му Дэйн навсегда останется лишь жалкой копией, которой нет места в моей жизни. Вероятно, кто-то посчитает мои страхи глупостью, из-за которой не стоит убиваться и портить жизнь. Но я и сама прежде не подозревала, насколько это важно, считая каждое падение обыкновенным уроком, ошибкой, усвоив которую стану сильнее.
— «Внимание! — вдруг ожили динамики видеосвязи, а экран замельтешил кривыми линиями помех, — неизвестный борт! Вы вторглись на частную территорию! Немедленно разверните корабль и покиньте запретную зону!»
Я бы и рада была это сделать, но позади упрямо преследовал флайер, так что выбора не оставалось. Да и не для того преодолела такой длинный путь, чтобы меня завернули у входа. На всякий случай, активировала спасательную капсулу, в которую преобразовывалось кресло пилота. Предупреждение прозвучало еще два раза, после чего двигатели глайдера вдруг замолчали, и машина резко ухнула вниз. От перегрузки у меня потемнело в глазах, тело сжалось в ожидании неизбежного удара. И он последовал, вышибая сознание, одновременно с тем, как пространство капсулы заполнилось амортизирующим гелем. Пришла в себя от щелканья аптечных иньекторов с восстанавливающим силы препаратом, и сто раз поблагодарила собственную предусмотрительность, что проверила комплектацию аптечки перед покупкой.
Мышцы ломило от перегрузки и ощущала себя так, будто по мне танк проехал. Но главное
— я выжила и, судя по пейзажу за стеклом, приземлилась на твердую поверхность. Стеклянный колпак капсулы заклинило. Пришлось выбивать его ногами, благо стекло уже пошло трещинами в нескольких местах, что значительно облегчило задачу. В лицо дохнуло свежим соленым воздухом, мир наполнился звуками. Шумом прибоя, щебетом птиц и жужжанем насекомых. Живописный пейзаж вокруг портили обломки глайдера и горелый след, срезавший верхушки деревьев и пропахавший приличный кусок земли. Чуть поодаль вился черный дымок, обозначающий место еще одной катастрофы. Если хозяева острова сбили одного нарушителя, то логично предположить, что сделали это и со вторым. Так что следовало убираться отсюда поскорее, пока не объявился Дэйн. Врагу не пожелаю остаться один на один с пожирателем на затерянном посреди океана клочке суши. Одна надежда, что остров все-таки обитаем, а у меня хотя бы поинтересуются причиной появления здесь, прежде чем откроют огонь на поражение.
Определить направление движения оказалось просто. Достаточно было взобраться на ближайшую пальму, чтобы понять, с какой стороны море, и двинуться вглубь острова.
Странно, что внутри пси-поля, защищавшего территорию, никакого давления на сознание не чувствовалось. Я бы, наверное, точно сошла с ума, потерявшись в тропических джунглях. Пилотский комбез спасал от многих бытовых проблем, с которыми сталкиваются путешественники. Он регулировал температуру тела и защищал от мелких насекомых, роем клубящихся вокруг. Не говорю уже о членистоногих и ползающих гадах, периодически нападающих из засады.
Я несколько часов продиралась через заросли, изнывая от жажды и усталости. Иногда приходилось прорубать себе проход через сплошные стены из сплетенных ветвей и листьев. Вибронож, пожалуй, единственная ценность из всей поклажи, что тащила на себе. Спаснабор для выживания повредился при падении и, пока я была без сознания, кто-то распотрошил его окончательно, позарившись на съедобные пайки. Жальче всего было фляжку с водой, которая вытекла из дырки в днище. Вся надежда, что наткнусь на какой-нибудь пресноводный ручеек, и тогда уже напьюсь вдоволь. Как назло, такой на пути не попадался, а моих умений не хватало, чтобы самостоятельно его отыскать. Пару раз приходили провокацонные мысли, что зря я не дождалась Дэйна или хотя бы не выяснила, что с ним стало. Но потом я вспоминала ощущение беспомощности, когда он обездвижил меня в номере, и, сцепив зубы, упрямо шла дальше.
Лес кончился внезапно. Вот только что передо мной стояла зеленая стена, которую безжалостно рубанула ножом, протискиваясь вперед, и в следующее мгновение вывалилась на открытое пространство. Когда-то это место было частью леса, но некая сила разметала деревья и выжгла всю растительность на многие километры вокруг. Сколько лет прошло с тех пор, определить не берусь, но выжженная земля успела залечить раны и покрыться скудной растительностью. Однако отвоевать утраченные позиции она так и не смогла, что-то не давало траве разрастись, а чахлые деревца гнуло к поверхности и выкручивало под причудливым углом. Источники подобных метаморфоз виднелись издалека могучими исполинами, наполовину разрушенными, наполовину ушедшими под землю. Кладбище древних кораблей — так бы я назвала это место, угрюмое и печальное, под стать той трагедии, что привела покорителей космических просторов на потерянный остров посреди океана. Не могла отделаться от ощущения, что эти корабли попросту списали со счетов и бросили тут умирать.
Зравый смысл настоятельно требовал убраться отсюда подальше, но нечто другое, чему не находила разумного объяснения, тянуло вперед. Чем ближе подходила, тем сильнее накатывало чувство опасности. Я понимала, что уже не вернусь, навеки оставшись на этом острове, и в тоже время не могла противиться непонятному зову. Он как отчаянный крик о помощи, брошенный в пустоту, перемежался с тоской и безысходностью, что сама испытала при пересечении пси-полога. Это в какой-то мере роднило с несчастным существом, страдающим от одиночества, и не давало мне права уйти и бросить его на произвол судьбы.
— Кира, нет! — раздался истошный вопль Дэйна. Обернувшись, я увидела напряженную фигуру полиморфа, застывшую у кромки леса. — Вернись! Ты погибнешь там! Прошу тебя! Кира!
Я покачала головой и ускорила шаг.
— Кира! — в спину дохнуло жаром. Это Владерг принялся плеваться огнем, как заправский пироман. Когда только научился этому трюку? Вот только что-то не давало пламени распространиться, хотя трава под ногами выглядела сухой, способной вспыхнуть от одной искры. Тем не менее огонь буквально втягивался в землю, терял силу и не причинял особенного вреда.
Дэйн еще долго звал меня и умолял вернуться, но поднявшийся ветер уносил его крики в сторону. А я уже видела перед собой цель: малый крейсер, зарывшийся носом в землю. Существо, нуждающееся в помощи, скрывалось в недрах корабля. Вероятно, забралось через пробоину, разворотившую кормовую часть.
Я опасливо приблизилась к провалу и заглянула внутрь. Из-за давности лет, внутри корпус окислился, покрылся плесенью и порыжевшим мхом. Снаружи остов оплела мелкая поросль вьющегося растения, которое уже пробило себе путь сквозь толщу металла. Не исключено, что перегородки прогнили и достаточно одного неосторожного шага, чтобы нарушить их хрупкую целостность. Но я рискнула, ведь плач о помощи стал настолько явственным, что отдавался звоном в ушах. Придерживаясь на вид более целого правого края, осторожно ступила на шаткую поверхность. Из раскуроченных панелей торчали обрывки труб и проводов, под ногами скрипели сухие ветки и выбеленные косточки мелких животных.
Скорее всего, какой-то мелкий хищник устроил себе здесь логово, — додумать мысль не успела. Пол под ногами внезапно обвалился, и я с громким воплем полетела вниз, обдирая руки до крови в жалких попытках за что-нибудь зацепиться и замедлить падение. Не получилось. Ударилась об пол так сильно, что вышибло дух, и я погрузилась в темноту.
Наверное, у меня начались галлюцинации, потому что в редких проблесках сознания видела себя плавающей внутри какого-то пузыря. К телу, будто кровеносные сосуды, тянулись какие-то трубки, а при каждом вдохе-выдохе, в легкие попадала жидкость. Чего только не привидится в предсмертном бреду? Вероятно, я повредила позвоночник, раз не могла управлять собственным телом? Обезвоживание и изматывающий кросс по джунглям привели к печальному результату. Я утратила бдительность и угодила в ловушку. Жаль, что так и не нашла несчастное существо, что нуждалось в помощи. Быть может, оно точно также провалилось в трюм корабля и не сумело выбраться?
Удивительно, какими настойчивыми могут быть галлюцинации. Приходя в себя, я несколько раз наблюдала одну и ту же картину. Закрадывались сомнения, что это только игра воображения. Если так, странное оно какое-то и совершенно непонятное. Почему именно пузырь? Зародышем я себя не ощущала, тело точно мое, вполне сформировавшееся, память прежняя, и мысли свои собственные. Куда я попала и что происходит? Неужели достигла цели и сейчас прохожу лечение у короев? Но в прошлый раз я находилась в медкапсуле, а никак не в живом пузыре. Ответов у меня не было и ничего другого не оставалось, как просто ждать, чем же завершится пребывание в этом странном месте.
Всему когда-ниубдь наступает конец, вот и я однажды открыла глаза и обнаружила себя в незнакомой комнате. В теле чувствовалась невероятная легкость, какая бывает после комплексного лечения в хорошей медкапсуле. Я лего соскочила с кушетки на пружинистый пол, оказавшийся на удивление теплым. В изголовье на низкой табуретке я нашла аккуратно сложенный комплект одежды приятного зеленого цвета. На ощупь что-то совершенно невероятное и легкое, а уж когда облачилась в облегающие брючки и футболку с длинным рукавом, поразилась невероятному комфорту. Вещи сели как вторая кожа, свободно дышали и пропускали кислород. Да и сама комната радовала глаз натуральными материалами отделки. Стены из пористого материала источали мягкий свет, потолок походил на переплетенные кроны деревьев. Отдельные листочки шевелил легкий ветерок, обеспечивая приток свежего воздуха, напоенного запахами утреннего леса. А натуральный пробковый пол с подогревом, разве не прелесть? Настоящее экологически чистое жилье! Тут и дышалось легко, и создавалось впечатление, будто я, наконец, вернулась домой. С восторгом ощупала и осмотрела каждую мелочь, что привлекла внимание, и осталась невероятно довольной. Мне здесь очень нравилось, и сам дом, будто чувствуя мои эмоции, лучился ответной радостью и удовольствием.
А где же хозяева всего этого великолепия? — захотелось уже познакомиться с ними, чтобы выразить благодарность за спасение, и сказать отдельное спасибо за гостеприимство.