет снова вырулил на взлет, прямо на ходу в салон заскочил Дмитрий:
— Все в порядке, Анечка? Серега! Все помнишь? Ай молодца!
В салоне выпускающий обошел новичков, всем прицепил вытяжные фалы. Ане предстояло прыгать седьмой, сразу вслед за ней — Сережа.
— Ну как, не передумал? — спросила она.
— Отступать некуда, одна дорога — вниз, — криво улыбнулся Сергей. Он бодрился, но сильно побледнел и больше не пытался шутить.
— Солнышко, ты главное не бойся, не забудь считать, как наказывал Дима… — Несчастный вид брата заставил Аню позабыть собственные страхи.
Напротив сидел худенький некрасивый паренек, рядом с ним крепкая девушка с вызывающе боевым выражением на лице. Паренек остановил на Ане обреченный взгляд; спутница материнским движением потрепала его по руке.
— Брат? — спросила Аня.
Та кивнула и понимающе указала глазами на Сережу. Ане от этого стало по-настоящему смешно, она еле утаила улыбку от взыскательного взора инструктора.
— Высота пятьсот метров, — доложил Дмитрий. — Будете прыгать с девятисот.
Скоро выпускающий скомандовал:
— Встали, приготовились!
Самолет сотрясало, стоять было трудно, за открытой дверью зловеще ревел воздух.
— Выход по моей команде. Руки у вас где? Правая на вытяжном кольце, левая на запаске — только так. Оттолкнулся как следует — и ложись на небо. Усекли?