– Смертельное проклятие! – ахнул Орис и кровожадно взмахнул кулаками. – Ее нужно было схватить на месте и предать суду.
Я удивленно приподняла бровь, но продолжила:
– А добрая ведьма, сказала, что может изменить проклятие и принцесса не умрет, а просто уснет.
– Перебила контр-заклинанием! – вскрикнул Кир. – Если сразу, то это срабатывает. Еще нужно условие поставить, надеюсь, она поставила?
Я тяжело вздохнула и опустила плечи.
– Какие вы зануды, студенты академии! Я же вам просто сказку рассказываю.
– И что дальше случилось? – тронул за руку Джес.
– Принцесса уснула, а через сто лет ее нашел принц и разбудил своим поцелуем.
– Да-да, так может быть, – согласно закивал головой ректор, – очень правдоподобная история. В поцелуе больше всего эмоций, даже передача энергии в случае необходимости легче всего происходит при касании губами.
Группа опять затихла, соображая, о чем сказал мэтр и к чему веду я.
– А ты бы могла… – робко поинтересовался, нет, не Том – Джес. Хороший у парня друг.
– Поцеловать Тома? – задорно улыбнулась, уперев кулачки в бока. – Я так ненавижу эту ведьму, что готова поцеловать саблезубого крокодила, а не то что парня!
Мне действительно хотелось помочь. Что же я только амулеты ломать горазда и не справлюсь с проклятием какой-то бешеной озабоченной ведьмы? Тогда гнать меня надо из магической академии, толку от меня ноль без палочки. А я люблю справедливость, хочу приносить пользу и поэтому попытаюсь помочь парнишке. Не только Тому, но и его отцу получается. Подумаешь, поцелуй! Ничего криминального. Зато ведьма получит по заслугам. Ишь моду взяли невинных мужиков обижать! Бабушка, конечно, не одобрила бы, но я не бабушка, своими мозгами живу. Чтобы не растерять пыл заодно с азартом, я подошла к мальчишке, посмотрела внимательно на кляксу, подумала и спросила ни к кому не обращаясь конкретно:
– Как вы там говорили? Контр-заклинание? Сейчас я придумаю свое контр-проклятие и пусть только попробует не получиться. В общем, это просто попытка, конечно, ты не расстраивайся, если ничего не выйдет, но я очень-очень хочу тебе помочь, – предупредила парня на всякий случай. Сама расстроюсь больше всех, если не справлюсь.
Я приложила ладошку к нижней части лица Тома, чтобы видеть, куда целовать и сказала в синюю кляксу, вложив во фразу всю злость и ненависть:
– Я разрушитель! Меня боится добрая магия, значит должна бояться и злая! Я приказываю проклятию вернуться к его создателю! Вернись к тому, кто тебя создал! На веки вечные! Да будет так! – и соединила наши губы.
Понятное дело, что это должен был быть настоящий поцелуй, а не просто «чмок». Я, продолжая мысленно приказывать проклятию уматывать куда подальше, прижимала свои губы к губам Тома, а этот гаденыш мелкий, воспользовался моментом и стал мне отвечать! Или тоже подумал, что чем глубже поцелуй, тем больше у него шансов стать прежним? Ладно, потом дам по шее, эксперимент есть эксперимент. Выждав еще секунд пять, я услышала удивленные вскрики ребят и отлепилась от подопытного кролика.
Отошла на шаг в сторону и стыдливо посмотрела на однокурсников. На секунду показалось, что мальчишки начнут смеяться и улюлюкать, как это обычно бывает у подростков, но парни молчали и смотрели не на нас, а почему-то в открытое окно. Я тоже посмотрела, но ничего интересного не увидела.
– Получилось? – раздался рядом дрожащий голос, я повернулась и увидела незнакомого парня.
– А ты кто такой? – спросила раздраженно, ходят тут всякие, мешают.
– Том! Том! Томасидан! – запрыгал вокруг незнакомца Джес. – Ты стал такой как прежде! Том! Том! Линария, получилось! Спасибо!
Парни подбежали ближе, сгрудились возле недавнего уродца и стали так же восхищенно орать. Ректор мигом вскочил со стула, пробился сквозь толпу, ощупал лицо парня и радостно приказал Киру, хотя во все глаза смотрел на Тома:
– Староста, сидеть в аудитории тихо. А я пойду, сообщу в третий удел магам, чтобы поспешили к твоей мачехе, Томасидан. Если все получилось и проклятие вернулось к ней, то на нем должны остаться отпечатки твоей ауры, это неоспоримое доказательство ее вины. Не волнуйся за отца, с ним все будет хорошо. Ведьма уже завтра окажется на рудниках.
Мэтр Фэридан еще раз потрогал лицо парня и со всех ног припустил к выходу. Том, растерянно моргая, посмотрел на ребят. Джес радостно подтолкнул парня к незаметной двери, за которой располагалась мойка.
– Иди, там зеркало есть.
Парнишка моментально подчинился, и через секунду мы услышали радостные крики. Конечно, полгода уродом проходить, когда на самом деле очень симпатичный. Волосы светло-каштановые, глаза нежно-зеленые, черты лица правильные и приятные. Отец, скорей всего тоже красавиц, но избалованная ведьма решила и сыном полакомиться, тварь. Вот пусть теперь на рудниках с жабьей мордой ходит, не жалко нисколько. Это не мои рассуждения, это ребята вовсю смаковали чудесное превращение чудовища в красавца.
Я толкнула локтем Оську и серьезно поинтересовалась, вдруг обеспокоившись своей внешностью:
– Со мной все в порядке? Нос не вырос? Не крючком?
– Нет, что ты! Все в порядке, конечно, тебя не зацепило, – рассмеявшись, заверил друг и стал объяснять, то, что для меня осталось за кадром: – Мы все видели, простым зрением было видно, как во время поцелуя уродливое лицо Тома стало оплывать и вытягиваться кверху. Потом от него словно что-то отделилось, и над головой у него завис черный шар размером с кулак.
– А потом он вылетел в окно, – закончил Василек. – Щас ведьме на морду ка-ак шлепнется, вот она потанцует! Ха-ха!
Парни радостно рассмеялись.
– Невероятно! – покачал головой Кир. – А я все думал: как человек может настолько быть некрасивым?
– И все равно с ним общался, – я усмехнулась. – Для меня это невероятнее. А ты ведь, оказывается, сын наместника, практически принц.
– Отец всегда говорит: «Не суди человека по внешности и одежде, суди по делам и поступкам», – ответил Кир. – Зазнаваться и гордиться происхождением последнее дело. Наместник должен быть справедливым. Это и есть воспитание, о котором говорил ректор. Я наследник, я должен быть достоин. Звучит пафосно, но это так.
Из мойки вышел счастливый Том и попал в объятия не менее счастливого друга. Да и все студенты стали хлопать по плечам и лохматить парнишке прическу.
– Линария, – после принятых поздравлений Том направился ко мне, приглаживая волосы, – ты для меня такое сделала, как я могу…
– Я очень рада за тебя, – перебила слова благодарности, – все хорошо, не придумывай ничего.
– И все-таки, Линария, я все для тебя сделаю, только скажи, – не отставал парень.
– Я тебя понимаю, Том, сама не люблю оставаться в долгу. Давай так договоримся, когда мне понадобится твоя помощь, я к тебе обращусь, ладно? – понимая, что мальчишка не отвяжется просто так, ответила я.
– Только обязательно, – пригрозил пальцем зеленоглазый красавчик.
– Обещаю, – согласно кивнула, почему бы и нет?
Парень облегченно вздохнул и ощупал лицо руками. Долго теперь будет вздрагивать и бояться, бедняжка, а по утрам первым делом бежать к зеркалу. Я гордо выпятила грудь колесом и хвастливо сказала:
– Вот и от меня, получается, есть польза! Не только амулеты ломаю.
Парни расхохотались и принялись ерошить мои волосы. Я пищала, уворачивалась и ждала, когда староста прекратит это безобразие, но он действовал со всеми заодно.
– Мэтр приказал тихо сидеть, забыли что ли? – отмахиваясь от мальчишеских лап, запричитала я. – Кир, тебе же влетит!
– Не влетит, в аудитории амулет тишины висит, как в общежитии, – довольно заржал староста.
– Где, где? – я завертела головой, угрожая кулаком. – Сейчас я его…
Так до конца урока мы и продурачились. На всех накатило бесшабашное настроение, и тому была радостная причина. Ректор так и не вернулся, видимо, махнул рукой на свои лекции и отправился ловить ведьму.
Как оказалось впоследствии, это действительно было так. Связавшись с магами третьего удела, мэтр не усидел на месте, помчался к порталу и стал свидетелем задержания уродливой ведьмы.
На следующий день в академию прибыл отец Тома, просить прощения у сына. Оказывается, ведьма постаралась на славу и приворожила вдовца, потерявшего свою любовь и не собиравшегося жениться на другой. Мужчина жил как в тумане. Когда доказали вину ведьмы и отняли ее силу, приворот спал и вдовец ужаснулся. Самое дорогое, что есть у него на свете – это сын, и он его не уберег.
Том не держал зла, и потащил отца благодарить спасительницу, то есть, меня. Я опять заверила, что как только так сразу и убедила счастливое семейство, что обязательно приеду к ним в гости. И о помощи попрошу, если понадобится. Я нисколько не кривила душой, мое будущее туманно и если понадобится помощь, обязательно воспользуюсь предложением. А почему нет? Вдруг меня захочет прибрать к рукам бабушка? Теперь знаю куда драпать – в третий удел!
Мне очень понравились занятия с мэтром Доргом. Помнится, в школе терпеть не могла физкультуру. Не любила играть в волейбол, меня до ужаса пугал летящий в лицо мяч. Ненавистного «козла» всегда оббегала стороной, за что получала насмешки одноклассников и выговор от преподавателя. Двойки он не ставил, бегала и прыгала я лучше всех, но саму физ-ру не любила. Отчасти из-за того, что после урока приходилось надевать чистые вещи на потное тело.
То ли дело в академии! В раздевалке всегда ждал душ и свежая форма, а качок-кузнец был превосходным учителем.
Делая акцент на общую подготовку, мэтр Дорг начал обучать нашу группу владению мечом. Конечно, большинство мальчишек уже держали в руках оружие, но их отцы учили сыновей каждый по-своему. Мэтр грозно рычал, чтобы они забыли все былые навыки и учились держать меч правильно. Переучивать тяжело, поэтому я ходила в любимчиках – натуральный чистый лист!
Мне выдали деревянный меч, и я старалась не использовать его как дубинку, хотя очень хотелось погонять им хихикающих парней.