Глава 11
На самом деле собирать мне было нечего: из вещей у меня были только форма академии и книги по учебе. Спрятав форму в комод, я взяла книги и вышла к парню, он ждал меня на входе в общежитие.
— Ты нас задерживаешь, – недовольно сказал он.
— Но я ведь быстро собралась.
— Почему ты не убежала?
Я сразу поняла, о чем он. Когда Ричард подошел к нему и угрожающе встал, я подумала, что он его сейчас точно ударит. По-хорошему нужно было бежать, но я бы так не смогла.
— Вы могли пострадать. Если бы он вас начал бить, я бы помогла.
После этих слов я ожидала смех или презрительную улыбку, но на лице парня появилось недоумение.
— Какая тебе разница?
— Но ведь это из-за меня.
— И что?
— Так нельзя, я должна была помочь.
Парень молча посмотрел на меня, а после произнес.
— Это глупо.
Он раскрыл передо мной дверь экипажа, и я вошла в карету. Мы ехали молча, каждый в своих мыслях.
Я не знала, что ждет меня дальше и это настолько меня пугало, что я не заметила, как мы прибыли.
Это поместье я узнала сразу, именно из него я шла пешком до академии.
Двери открыл все тот же сухощавый старичок.
— Милорд не один?
— Размести девушку в готовых гостевых покоях.
— Они заняты.
При этих словах я заметила мальчика, лет десяти, который стоял возле лестницы и пугливо поглядывал на нас.
— Какого черта! – громко закричал шатен. – Где Сандра? Пусть проваливает!
— Мама пропала, – раздались робкие слова ребенка.
– Скорее всего, прогуливается с новым ухажером, – язвительно вставил шатен.
— Не говорите так про маму, – сказа мальчик.
— Милорд, его мать пропала несколько дней назад.
— И что?
— У него никого нет, кроме вас.
— Значит, у него никого нет, – закончил шатен и быстрым шагом удалился.
Я посмотрела на мальчика и поймала на себе его взгляд. У мальчика была темная кожа, черные волосы, но светлые глаза. Этот контраст делал его необычным.
– Мое имя Генри, пройдемте, я провожу вас в покои.
Наши с мальчиком комнаты находились очень близко, когда я вошла, мужчина сказал, что я могу обращаться к нему в любой момент, если мне что-то будет необходимо.
Оставшись одна, я осмотрелась.
Несмотря на солнце за окном, обстановка была гнетущей. Я быстро поняла, что эта комната была для прислуги. Бедная мебель из дуба и никаких штор, ковров или картин.
Старик сразу сказал, что гостевых покоев нет. А эта комната была скорее всего для слуги гостя. Тем не менее, этот факт расстраивал меня меньше всего. Никогда не жила в богато обставленном доме и чувствовала себя хорошо, даже в простой комнате.
Я беспокоилась из-за своего будущего и чувствовала ужасную усталость из-за произошедшего утром. Поэтому я положила дорожную сумку с книгами и прямо в одежде рухнула на кровать. Из моих глаз полились слезы.
Я злилась на себя, из-за глупого спора, который принес мне так много неприятностей. Не знаю, сколько я пролежала, прежде чем усталость окончательно свалила меня, и я уснула.
***
Исчезновение Сандры окончательно убедило меня в том, что в «шкафу» нашей семьи затаился скелет.
Отец умер от сердца всего пару недель назад. Потом мое отравление, теперь исчезновение моей глубоко любимой мачехи. Кто-то делает это предумышленно, но с какой целью?
Я расположился в кабинете отца, чтобы тщательно изучить бумаги. Я уже несколько раз просматривал отчеты, чтобы понять, что отец потратил все наше состояние.
Основной доход нам приносила шахта с алмазами, но ее резервы оказались не бесконечны.
Высокое положение в обществе предполагает званые завтраки, обеды и вечера. Много платьев, украшений и прочей мишуры, на что отец и тратил деньги. Он тратил деньги на все, кроме меня…
В поисках ценных камней, отец выкупил еще несколько шахт, на одной из них нашли залежи угля.
Вот только отец приказал закрыть эту шахту, его фамилия не должна быть связана с грязью, именно так он сказал.
Мне был безразличен высший свет, фамилия и званые вечера. Я хотел оплачивать шлюх в элитном борделе и пить бренди.
Пожалуй, это были мои единственные радости, ради которых стоило трудиться.
Я мог бы приступить к работе прямо сейчас, но у меня не было денег на оплату оборудования и рабочих, поэтому я медленно скатывался в пучину бедности.
Я сократил весь штаб слуг, оставил только Генри и повара, закрыл комнаты и стал тщательно вести домовую книгу. Вот только это не помогало…
Если бы у меня была летняя резиденция, я мог бы продать это ненавистное мне поместье.
Но в порыве страсти отец отписал документы на Сандру. Он не собирался умирать, а если бы собирался, то наверняка отписал бы это поместье Джонатану.
Джонатан…Я так ненавидел этого мальчишку. Отец любил его, в отличие от меня.
Он баловал его подарками, выводил в свет и даже представил его королю. В то время я воевал на фронте, лишь бы отец был горд мной. Но и когда я вернулся, он принял это как грустный факт. Думаю, он был бы рад избавиться от своей главной ошибки, как когда-то избавился от моей матери.
При мыслях о маме стало больно, когда я вспоминал ее нежные руки, которыми она гладила меня, или ее кудри, цвета меда, во мне просыпалось что-то человеческое.
— Главное, быть хорошим человеком, — говорила она.
Я гнал эти мысли от себя прочь, это моя единственная слабость, но и от нее я избавлюсь.
— Главное – это выжить, – произнес уже для себя я.
Глава 12
Я проснулась ночью от чувства голода. Было уже очень поздно, чтобы просить слуг принести еду. Поэтому я лежала в кровати, пытаясь заснуть. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я услышала звук.
Во мне проснулась надежда, и я встала с кровати и направилась к его источнику. Может, кто-то из слуг не спит? И я смогу поесть.
Я прошла по длинному узкому коридору, спустилась по лестницы и обнаружила, что прямо под моими покоями находилась большая комната с камином.
В камине горели дрова, а напротив расположился шатен с бокалом. Я пыталась уйти, пока меня не заметили, но звук скрипнувшей половицы выдал меня.
— Что ты здесь делаешь? – спросил он, и в его голосе не было привычного пренебрежения.
Говорить, что я искала еду, было стыдно.
— Я услышала звук и решила проверить.
Оправдание тоже было глупым, но другого я придумать не успела.
— Проверила? – подняв бровь, спросил он, и я кивнула.
Я ведь даже имени его не знаю, а мы живем вместе.
— Я могу идти? – глупый вопрос, которым я себя унизила. Я имею право уйти без его разрешения.
— Нет, – ответил он, поставил бокал прямо на пол и встал. Пара шагов и он уже стоит передо мной совсем близко, а я пячусь назад.
— Ты боишься меня?
Вопрос был риторическим, ведь я была напугана настолько, что была готова убежать отсюда, и он это видел.
— Но я ведь сделал тебе приятно. Ты этого сама хотела…
— Нет, – я остановилась и с вызовом посмотрела ему в глаза. — Вы меня заставили хотеть.
Шатен остановился, и на его лице появилось какое-то непонятное выражение.
— Иди спать, – жестко сказал он и вернулся в кресло.
И я быстрым шагом направилась обратно в комнату.
***
Засыпала я сложно, несколько часов ворочалась, прежде чем, наконец, уснуть.
Проснулась я, как всегда, рано и первым делом решила найти Генри, чтобы попросить меня накормить.
Вставать было сложно, ведь я нормально не ела уже третий день. В глазах темнело, а тело было ужасно слабым.
Заправив по привычке кровать, я натянула на себя юбку и блузку, которые вчера сняла на ночь, предварительно заперев комнату.
Вышла и направилась на первый этаж. Я заглянула в гостиную и увидела шатена, спящего прямо в кресле. При этом кто-то заботливо укрыл его одеялом и подложил подушку.
От разглядывания спящего парня меня отвлек звук колокольчика. Этот звук привлек не только мое внимание, и я увидела Генри, который спешит открыть дверь. Удивительно, что парень так и продолжал спать, никак не реагируя.
В одно мгновенье в холл ввалилась толпа из пяти человек.
Двое мужчин и три женщины, одна из которых передвигалась очень тяжело, так как была уже старой. Она особенно привлекла мое внимание. Так, несмотря на прожитые годы, ее лицо выделялось красотой. Правильные тонкие черты лица, белоснежная кожа и элегантная прическа седых волос. Также она была единственной, у кого на лице было выражение скорби, ее глаза были красными, должно быть от слез, а руки тряслись.
— Где же он! — закричала одна из женщин и шумно заплакала.
Как и все остальные гости, она была одета в черную одежду. У нее были светлые волосы, собранные в косу. На лицо она не была красавицей, но благодаря дорогой одежде и косметике, была вполне симпатичной.
— Ооо, Генри, мы так скорбим, – зарыдала вторая женщина.
Вслед за толпой зашел еще один мужчина с бумагами.
— Мисс Сандра дома? – спросил он Генри. – Необходимо разделить имущество.
С этими словами поднялся самый настоящий гомон. Две женщины начали доказывать друг другу, кому Рейн был ближе и кому достанется его наследство.
Вторая женщина с темными волосами в итоге не выдержала и кинула веер в блондинку, а та вцепилась ей в волосы.
Мужчины пытались разделить дерущихся дам. Мужчина с бумагами просил успокоиться, а старая женщина стояла в сторонке и молчала.
Значит, парня зовут Рейн.
Генри также взывал к спокойствию гостей, но они успокоились лишь тогда, когда потенциальный покойник громко крикнул на весь холл:
— Что здесь происходит?
Вся толпа дружно уставилась на лорда и побледнела.
— Умертвие, — прокричала женщина с темными волосами, и аристократы начали креститься.
— Что. Вы. Здесь. Делаете? – очень злым голосом спросил парень.
На вопрос ответил Генри, который единственный из всех сохранял спокойствие.
— Похороны, милорд.
Рейн поднял бровь и внимательно осмотрел пришедших.