Мередит попыталась вырваться, но ее сжали в объятиях. Девушка вскрикнула. Знакомые губы прижались к ее губам, подавляя крик. Плащ слетел на землю. Поцелуй пьянил. Руки виконта поглаживали по спине, успокаивая и обещая наслаждение. Ладонь переместилась на грудь, сжала мгновенно отвердевший сосок, вызывая стон. Мередит выгнулась, требуя большего. Ривенкорт не заставил просить дважды.
Одним рывком сорвал рубашку с плеч Мередит и принялся целовать ее грудь, плечи, живот. Шелковая ткань сползала все ниже, открывая его губам молочно-белую кожу девушки.
Бриджи постигла участь рубашки. Мередит шагнула через одежду, представая перед мужчиной полностью обнаженная. Он подхватил ее под ягодицы, прислонил спиной к прохладной стене и резко вошел, заставляя вновь выгнуться от страсти. Еще и еще…
Мередит застонала и открыла глаза. Комната была наполнена солнечным светом. После туманного сна он казался особенно ярким. Девушка выпустила из рук скомканную простыню и потянулась. Страстный сон оставил после себя горькое послевкусие, низ живота все еще сводило судорогой желания. Больше всего Мередит хотелось оказаться в спальне виконта, закончить то, что происходило во сне.
Еще немного повалявшись, она все-таки встала, набрала в руки воды, окунула разгоряченное лицо. Дверь была заперта, но девушку это не смущало. Наоборот, она была даже благодарна за то, что ее никто не беспокоил. Замок заскрипел как раз в тот момент, когда Мередит окончательно успокоилась.
– Мер, ты здесь? – Джон заглянул в комнату.
– Входи! – она постаралась, чтобы голос звучал ровно.
– Отец сказал мне… – брат шагнул внутрь, опустил голову, явно избегая взгляда.
– Можешь не повторять, что он сказал, – девушка вздохнула. – Я понимаю…
– Это правда, Мередит? Ты действительно… – голос дрогнул.
– Да, – от брата она не стала скрывать правду. – Я провела ночь с Ривенкортом.
Джон закрыл лицо руками и рухнул на кровать сестры.
– Это все из-за меня, – простонал он, – все из-за той расписки. Но ничего! – он вдруг вскочил и лихорадочно закружил по комнате. – Я отыграюсь, вот увидишь! Я обязательно отыграю все!
– Джон, ты не будешь больше играть! – ужаснулась Мередит.
– Нет? Почему?
– Потому что ты проиграешь…
– Я не проигрывал! Ривенкорт мухлевал с картами! – внезапно взорвался Джон.
– Карты? – мистер Бакстер, привлеченный криками, показался на пороге. Недовольно нахмурился, заметив, что дверь в комнату непокорной дочери открыта, а из замочной скважины торчит ключ. – Джон, ты играл?
– Совсем немного, – тот снова стушевался. – Отец, я не должен был проиграть, если бы не Ривенкорт!
– Ты играл с виконтом Ривенкортом? – мистер Бакстер побледнел и схватился за сердце.
– Да.
– И ты проиграл…
– Да… – Джон почти прошептал это, потом вновь вскинул голову, с вызовом смотря на отца с сестрой. – Но клянусь всем, что мне дорого, я отыграюсь!
– Сколько?
Джон замялся, потом назвал сумму. Мистер Бакстер обреченно закрыл глаза.
– Это же… это даже больше того, что у нас есть… – прошептал он.
– Мередит хотела выкрасть расписку, – Джон решил заступиться за сестру. – Именно туда она ходила ночью.
– К виконту? – снова мрачный взгляд на дочь. – Что ты предложила ему взамен?
– Ничего! – Джон вклинился между ними. – Она просто была в его доме.
Мистер Бакстер внимательно взглянул на дочь, словно впервые заметив ее красоту. Мередит опустила голову, понимая, что он слышал её признание. Она ожидала отповедей и криков, но отец молчал.
– Я пойду к виконту и объяснюсь с ним! – подал голос Джон, которого так же тяготило это молчание. – Буду выплачивать долг по частям.
– Нет, – оборвал его мистер Бакстер и снова перевел взгляд на опозорившую его дочь. – Видит бог, я не хотел, но вы сами не оставили мне выбора… недавно маркиз де Мерсер предлагал мне значительную сумму за тебя, Мередит. Я сомневался, но сейчас это наш единственный выход.
– Он… он сделал мне предложение? – изумилась девушка, вспомнив одутловатого лысого человека. Она видела маркиза в парке, когда он прогуливался под руку с какой-то важной дамой, то и дело бросая на Мередит двусмысленные взгляды. Он даже хотел подойти, но девушка благоразумно сбежала, понимая, что подобное знакомство не доведет до добра.
– Таким как ты не делают предложений маркизы, – одернул дочь мистер Бакстер. – Де Мерсер намерен сделать тебя своей любовницей. Это большее, на что ты можешь рассчитывать!
– В таком случае, я вынуждена отказать ему, – спокойно заметила девушка. – Я не собираюсь становиться любовницей маркиза.
– Не думаю, что у тебя есть выбор, моя дорогая! – отпарировал мистер Бакстер. – К сожалению, ты слегка утратила свою стоимость, но думаю, маркиз не столь привередлив…
– Нет! – Мередит в ужасе вскочила. – Вы не имеете права!
– У меня есть на тебя все права! – эти слова звучали словно приговор. – Ты несовершеннолетняя, Мередит. И я могу делать с тобой все, что пожелаю!
– Почему бы вам тогда попросту не выставить меня на торги и подождать, кто больше заплатит!
– О, я охотно сделал бы это, будь ты невинна!
Мередит ахнула. Широко распахнув глаза, она в ужасе смотрела на человека, бывшего ее отцом.
– Вы действительно пошли бы на такое? – прошептала она.
– Что толку обсуждать, что я мог сделать, не утрать ты свою честь? – мистер Бакстер пожал плечами. – Теперь у тебя нет выхода…
– Я могу попробовать поговорить с Ривенкортом! – предложила Мередит. – Возможно, он…
Мистер Бакстер взмахнул рукой, отметая все возражения дочери.
– Тебе надо было думать раньше. Прежде чем ложиться в постель с виконтом. Не думаю, что сейчас он заплатит хоть медную монету за то, что уже получил даром!
– Но если он обесчестил Мередит, то он обязан на ней жениться! – подал голос Джон. Отец снисходительно взглянул на сына.
– Это бесчестие надо еще доказать, а с такими деньгами, как у Ривенкорта, он протащит нас по всем судам страны, твоя сестра будет опозорена, и мы не получим ни гроша! Нет, Джон, маркиз де Мерсер – наш единственный выход.
Часть 6
Маркиз де Мерсер приехал вечером. Сквозь щель в закрытых снаружи ставнях Мередит видела, как он прошел в дом.
Весь день девушка просидела в спальне, запертая при помощи амулетов, которые где-то раздобыл отец. Они высасывали магию, и Мередит чувствовала себя обессиленной. Ближе к обеду ее охватила апатия.
Потому, когда Анна пришла за молодой хозяйкой с наказом спуститься в столовую, Мередит повиновалась беспрекословно.
Комната показалась ей еще более мрачной, чем раньше. Возможно, потому что маркиз де Мерсер находился там. Сидел вместе с отцом за столом, на котором возвышались столбики монет и пачки ассигнаций. Джона нигде не было видно. По всей видимости, брат предпочел избавить себя от переживаний. Или опять играл, в надежде воплотить в жизнь свой безумный план.
– Мередит! – при виде дочери отец все-таки поднялся.
Маркиз де Мерсер так и остался сидеть, внимательно рассматривая свое новое приобретение.
Девушка молча прошла к столу, присела на стул и с вызовом взглянула на маркиза. Толстый и лысый он смотрел на Мередит своими узкими, как у хорька, глазами, буквально раздевая девушку. После дня, проведённого с амулетами, сил сопротивляться не было, и она опустила голову.
Взгляд упал на руки маркиза. Толстые пальцы, на которых торчали темные волоски. При мысли о том, что эти пальцы будут касаться ее, Мередит замутило. Она до боли прикусила губу, заставляя себя выпрямиться и посмотреть в глаза чудовищу, считавшему, что купил её.
Девушка знала, что о маркизе де Мерсере ходили нехорошие слухи. Поговаривали, старый сластолюбец получает удовольствие от того, что истязает женщин.
– Мередит, маркиз де Мерсер… – начал мистер Бакстер.
Девушка повернула голову и взглянула на человека, который так легко продал ее:
– Я уже сказала, что не поеду с маркизом.
Амулеты ослабили свое действие, и она чувствовала, что магия возвращается.
Маркиз де Мерсер усмехнулся. Его глаза мрачно сверкнули.
– А девочка-то с норовом, – лениво обронил он, сжимая руку так, будто бы держал в кулаке хлыст.
– Если хотите… – мистер Бакстер заволновался, но покупатель остановил его царственным жестом:
– Не стоит, это даже интересно… люблю укрощать норовистых кобылок…
Под его взглядом Мередит вздрогнула всем телом. Она повернулась к отцу, но тот сделал вид, что не слушал угроз своего гостя.
Маркиз тем временем снова обернулся к Мередит:
– Так что, дорогая моя, вы будете вести себя послушно? Или же мне придется наказать вас?
– Не думаю, что это возможно! – стараясь сохранять хотя бы видимость спокойствия, девушка решительно встала. Машинально отметила, что мужчины не последовали ее примеру. – Прошу прощения за беспокойство, маркиз…
– Не так быстро, моя дорогая! – де Мерсер схватил её за руку и с силой сжал. – Сделка состоялась, так что вы останетесь здесь так долго, как я того пожелаю!
– Отпустите! – холодно потребовала Мередит.
– И не подумаю. Сядьте! – последнее слово прозвучало как удар хлыста. Девушка зло прищурилась. Толстые пальцы де Мерсера до боли сдавили ее запястье. Мередит зашипела от боли. Она беспомощно оглянулась на отца, но тот делал вид, что увлечен своим бокалом с виски.
Магия теплой волной окатила тело, и девушка почувствовала себя увереннее. Она решительно выдохнула. Заклинание сорвалось с пальцев, ударилось о лысину де Мерсера и рассыпалось золотистыми искрами по комнате. Маркиз зло рассмеялся.
– Глупая девчонка! Неужели ты думала, что я не предусмотрел этот момент! – он продемонстрировал ошеломленной Мередит амулет. – Первым делом твой отец предупредил меня о твоих способностях, и потому я заранее обеспокоился своей защитой!
Мередит в досаде прикусила губу. Будь она обученным магом, она легко бы обошла этот амулет, но мать умерла слишком рано, не успев передать свои знания. А отец никогда не занимался магическим образованием детей, потому Мередит оставалось лишь скрежетать зубами в бессильной злобе.