— Так, это ты назначила встречу? — без предисловий, холодно уточнил Кас.
— Я, — кивнула, — проходи! — посторонилась, чтобы запустить парня внутрь.
— Надеюсь, это не розыгрыш? Может, стоило поговорить со спецслужбами, которые расследуют это дело?
— Может, и стоило, — хмыкнула, прикрыла за гостем дверь и подошла к столику, чтобы глотнуть воды. Как-то не так я себе представляла разговор. Впрочем, недоверие вполне объяснимо, а вопрос самый логичный, если не знать подоплеку событий. — Вот только я еще слишком молода, чтобы сгинуть в застенках спецслужб. Меня и сейчас ищут, но совсем не за тем, чтобы выяснить правду.
— Вот как? А при чем здесь я? Твое лицо кажется знакомым. Мы раньше встречались? — Кастор расположился в кресле, которое я специально поставила так, чтобы просматривалась вся комната. Для себя намеренно определила самую не выгодную позицию в плане бегства или обороны. Ну, если оценивать встречу с тактической точки зрения. — Кто ты? Как тебя зовут?
— Мое настоящее имя Кира, — нервно улыбнулась, сцепила руки в замок, расжала, засуетилась, не зная, куда их деть. — Я. прости, мне сложно говорить об этом, — все умные мысли и слова, что приготовила заранее, куда-то испарились. — Не знаю, с чего начать. Ты не обязан верить и. слушать тоже, можешь хоть сейчас отправить сигнал в службу безопасности. Но я должна рассказать правду. Не представляешь, как жалею, что не сделала этого сразу, еще до того, как.
— Может, уже отправил? — перебил Кастор, лишний раз доказывая, что не верит на слово.
— у тебя нет нейросети, так что не узнаешь об этом, пока сюда не ворвется полиция.
На самом деле могла узнать, но сообщать об этом не собиралась, поэтому проигнорировала угрозу.
— В одном ты прав, у меня действительно нет нейросети, — вздохнула, — а год назад я даже не знала, что это такое. Наверное, стоит рассказать все с самого начала. Ты ведь чувствуешь, когда кто-то говорит неправду? — это был риторический вопрос, на который парень лишь удивленно вздернул бровь, но отрицать не стал. — А я уже не чувствую и теперь живу с этим. Пообещай, что выслушаешь до конца, каким бы безумным не показался рассказ! Пожалуйста! Я ведь прошу совсем немногого. Это очень важно для меня. Верить или нет, решать тебе. Но в моем рассказе кроются ответы на многие вопросы, которые тебе некому было задать.
— Бред! — Кас не злился, но в голосе чувствовалось разочарование. Он смотрел на меня снисходительно, как на душевнобольную, — ты явно не в себе. Зря только пришел, — поднялся, направляясь к выходу.
— И ты не хочешь узнать, что именно собиралась рассказать Кирна? Или по-прежнему предпочитаешь вести разговоры на сытый желудок? — бросила вслед. Последняя фраза точь-в-точь повторяла ответ Кастора в тот роковой день, отчего он вздрогнул и сжался весь, как пружина. Моргнуть не успела, как парень оказался рядом и обездвижил, скрутив мне руки за спиной. Его глаза пылали яростью, как если бы покусилась на самое святое в его жизни. А, может, оно так и было?
— Откуда? — хрипло процедил он, — откуда ты об этом знаешь? Не стоило тебе задевать мою невесту, — родное лицо исказилось такой яростью, что у меня все внутренности скрутило в тугой узел. — Пока дело касалось только меня, ты еще могла свести разговор в шутку. Мало ли какие глупости приходят в голову некоторым... — «сумасшедшим» — читалось за кадром. — Но теперь ты выложишь все, что знаешь, так или иначе. — От Кастора повеяло угрозой. Настоящей, неизбежность которой ощущаешь на животном уровне. Она означала, что Кас не побрезгует ничем, чтобы вытряхнуть из меня правду. Ирония в том, что я сама хотела ему открыться.
— Кас, я же и так расскажу, не нужно угроз, — прошептала внезапно пропавшим голосом. А как ему не пропасть, когда рядом он? Когда слепленное из мускулов тело крепко прижимается к моему, а голова кружится от обволакивающего запаха любимого мужчины? Когда манящие губы всего в паре сантиметров от моих, и стоит лишь слегка потянуться, чтобы почувствовать их вкус?
Это притяжение оказалось сильнее меня. Я поцеловала его, вкладывая в поцелуй боль долгой разлуки и ликование от долгожданной встречи, всю неизрасходованную нежность и жгучую потребность просто быть рядом. Кастор опешил от неожиданности, застыл истуканом. В широко распахнутых янтарных глазах читалось ошеломление от происходящего и того, как он сам реагирует на меня. И не только реагирует, а отвечает с такой же истосковавшейся по ласкам жадностью.
Оборвалось это тем, что меня резко отшвырнули на кровать. Вид при этом у парня был такой растерянный, что даже смешно стало. Вот только не до смеха сейчас, абсолютно, потому что из Кастора будто стержень выдернули. На него было больно смотреть.
— Ты что со мной сделала? — схватился руками за голову и рухнул в кресло. — Я не мог! Не мог тебя хотеть. Кто ты такая, вообще? Кто? — прорычал раненым зверем.
— Я — Кира! — выкрикнула в ответ, — Кира Васильевна Росновская, родилась и выросла на планете Земля, которой нет ни на одной карте Содружества. И я не подозревала, что оно существует, пока однажды меня не похитили пираты.
Глотая слезы, всхлипывая и шмыгая носом, я начала рассказ с выпускного, который казался таким далеким, будто случился еще в прошлой жизни. Наверное, так и было, ведь к моменту, когда очнулась на «Вирханоре», на Земле могли пройти годы, или даже десятилетия. Постепенно голос окреп, набрался уверенности, вываливая на Кастора все злоключения, что выпали на мою долю в этом мире. Поначалу Поллард и не слушал толком, погруженный в собственные проблемы. Я его понимала, ведь даже в мыслях Кас не изменял Кирне, а тут едва голову не потерял от поцелуя незнакомой девчонки. Но когда речь зашла о его невесте и нашем договоре, встрепенулся, жадно впитывая каждое слово. Я ничего не скрывала, рассказывая малейшие подробности, вплоть до того, что чувствовала в тот или иной момент. Наверное, только Кастору и могла раскрыться полностью, обнажить душу, не рассчитывая получить что-либо взамен. Я так устала от бесконечного вранья и притворства, что не сумела остановиться, пока не выложила всю подноготную.
Когда закончила, он долго молчал, переваривая услышанное. По его лицу сложно было что-то понять, оно превратилось в застывшую маску. И лишь сердцем я чувствовала, как ему сейчас плохо, какая буря бушует у него внутри из-за того, что весь его мир перевернулся с ног на голову. Наконец, он отмер, посмотрел на меня взглядом морально раздавленного человека.
— Ты была права лишь в одном... Кира, — мое имя выдавил с трудом, — тебе стоило рассказать об этом гораздо раньше. До того, как мы. — запнулся, явно подбирая слова, но, видно, так и не нашел нужного.
— Кас, я сожалею, — поникла, понимая, что сбываются самые худшие опасения. — Прости, если сможешь. Но все уже случилось так, как случилось. Нужно решить, что нам делать дальше?
— Нам? — криво усмехнулся, — не знаю. Но я должен подумать, должен поговорить с Кирной.
— Поговори! — скрестила руки и крепко прижала их к груди, чтобы унять глупое сердце, рвущееся на кусочки, — она обязательно придумает для тебя красивую сказку, как обычно. Ну, почему ты веришь ей без оглядки? Почему не замечаешь очевидного? Кирна использует тебя, и всегда использовала. Для нее ваша клятва ничего не значит! Она не раз предала тебя, и предаст снова, как ты не понимаешь!
— А почему я должен верить тебе? — посмотрел с укором. Ну, да, заслуженно. Я ведь тоже обманывала.
— Потому что я люблю тебя? — признание прозвучало, но ответа так и не последовало. Кастор лишь дернулся, нервно сцепив зубы и избегая моего прямого взгляда.
— Поклянись, что не станешь ей мстить, — глухим голосом потребовал Кас, убивая последнюю надежду. — Если уж действительно любишь.
— Клянусь! — вырвалось надрывным всхлипом. Поллард удовлетворенно кивнул, после чего поднялся и просто ушел, не сказав ни единого слова на прощание.
Я медленно завалилась набок, подтянула поближе колени и замерла, уставившись невидящими глазами в одну точку и желая только одного — умереть. Я не нужна ему. Он всегда любил только ее. Как я могла на что-то надеяться? Даже узнав нелицеприятную правду, все равно принял ее сторону. Какое ему дело до моих чувств? Сама три месяца притворялась его невестой, прекрасно понимая, к чему все приведет. Сама же и влюбилась, так кто в этом виноват? Уж точно не Кастор, который в данном случае всего лишь жертва обмана. Так плохо я себя еще никогда не чувствовала и не понимала, как с этим справиться. Я задыхалась от той боли, что разрывала на кусочки. Не понимала, что делать дальше? Зачем? Как заставить себя забыть?
Наверное, бессонная ночь и усталость все же взяли свое, и я провалилась в тревожный сон, наполненный кошмарами. Там я снова попала в лапы корпорантов, где в роли безумного ученого выступал Дэйн Владерг. Проснулась от собственного крика, когда ополоумевший пожиратель потребовал вернуть те части тела, что одолжил на время. Пару минут сидела на кровати и шумно дышала, пытаясь унять бешеное сердцебиение и осознать, что никто не угрожает и я сейчас в безопасности. За окном уже сгустились сумерки, так что не сразу обнаружила постороннего в номере, пока не споткнулась об его тело.
— Вот же, черт, расслабилась! «Риггс», доложи обстановку! — потребовала от дроида-защитника, который был моей страховкой от разных неожиданностей. Поэтому я спокойно дала Кастору зажать себя в угол и не опасалась, что он выполнит угрозу и вызовет полицию. На крайний случай, разработала план отступления, подразумевающий развернутые боевые действия прямо в городе.
— Попытка незаконного проникновения, — отрапортовал механическим голосом дроид, — нарушитель обезврежен и задержан.
— Мда, — оценила проделанную работу. «Риггс» так плотно упаковал гостя, что тот шелохнуться не мог, только мычал периодически. — Ты отлично справился! — поблагодарила дроида, поражаясь собственному спокойствию. Или даже апатии, заглушившей малейшие признаки любопытства. В другой раз кинулась бы выяснять, кто это такой и с какой целью проник в номер, сейчас же равнодушно развернулась и потопала в ванную комнату. Сначала приведу себя в порядок, перекушу, а после решу, что с ним делать.