Бажена не была глупой. Несмотря на приподнятое настроение, которое взыграло рядом с красивым мужчиной с непослушными волосами, она насторожилась. Такую фразу в этом мире кроме нее мог произнести только один человек – ее внучка! И только при определенных обстоятельствах. Что бы там Линария не думала, но внучку бабушка любила. Своей странной деспотичной, но любовью! Бажена резко схватила мага за грудки и тряхнула его с силой тридцатилетней здоровой женщины. Мэтр даже зубами клацнул от неожиданности, разом позабыв все свои заклинания.
– Вы пытались задавить мою вну… сестру? Вы наехали на Нарь… Апполинарию? Где она, что с ней?
– Ничего подобного! – возмутился Симерин, опешив от неожиданного захвата. Он не предполагал, что безобидный вопрос может вызвать такую реакцию у любящей сестры. – Я проезжал мимо! С его величеством, между прочим. Он подтвердит! А Линария безответственно шла по середине улицы и, увидев меня, просто нахамила. А я вез его величество от портала и ваша сестра и ему нахамила тоже, понятно? Вот я и хочу теперь выяснить, расценивать ли выражение «обезьяна с гранатой» как оскорбление короля!
Бажена выпустила из кулаков рубашку мага, разгладила ладошками помятую ткань вместе с находящейся под ней грудью мужчины, ощутила упругие мышцы, но голову от сего действа не потеряла. Жизненный опыт какими-то девчачьими фантазиями не перебьешь. Хотя, ммм… приятно, очень приятно. В сердце, забившемся быстрее обычного, всколыхнулись какие-то забытые ощущения.
– Кто был за рулем? – голос почему-то обрел небольшую хрипотцу.
– Где? За чем?
– Кто управлял мабезконом? – прищурив глаза, повторила Бажена Спиридоновна. – Вы или король?
– Я, конечно, – пожал плечами маг и неосознанно подался вперед, не желая расставаться с нежными ладошками.
– Тогда никакого оскорбления его величеству нанесено не было. «Обезьяной с гранатой» в нашем мире называют только водителей, а не пассажиров, – облегченно вздохнув, заявила блондинка и опять разгладила складочки на рубашке. Такая капризная ткань.
– И что оно означает? – мэтр немного наклонился, чтобы лучше услышать ответ.
– Так называют… неопытных водителей, – прошептала блондинка и, сделав шаг назад, повысила голос. – Которые наезжают на пешеходов!
– Никакого наезда не было, – мэтр опять мотнул головой, убирая со лба непослушные волосы. Странное состояние, кажется, пора бежать от этой ведьмы. Вот ведь ни капли магии в человеке, а голову вскружила. – Спасибо за объяснение, уважаемая, у меня есть еще парочка вопросов, но мы обсудим их позже, если вы не против.
– Всегда к вашим услугам, – Бажена сделала шаг в сторону, освобождая дорогу.
– Спасибо, до свидания.
Мэтр еще раз заглянул в голубые глаза. Когда женщина молчала – она была прекрасна, пора уходить пока она не заговорила и не испортила чудесную картину. Маг слегка склонил голову и быстрым шагом пошел к выходу. Прощально звякнул колокольчик.
– Что это со мной? Почему он смотрел так? Определенно… бабник со стажем. Вопрос он задать пришел. Почему Нарька гуляет по городу одна? Что она еще наговорила этому чудику? – задумчиво бормотала блондинка, принимаясь снова перебирать коробки. – Какой мужик, какие мышцы. Ой, в мои годы о таком думать, грех-то какой!
Покачав головой, Бажена снова стала строить планы на будущее, но ее уютные и понятные ранее мысли вечно сбивал образ мускулистого мужчины с непослушной шевелюрой.
В академии начались учебные будни. Нагружали студентов достаточно, времени на разгильдяйство не оставалось. Я стала частым посетителем библиотеки, магия мне не давалась, но были предметы и помимо магии, которые необходимо знать для жизни в неизвестном мире. Это поначалу показалось, что все легко и просто.
А еще мне не давал покоя секрет парнишки с синим лицом. Я уже знала, что его зовут Том, а его друга – Джес. Ребята быстренько сократили все зубодробительные имена. Сама того не желая, я изредка неосознанно поглядывала в сторону парня, но задать вопрос в лоб не решалась. Мало ли что скрывает человек? Но первым лопнуло терпение у человека.
Перед началом занятий, когда мы собрались в аудитории в ожидании прихода преподавателя, я опять глянула на Тома, а тот вдруг подскочил, подошел ко мне и встал напротив. Подумала, парень хочет обратиться с какой-то просьбой, но он молчал. Просто стоял и молчал, нервно сжимая кулаки.
– Ты что-то хотел? – не выдержала и первая задала вопрос.
– Да! Я хочу, чтобы ты налюбовалась на меня уже и перестала пялиться! – истерично выкрикнул парень, привлекая внимание всей группы. Джес подошел и встал рядом с другом он никогда не оставлял его одного.
– Я на тебя не любуюсь, Том. Я даже не знаю, как ты выглядишь, вот и пытаюсь рассмотреть.
– В каком смысле?
– Я не вижу твоего лица, просто синее пятно. И мне непонятно зачем ты использовал магию для изменения внешности.
– Он использовал магию? – Кир привстал с места и, внимательно посмотрев на Тома, обратился к нему: – Тогда почему ты такой страшный?
– Это не ваше дело! – выкрикнул несчастный, синяя клякса наклонилась, видимо, Том опустил голову. Как же это неудобно – общаться с человеком без лица.
– Это не просто магия, на нем ведьминское проклятье, – раздался от двери раздраженный голос ректора.
Парни расстроено повернулись к вошедшему магу и я вместе с ними. И почему мэтр пришел так не вовремя? Хотя, как почему? Он же сегодня читает лекцию по общей магии, и пришел к своим студентам, чтобы начать урок. Но что значит его заявление?
– Почему же вы не снимете? – видимо, я одна была не в курсе, остальные просто тяжело вздохнули.
– Потому что такое проклятие может снять только тот, кто его наложил, – объяснил мэтр Фэридан, подойдя к своему столу. – А Томасидан еще и время упустил. Если бы обратился ко мне не через полгода, а сразу, то по остаточным эманациям мы бы вычислили ведьму, а он и сейчас молчит. Хотя, теперь поздно уже, голословные обвинения король не рассматривает, а доказательства со временем развеялись.
– Но какая ведьма могла сделать такое с ребенком? – моему удивлению не было предела.
– Это его мачеха, – не выдержал Джес и отмахнулся от Тома, попытавшегося закрыть другу рот. – Да хватит тебе молчать, ничего она твоему отцу не сделает!
Парни удивленно охнули, а я так и вовсе поразилась.
– Как же так? Откуда у вас мачехи? Да объясните уже толком, ничего не понимаю.
– Мама Томасидана погибла, когда он был еще маленький, – торопливо заговорил Джес. – Попалась тварям и не смогла отбиться. Его отец, разумеется, страдал, но сына воспитывал и жил ради него. А год назад он внезапно женился, и его жена невзлюбила Тома. Наслала на него проклятье и сказала, что если он проболтается, то и его отцу не поздоровится.
Студенты молчали, слышно было только возмущенное сопение парней и всхлип Тома, который прикрыл лицо руками. Первым нарушил тишину Василек:
– И чем же ты так насолил ведьме, что она прокляла?
Парень опустил голову еще ниже и уткнулся лицом в ладони, показывая всем своим видом, что отвечать не собирается.
– Мэтр Фэридан, но как же так? – меня интересовал другой вопрос, чем провинился пасынок, я кажется, догадалась. – Я думала, в этом мире добрые все и преступников нет…
– У нас другая проблема, Линария, – избалованные дети! Некоторые не могут достойно воспитать ребенка, он вырастает жадным и думает, что ему все позволено. Мало вымолить и родить дитя, надо знать меру. В основном, – мэтр обвел руками группу, – хорошо воспитывают, сама видишь, но бывают исключения. Особенно опасно, если среди исключений попадаются одаренные магией или ведьмы.
– Теперь мне все понятно. Том, тебе сколько лет?
– Двадцать один, – буркнул парень. – У меня недавно потенциал открылся, поэтому поздно поступил.
– Значит, полгода назад ты был уже совершеннолетний, – подытожила я, – и твоя мачеха стала тебя домогаться. Да?
– Откуда ты…
– Не сложно догадаться. Ты отказал, и она тебя прокляла.
Мэтр Фэридан в ужасе схватился за голову и запричитал:
– Что же ты сразу не пришел? Какая гадость разгуливает теперь на свободе!
– Линария, ты же разрушаешь магию, – вскрикнул Освальд, вскакивая с места. – Попробуй, может, получится и проклятие разрушить?
Ребята загомонили, поддерживая предложение Оськи, вся группа с надеждой уставилась на меня. Я посмотрела на ректора, он отрицательно покачал головой, горестно поджав губы и зная заранее, что ничего не получится, но тоже смотрел с надеждой. На его лице было такое выражение тоски и злости, что если бы ему сейчас попала та ведьма, придушил бы голыми руками.
– Линария, пожалуйста, – пролепетал Том.
– Ничего не обещаю, ты только не расстраивайся, если не получится.
Я вскочила с места, обошла стол и встала напротив бедной жертвы. Парни притихли, ректор приложил руки к груди.
– Мэтр, я не срываю вам урок? – поинтересовалась на всякий случай.
– Давай-давай, действуй, – нетерпеливо прикрикнул Фэридан. – Очень интересно, вдруг и правда…
Я протянула руки к лицу парня и приложила ладони к его щекам. Под ладонями синева исчезла. Мальчишки ахнули, а Оська стал командовать:
– Нос потрогай, нос. О, да у него красивый нос! А теперь губы, надо же и рот нормальный. Да он симпатичный парень!
Студенты заразились азартом и с интересом, постоянно ахая, следили за метаморфозами, происходящими со страшным лицом. Это я не видела, как крючковатый нос становился ровным и красивым, а остальные находились в шоке, наблюдая за изменениями. Не смотрели они наших фильмов. Выполняя указания друга, я поочередно пощупала все части лица, как художник, извлекая из синей кляксы нормальные части тела, и убрала руки. Синева вернулась. Парни разочарованно застонали.
– Так я и думал, – обреченно сказал ректор, и устало опустился на стул.
– Нет, погодите-погодите, мэтр, на прошлом уроке вы говорили, что эмоции в магических пассах играют большую роль, – я не собиралась быстро сдаваться, во мне кипела злость. Неужели какая-то ведьма будет торжествовать? Ректор заинтересованно кивнул. – Так вот я зла! Я очень зла! Немыслимо зла! Знаете, я вспомнила одну сказку из моего мира. Там злая ведьма предрекла смерть принцессе, когда та вырастет и уколет палец.