Он поднял ладонь и поводил ею в воздухе. Воздух зарябил, будто где-то там, в месте, неподвластном простому взгляду человека, происходили какие-то процессы. И буквально через несколько секунд я увидела замершую дрожащую каплю.
Значит, Ричарду подвластная вода. Еще один бесполезный факт в копилку фактов о жителях Дретона.
Я устало выдохнула. Не думала, что после простого занятия на расслабление буду чувствовать себя настолько высосанной.
— Ты научишься, — ободряюще произнес Ричард.
Вновь кивнула.
Дверь снова открылась, на пороге показалась Марион. Она мазнула равнодушным — хотя я была готова поклясться, что-то странное в нем мелькнуло! — взглядом по Ричарду и обратилась ко мне:
— Фэйт, вас приглашает на аудиенцию его сиятельство.
Эдвард требует к себе, привычно перевела я. Марион я тоже предложила обращаться ко мне на ты, но она ни в какую не велась — общалась в привычной для нее сухой сдержанной манере.
Я с трудом оторвала свою тело от пола, оправила юбку платья, выпрямила спину и кивнула. Три с половиной недели. Три с половиной недели, и меня отправят отсюда куда подальше. Правда, письменного подтверждения этому пока еще нет, а потому я стараюсь быть ну очень хорошей девочкой.
Ни о замужестве, ни о каком-то там призрачном наследнике я изо всех сил старалась не думать. Решила, что об этом стоит размышлять, когда я буду обладать достаточной информацией. Единственное, что я успела сделать за эти пару дней, так это подать прошение в Тайный совет. Точнее, подать прошение Эдварду, который сердечно обещал передать это все в Тайный совет.
В кабинет регента мы шли молча. Разговаривать все еще не хотелось.
— Доброе утро, — вяло поздоровалась я, проходя внутрь.
И только потом увидела, что помимо Эдварда в кабинете еще двое мужчин. Оба в одинаковых темных одеяниях, с одинаково безэмоциональными выражениями лица. Только по комплекции различались. Один был высоким и о-о-очень худым, а второй… крепкий, но низкий. Мысленно я их нарекла Толстым и Тонким.
— Доброе утро, — поздоровался Эдвард. — Хочу тебе представить твою новую личную охрану.
Я на всякий случай еще раз осмотрела комнату. Это он этих двоих имеет в виду? Он точно ничего не путает? Или хочет избавиться от меня по-быстрому? Даже те ребята, что стояли у дверей в его кабинет, внушали больше доверия.
— Можете называть меня Первый, — представился Толстый.
— А меня Второй, — низко поклонился Тонкий.
Ну нет, ребята, имена я вам уже придумала, если уж вы не хотите называть свои настоящие. Что уж греха таить, столько имен, сколько мне приходилось запоминать в последнее время, я все равно не в состоянии выучить.
— Приятно познакомиться, — буркнула я и красноречиво посмотрела на Эдварда, в надежде, что он объяснит ситуацию.
— Это лучшая боевая двойка из гильдии, — регент все же понял мой взгляд и начал объяснять.
— Они станут твоей правой и левой рукой.
Ага, левая рука будет чесать пятку, а вторая расчесывать волосы.
— … и защитой.
Я посмотрела на ребят более пристально. Ну нет, никак у меня эти двое не вязались с понятием «лучшая боевая двойка».
— Мне они уже продемонстрировали свои умения, — с нажимом произнес Эдвард. Ух ты, какие мы догадливые, и сомнения мои увидел! — После чего я заключил с ними контракт. От своего лица, не от лица короны.
— А можно перезаключить контракт? — уточнила я. — И еще раз продемонстрировать их умения.
Уловила усмешку на лице Тонкого, Толстый ж просто понимающе улыбнулся.
— Перезаключить контракт?
— Если мне полагается персональная стража, еще и не со стороны королевской стражи, я бы хотела сама контролировать их.
Эдвард нахмурился. По всей видимости, лишаться шпионов в лице этих двоих — если они и правда умельцы на все руки — ему не особо хотелось. Упорная работа мысли прямо — таки отражалась на его лице.
— Фэйт, ну зачем? — устало поинтересовался он, потирая виски и откидываясь в кресле.
— Мне так спокойнее. — Пожала плечами. Знала ли, что потом мне от этого не будет спокойно вовсе? Нет.
— Хорошо, — неожиданно ответил Эдвард, чем меня немало удивил. Мне отчего-то казалось, что за это право придется либо серьезно побороться, либо сдаться. По всей видимости, в наших деловых взаимоотношениях все же намечаются некие подвижки. — Это ведь возможно?
Последний вопрос был обращен к Толстому. Тот задумчиво почесал подбородок, переглянулся с Тонким и кивнул. Махнул рукой — магия, чтоб ее — и передо мной зависла невысокая, но все же внушительная стопка документов.
— Наш контракт, — пояснил Толстый. — Вам наверняка потребуется время на ознакомление.
Потребуется, вот уж точно. За последние несколько дней я уже прочитала столько всякой юридической мути, что страшно становится.
— Если будут какие-то вопросы, вы всегда можете их задать, — добавил Тонкий.
А мне что остается, кроме как принять эту стопку и начинать ознакомление? Правильно, ничего.
Разместилась я в уютном кресле, стоящем почти впритык к окну. Толстый и Тонкий истуканами замерли у двери. За ними я наблюдала из-под ресниц, ничем не показывая свою заинтересованность — и, пожалуй, это то меня и поразило. Они не шевелились. Казалось, даже не моргали. Лет пять назад я ходила в музей восковых фигур и, пожалуй, сейчас эти двое могли вызвать ассоциацию с экспонатами.
А контракт оказался скучным. Даже скучилищным. Всякие «обеспечить безопасность ценой жизни», «своими действиями и бездействиями не имеют право принести вред». Отказ от контракта, кстати, возможен только с моей стороны, что довольно забавно. По документам я проходила как «Объект», и это единственное, что заставило меня похихикать. Ознакомившись с общими и специальными положениями, я все-таки добралась до цены. Уж не знаю, много это или мало, но безопасность моей дурной головы будет обходиться в тысячу золотых ежемесячно.
Одно хорошо — не мне. Надо только как-то выбить с Эдварда хоть какие-то деньги на личные расходы и оплату охраны. Не так, чтобы у меня был доступ в какую-нибудь сокровищницу, а чтобы они были у меня на руках. Как я уже не раз приходило к выводу — лучшее враг хорошему, а попытка поймать это лучшее за хвост приводит к бедам. Иными словами, наше перемирие рано или поздно канет в Лету.
— Я на все согласна, — сообщила я Толстому и Тонкому, ставя подпись выданным Эдвардом пером. Премерзкая штука эти перья — неудобные до одури.
— Прекрасно, — констатировал Толстый.
— Замечательно, — серьезно вторил ему Тонкий.
Вот только с места они так и не сдвинулись. Толстый вновь махнул рукой, и контракт растворился в воздухе. Интересно, что это за магия? Точнее, на основе какой стихии. Как я уже поняла, есть базовые чары, которые можно воплотить с помощью любой стихии, а есть специальные. Грубо говоря, маг земли уж точно не сможет взлететь в небо, а чары воздуха не помогут выбраться из глубокой шахты. Вот просто аватар какой-то, ничего не скажешь.
— Завтра ты можешь отправиться в школу с ревизией, — сообщил Эдвард.
Все время, что я находилась в его кабинете, он сидел, уткнувшись в свои бумаги. И сейчас голову не поднял, сообщил в пустоту. У меня же это вызвало целый шквал эмоций. Ура! Долой скучные дворцовые будни!
— Первый и Второй отправятся с тобой. Они же обеспечат дополнительную охрану. Марион проинструктирует по поводу всего остального.
По поводу чего это остального? Ладно, помощь точно не будет лишней, разберемся на месте.
— Сердечно благодарю! — радостно произнесла я.
На этом, собственно, наш разговор и закончился.
Глава 16
Фэйт.
Пожалуй, стоило признать, что в Дретоне мне нравилось. Не для постоянного проживания, а как каникулы в другой стране. Ну и что, что эта страна находилась в другом мире — фигня вопрос. За последнюю неделю школу — точнее, школы — я посещала трижды. И если в первое время думала всего лишь косить под ревизора, потом втянулась в свою роль и действительно прошлась с инспекцией.
И если в учебном заведении, где обучались дети аристократов действительно все было цивильно и мирно, то стоило нам отъехать от центра чуть дальше — я поняла, что в Дретоне, как везде. Люди, даже иномирные, те же. И шалопаи те же, и учителя те же, и идиотская еда в местном прототипе столовых по факту та же. С последнего я и начинала обычно свою «ревизию».
Толстый и Тонкий практически от меня не отходили, но я пока так и не поняла, есть ли от них какой-то толк. На меня никто не нападал, даже косых взглядов я не замечала — да, относились с опаской, вечно обращались по титулу и даже пытались кланяться. Последнее вызывало раздражение. Может, с непривычки, а может, потому что я вообще в этом не видела сакрального смысла.
С Эдвардом я виделась только за завтраками, и то через раз. С каждым днем он выглядел мрачнее тучи, но я не лезла. На мне свои эмоции не срывает, и то хорошо. И потому, когда он сообщил, что в сегодняшней «инспекции» составит мне компанию, я удивилась.
— Зачем? — первый вопрос, который я не смогла сдержать.
— В народе появился слух, что вернулась истинная наследница, которая, наконец, наведет порядок. Эти же люди распространяют, что я ничем не занимаюсь, — невозмутимо ответил Эдвард.
Однако. Значит, народ считает, что я королевство с колен поднимаю? А Эдвард, значит, ревнует к дретонцам? Прекрас-с-с-сно.
Ну да ладно, мне не жалко. Хотелось, конечно, попасть в исторический переплет как Фэйт Добросердечная. Ну, или на крайний случай — Фэйт Помогающая, но по факту я для этого ничего не сделала. Разве что завела конспекты, поругалась с парочкой глав школ и пообщалась с мелкими. Слишком уж малое количество усилий для таких слухов. Впрочем, слухи на то и слухи, чтобы появляться без причины.
— Выезжаем через полчаса, — флегматично добавил Эдвард. — Ричард, ты ответственный.
А в чем, интересно, ответственный? В обеспечении безопасности в поездке или все же в контроле замка, оставшегося без головы? Ответ на это я получила, когда после завтрака и переодевания спустилась вниз к карете и увидела с десяток стражников на конях. Рича