Мама уронила вилку на пол, и меня обеспокоила такая реакция. Чтобы это могло означать?
— Кроме Луизы мне никто не нужен, — я отстранился, позволяя лакею налить мне суп.
Отец покачал головой и взялся за ложку.
— Расскажи о ней, — мягко попросила мама.
— Луиза Флоренс — моя истинная любовь, — она удивилась моим словам, отец крякнул, а я продолжил рассказывать о ней.
Родители не перебивали, но по выражениям их лиц я понимал, что они думают обо всем этом. Как обычно, они занимали противоположные позиции. Ничего удивительного в этом не было. Но мне, как и всегда, хотелось верить, что один из них на моей стороне искренне, а не из желания насолить другому.
— Я уверена, что она удивительная девушка, раз покорила твое сердце, — мама грустно улыбнулась.
— Я хочу с ней познакомиться лично, — выдал отец.
Такого поворота я не ожидал.
— Зачем? — опять нарушив все приличия, я поставил локти и подался вперед.
— Хочу знать какая она, это твоя истинная. Все дело моей жизни достанется вам, и я имею право познакомиться с ней.
Это было логично. В конце концов, он мой отец. И по этой же причине очень опасно.
— Что ты так смотришь? — продолжил отец. — Купи ей билет, пусть приедет.
— Исключено.
— Не доверяешь мне? — хмыкнул он.
— Джо, девушка не должна путешествовать одна.
— Мама права, — я кивнул в её сторону.
— Но и ты не доверяешь, — отец прыснул в усы.
Я не стал отвечать. Так уж хочет убедить, что ему можно доверять? Никаких проблем. У меня припасен козырь на этот случай.
Действия лучше слов. Я попросил лакея принести мне полную адресную книгу и лифорон. Родители переглянулись, но от высказываний воздержались. Всем стало интересно чем же закончится разговор.
Когда лакей исполнил мою просьбу, я нашел в справочнике личной номер заместителя ректора и набрал его. Трубку снял секретарь и я попросил соединить с мистером Кэльба. В трубке незамедлительно раздался знакомый голос.
— Да, сынок, что-то случилось? — обеспокоенно спросил он.
— Нет. Благодарю за беспокойство, но пока все хорошо, — я улыбнулся отцу. Что ж, проверим на что он готов ради моего доверия. — Мистер Кэльба. Мой отец хочет переговорить с вами насчет помолвки с вашей дочерью. Он хочет расторгнуть её.
Повисло молчание, а я положил трубку на поднос и указал лакею, чтобы он перенес лирофон отцу. Тот смотрел на меня ненавидящим взглядом. О как! И это он еще говорил о доверии?
— Слушаю, — отец взял трубку, а я с улыбкой наблюдал за тем, как он обсуждает детали разрыва помолвки.
Конечно, он мог перезвонить своему другу после и все отменить. Скорее всего, так и будет. Но мне было любопытно наблюдать за тем, как он пересиливает себя.
— Все, — отец с грохотом положил трубку.
Я улыбнулся, понимая, как сильно действую ему на нервы. К собственному стыду, мне нравилось видеть его таким. И про «деревенщину» я еще не забыл.
— Это только первый шаг на пути к моему доверию.
Больше за обедом мы не разговаривали. Ели молча, стуча приборами в гнетущем напряжении. Отец гневался, переваривая мой поступок. Я видел это по его выражению лица и по тому, как он отрезает кусочки бифштекса. Наверно, представляет меня на месте свеже пожаренного куска говядины.
Ничего, скорее всего, отец уже придумал как объяснить мистеру Кэльбе свое поведение. Никто не будет расторгать помолвку. Верить отцу — большая глупость. К тому же, я нутром чувствовал, что его цель не ограничивается моим послушанием и женитьбой на Аннабель. Было что-то еще. Гораздо более масштабное и опасное, что для нас Луизой.
Мама пугливо переводила взгляд с отца на меня. Она, по всей видимости, боялась, что наше первая за долгое время семейная встреча будет сорвана одной фразой. Любой фразой.
Я же веселился, поедая свою порцию мяса и предвкушая вечерний звонок Луизе. Из родительского особняка звонить не хотел. Вдруг подслушают, потому решил вечером сходить на станцию связи и позвонить оттуда коменданту женской башни. Так будет безопаснее для нас обоих.
После обеда отец уехал куда-то. Сказал, чтобы мы его не ждал к ужину. Формальность. Ни я, ни мама не ждали бы его в любом случае. Может вообще не приезжать.
— Невилл, надо поговорить, — обратилась ко мне мама, когда в доме все стихло.
Я кивнул. Нам правда есть, что обсудить. Благодаря ей мне удалось отправиться на восток. Жаль, что ожидания от поездки не оправдались. Я так и не нашел информации, которая помогла бы мне разобраться с тем, что случилось в ту роковую ночь.
Но я никак не ожидал услышать от матери следующее:
— Невилл, если ты правда любишь Луизу, а она любит тебя, то уезжайте.
Это было настолько неожиданно, что я растерялся.
— Джо не оставит вас в покое. Никогда, — продолжила она. — Он сделает все, чтобы разлучить вас. Езжайте куда-нибудь. Хоть на восток. Если надо, я дам денег, только уезжайте.
— Но, мам, как же…
Конечно, я уже думал о подобном. Однако воспринимал это, как крайнюю меру. Потому что верил, что смогу побороть традиции и привести к согласию общины нашим браком. Это стало бы прецедентом в жизни оборотней.
— Даже не надейся, — она замотала головой и подошла ко мне, чтобы взять мою руку. — Умоляю тебя. Бери свою девушку и уезжайте.
— А ритуал? А обвинение? Я же буду беглецом!
— Тебе что важнее? Невиновсть или личное счастье?
— Нельзя ставить такой выбор, — я покачал головой. — Тем более, что я знаю, что не виноват. Я не могу обрекать Луизу на жизнь с беглым преступником. А именно таковым я и буду считаться, если уеду прямо сейчас.
В глазах матери стояли слезы. М-да, дело приняло такой серьезный оборот, о котором я и подумать не мог.
— Значит после ритуала, — просипела она. — Уезжайте сразу после ритуала.
Мы долго смотрели друг на друга. Я находился в замешательстве, не зная, что сказать. Подумал о Луизе, о её мечтах учиться. Потом об отце и его возможностях. На что он готов пойти? Убьет её? Но тогда вслед за истинной умру я.
— Что отец собирается сделать? На что готов? Он ведь знает, что без истинной я умру от тоски.
Мама тяжко вздохнула.
— Джо сам когда-то был влюблен по-настоящему, но как видишь я не его истинная, а он все жив. Он знает какой-то способ, и он его применит на тебе.
Меня будто облили ледяной водой. Все встало на свои места. Вот почему у них такие отношения и зачем он принимает настойки от вожделения. А может это другое лекарство, которое помогает бороться с тоской? От этой мысли меня затошнило. Мне не стоит больше ничего есть и пить в этом доме.
Глава 24
Луиза
Я не ожидала звонка от Невилла в первый же день его отсутствия. Думала, что он будет слишком занят. И то, что она нашел возможность сообщить о своих делах, безумно обрадовала.
Мое сердце дикой птицей билось в груди, когда комендант башни позвала к себе в кабинет. Я очень хотела услышать его голос, а когда услышала, то потеряла дар речи. Так сильно меня переполняли чувства.
— Привет, принцесса.
Все что мне осталось сделать, так это схватить воздух ртом и ощутить, как горит лицо от смущения.
— Лу? Это ты? — испугался он.
— Да-а, — у меня перехватывало дыхание. Ох, не знаю, как продержусь без него столько дней.
— Как прошел твой день в академии? Расскажи. Хочу послушать твой голос.
— Лучше ты первый, — я вся тряслась, так что вряд ли бы мой рассказ получился хоть сколько-нибудь содержательным.
— У меня так себе…
Печаль в его голосе резанула по сердцу. Мне даже почудилось, как горячая кровь растекается по груди. Так сильно я ощущала его эмоции.
— Что-то случилось?
— И да, и нет.
Невилл начал свой рассказ, а я, затаив дыхание, слушала новости, от которых по спине бежал холодок. Бюрократическая волокита задержит его надолго. Но это всего лишь временное неудобство, в отличие от того, что его отец знал про расторжение истинной любви.
Когда он закончил, я сказала:
— А ты не думаешь, что отец подстроит все так, что вместо ритуала разложения магии с тобой сделают что-то другое?
— Я не знаю, Лу. Все может быть.
От ответа я сползла на пол, натянув витой провод трубки. Неужели ничего нельзя сделать?
— Ты же понимаешь, что я не могу бежать от закона? Я буду беглым преступником, если поступлю так. Так что…
— Ничего не остается, кроме как пройти через ритуал, — закончила я.
Меня вновь настигло ужасное чувство несправедливости! Нет. Неужели его отец пойдет на такой шаг?
— Лу?
— Что? — страх душил меня до слез, но признаться в этом я не могла.
— Пока другого вариант я не вижу, но постараюсь что-нибудь придумать. Познакомлюсь с комиссией, которая будет проводить ритуал. Может отец смириться за это время или же уедет куда-нибудь. Не знаю… Не будем отчаиваться, хорошо?
— Да, — от уверенности в его голосе стало легче.
— А теперь расскажи, как у тебя дела. Я хочу послушать твой голос.
— Хорошо, — я улыбнулась воображаемому Невиллу и поведала о встрече с главой общины.
— Не верь ему, Лу. Он врет.
— Но… если не врет, то… девочки…
Я чувствовала себя двояко после разговора с мистером Уэббом. Он не давал никаких гарантий, его слова ничего не стоили. Он мог пообещать одно, а сделать другое. Но и вдруг от меня действительно что-то зависело? Как же страшно нарушать правила, когда всю жизнь учат повиноваться.
— Лу, а что он сказала по поводу твоего бывшего женишка? — внезапно спросил Невилл.
— Отказал, — призналась я.
— Вот старый козлина! Этот вонючий Родерик отказался от прав на тебя. А он не хочет признавать расторжение. И это ему ты хочешь поверить, Лу?
— Ну… — я замялась. — Ты прав.
— Я рад, если ты признаешь мою правоту и выбросишь из головы всю ту ерунду, что тебе наговорил старый козлина. Ты — моя, Лу. Моя принцесса. А я — твой. Навсегда. И я буду биться до последнего за нашу любовь.