— Ну и правильно... Так я и думал. Сегодня же и возьмусь за дело.
И он в самом деле взялся за дело.
Неподалёку от их лачуги жил один богатый и жадный крестьянин. Пробрался мальчишка к нему во двор, переловил всех его кур и спрятал их в лесу.
Утром ворвался богач в лачугу вдовы и заорал:
— Это твой сынок всех моих кур утащил! Кроме него некому!
— Ах... ах... ах...
— Нечего тебе ахать. Вот позову жандармов, тогда и узнаете, почём фунт лиха!
— Жандармов? Ну уж нет, здесь жандармы совсем ни при чём. Ведь мой сын не вор какой-нибудь, а хитрец-молодец! Так и знайте.
— Что? — удивлённо вытаращил глаза богатей. — Хитрец-молодец? Коли так, пусть попробует забрать ночью моих коней из конюшни. Поглядим, какой он хитрец-молодец!
— Хорошо, соседушка, передам я ему твои слова.
Пошёл богатей домой, призвал к себе трёх мальчиков-конюхов и говорит им:
— Сегодня вечером пойдёте вы на конюшню, сядете верхом на моих коней и просидите так всю ночь. И не вздумайте слезать! Тогда не уведёт их никакой хитрец-молодец.
Вечером взобрались мальчишки на хозяйских коней и слушают: не крадётся ли хитрец-молодец? Долго они так сидели, но ничего не услышали. Тихо было кругом, одни только собаки лаяли. Вдруг около полуночи раздался рядом чей-то весёлый голос:
— Эй, ребята, что это вы здесь, в конюшне, делаете?
— А, это ты! — обрадовались струхнувшие было мальчишки, узнав сына вдовы. — Да вот велел нам хозяин приглядеть за конями, а то, говорит, вдруг придёт какой-то хитрец-молодец и утащит коней.
— Ха-ха-ха! — расхохотался тот. — Вот бы на этого хитреца-молодца поглазеть!
— Хочешь поглазеть, оставайся с нами.
— А чего ж, посижу, пожалуй... Ведь торопиться мне некуда.
Остался хитрец. Посидел, посидел немножко, зевнул и говорит ребятам:
— Что-то спать охота, да и скучно здесь. Пойду водички попью, а за компанию и вам принесу.
Вышел сын вдовы из конюшни и вскоре принёс флягу воды, да не простой, а сонной.
— Попейте, друзья, а то от безделья и впрямь уснёте.
Выпили воду мальчишки и туг же заснули. А хитрец-молодец снял их осторожно с сёдел, уложил на солому, вывел коней из конюшни и спрятал в лесу: пусть-ка, мол, поищет хозяин своих коней.
А поутру, пока мальчик был ещё в лесу, снова прибежал к вдове рассерженный богатей:
— Это твой сынок увёл у меня ночью коней! Пойду позову жандармов, пусть засадят его в тюрьму!
— Да я же говорила вам ещё раньше, что ни при чём здесь жандармы, коли не вор мой сынок, а хитрец-молодец. А помимо прочего, вы же сами его испытать предложили. Разве забыли?
— А ведь верно... Ну ладно. Раз уж он хитрец-молодец, пусть покажет мне своё искусство ещё раз — пусть снимет простыню с моей кровати, на которой я сплю.
Передала вдова сыну слова богатея. Усмехнулся он и молвил:
— Хорошо.
Вечером сделал он из соломы большую куклу в рост человека, привязал к ней длинную верёвку, а ночью, забравшись на крышу богатея, просунул это соломенное чучело в трубу. Сам же за дом спрятался и начал дёргать чучело за верёвку.
Зашуршало чучело в дымоходе. Услыхал богатей шорох и подумал, что это хитрец-молодец через трубу лезет. Схватил он ружьё, да как пальнёт прямо в чучело!
Бах!.. Перебила пуля верёвку, и упало чучело прямо в кухонный очаг. Выскочил богатей из спальни и к очагу.
— Попался, мошенник! Попался, хитрец-молодец! — во весь голос закричал он.
Когда же разглядел он в очаге соломенное чучело, чуть не лопнул от досады. А пока богатей разглядывал в кухне чучело, хитрец-молодец проскользнул в спальню через окно, схватил простыню и мигом скрылся.
Вернулся богатей в спальню, глянул на кровать и рот раскрыл от изумления: простыни-то и след простыл!
А надо вам сказать, что был у богатея брат, и не какой-нибудь там простолюдин, а сам господин кюре. Кстати, знаете вы небось, что господа эти куда хитрее своих прихожан?
Так вот, когда рассказал ему богатей о проделках сына вдовы, изумился кюре до крайности, расхохотался и, будучи человеком азартным, тут же велел передать хитрецу-молодцу своё настоятельное желание: пусть он попробует личные его денежки стащить.
— Так ему и скажи! — несколько раз повторил он своему брату. — Но предупреди: если не удастся его проделка, задам я ему хорошенькую трёпку!
— Ладно, скажу, — согласился богатей и в тот же вечер передал мальчишке слова брата.
— Что ж, поглядим... Утро вечера мудренее, — отозвался сын вдовы и спать пошёл.
На следующий день пришёл кюре в церковь и стал утреннюю мессу служить.
А тем временем спрятался сын вдовы за алтарь — хорошо хоть, народу в церкви мало было — и, едва кюре начал богослужение, произнёс зловещим шёпотом:
— Если ты не отдашь все свои сбережения мне, господу богу, то проклят будешь и от сана отлучён!
— О господи! — обмер от страха кюре. — Если ты так хочешь, побегу домой за своими сбережениями.
И в самом деле побежал господин кюре домой. Не заметил, однако, кюре, как следом за ним побежал и сын вдовы.
Подкрался мальчишка к дому кюре, приложил к двери ухо и слышит, как служанка спрашивает у кюре:
— Что это с вами стряслось, ваше преподобие? Что вы делаете?
— Отвяжись от меня, презренная! Благословил меня господь бог! Вот и отдаю я ему все свои деньги.
— Как это отдаете? А мне? Вы же задолжали мне за целый месяц!
— Не бойся, под тюфяком у меня припрятаны ещё сто золотых экю.
«Ага, вот мошенник! — подумал сын вдовы, прислушиваясь к их разговору. — Ну погоди!»
И, разузнав, что ему было нужно, помчался опять в церковь, спрятался за алтарём и стал ждать кюре. Пришёл кюре, положил на алтарь туго набитый мешочек с золотыми экю и произнёс вполголоса:
— Вот мои деньги. О господи, прими их от чистого сердца и даруй мне райское блаженство!
Кюре склонил смиренно голову и вдруг слышит:
— Ах ты нечестивец! Решил часть добра от меня утаить? У тебя же под тюфяком ещё сто экю припрятаны!
— О святой отец! — рухнул на колени кюре.— Забыл я про них. Поистине, ничего не укроется от твоего всевидящего ока!
Крути не крути, а пришлось господину кюре ещё разок домой сбегать и «забытые» сто экю принести. Ну, а пока он бегал, положил мальчишка рядом с мешочком, набитым деньгами, другой мешок, большой и прочный, и, когда кюре принёс утаённые сто экю, произнёс утробным голосом:
— Ты правильно поступил, сын мой. За это перенесу я тебя в рай прямо живым. Полезай в мешок головой вперёд.
Обрадовался кюре и забрался в мешок, а мальчишка сгрёб деньги к себе в карман, завязал мешок крепко-накрепко, вскинул его на плечо и двинулся в путь.
По дороге кюре и говорит:
— Нельзя ли поосторожнее? А то обломал ты мне, господи, все бока.
— Терпи, сын мой. Не на прогулку ты собрался, а в рай. Дорога-то туда трудная и тернистая. Так что терпи.
Притащил хитрец-молодец мешок к курятнику богатея, опустил на землю возле двери и произнёс строго:
— Когда услышишь, что открывается дверь, кричи как можно громче: «Я в раю! Я в раю!»
Сказал так, поставил на землю мешочек с деньгами — знай, мол, наших! — и отправился домой, посмеиваясь.
А бедный кюре всю ночь прислушивался к воркованию голубей, притаившихся под крышей курятника, и время от времени блаженно вздыхал:
— Ах боже мой, боже мой, это ведь ангелы в раю толкуют!
Рано утром открыл богатей дверь курятника, а его брат-кюре как заорёт:
Я в раю! Я в раю!
Выпучил глаза богатей в изумлении, разинул рот да и застыл как вкопанный.
Тем временем сбежался к курятнику народ, а кюре-то всё кричит да кричит:
— Я в раю! Я в раю!
Развязали крестьяне мешок и чуть не лопнули от смеха: вылез из мешка сам господин кюре. Глядит кюре по сторонам и ничего не понимает. А когда понял, подхватил свой мешочек с деньгами и припустился домой под весёлое улюлюканье.
Вот видите, какую шутку сыграл лукавый мальчишка. Дело-то здесь не в деньгах — не нужны они были ему. Просто хотел он показать кюре и его братцу, кто из них глупее. И показал. Ну и ловкий он паренёк! Весь в меня.
«Овечий командир»
вали его Бездельник-Жак. И звали не ради красного словца, а потому, что привык он с самого рождения баклуши бить. Любил без дела сидеть да из пустого в порожнее переливать.
Когда подрос он, отдали его родители — люди они были богатые — в школу. Ума-разума набираться. Однако не понравилось ему в школе — там ведь учиться надо было, а не гонять лодыря.
— Ни к чему мне эта школа, — говорил Жак товарищам. — Очень надо над книжками голову ломать! Я и без ученья не пропаду. Найду себе работёнку полегче и заживу в своё удовольствие.
Словом, решил он убежать из школы. И что вы думаете? Убежал всё-таки. Узнал отец о глупой его выходке и, покачав головой, молвил:
— Должно быть, ум-то для него — лишняя обуза. Ну погоди, паршивец! Вернись только домой!
Однако не вернулся Жак домой, а пошёл куда глаза глядят. Вскоре увидел он большую ферму. Отыскал он хозяина и предложил свои услуги: не хотите ли, мол, нанять меня в работники? Оглядел Жака хозяин с ног до головы да и говорит:
— Что ж, возьму тебя в пастухи, овец пасти. Управишься?
— Как не управиться, мне не впервой, — соврал Жак.
Договорились они с хозяином, ударили по рукам, и стал Бездельник-Жак овец пасти. Работёнка была и впрямь нетрудная, да и не очень-то он приглядывал за овцами. Выгонит стадо на луг, а сам уляжется на зелёной травке и лежит-полёживает до самого вечера... Так и проходили дни один за другим.
Как-то раз надумал Жак сделать из ивового прута дудочку, чтоб легче было овец созывать. Очистил он ветку, проделал в ней дырочку и едва заиграл, как все овцы к нему сбежались. Посмеялся Жак над послушными овцами и вдруг подумал: а нельзя ли выдрессировать овец на манер солдат? Пусть-ка научатся они маршировать, строиться в колонну, стоять по стойке «смирно» — словом, проделывать те же немудрёные упражнения, которым обучают солдат-новобранцев.