— Спустимся в подземный грот.
Он взял ее ладонь в свою. Моргнув, Агнес опустила голову. Взгляд упал на его руку, державшую ее кисть. Кожа пылала так сильно, что она не могла разобрать, жарко ей или холодно. Внезапно она ощутила, насколько здесь тихо. Звуки музыки были практически неразличимы. Его присутствие и предвкушение чего-то тяготили Агнес, сковывая грудь. Этот поцелуй… Он был таким нежным, трепетным, он словно передал всю свою ласку ее губам. Марк стянул с себя рубашку. Боже, какой же он красивый. Все органы чувств резко обострились, и жар хлынул по венам, отчего девушка машинально облизнула пересохшие губы.
Господи. Просто не смотри на него.
Она наконец могла видеть все его татуировки на руках — паутину на предплечье, красный череп на плече, а в районе запястья — птицу, точно такую же, как слева на шее. Это была не просто наколка — скорее, нательная живопись. И несла в себе определенный смысл, пока закрытый для нее за завесой тайны.
Сейчас, словно опять надев свою броню, Марк выглядел холодным, но стоило взглянуть внимательнее — и можно было рассмотреть нечто более глубокое, что вызывало желание. Лицо с высокими скулами, угловатая челюсть, подтянутое, соблазнительное тело, прямой нос, густые угольно-черные волосы. Проницательный взгляд… Такой пронзительный и суровый, что перед ним робел каждый. Кожа Марка была темнее ее — теплая, загорелая, она буквально сияла.
Закусив губу, Агнес взглянула на его шею с татуировкой птицы и замысловатым рисунком дракона, что переходил на спину. Эти рисунки не просто украшали, но и определяли его статус в обществе — почему она раньше об этом не задумывалась?
Агнес задержала взгляд, заметив выступавшую под кожей пульсирующую вену. Как же хотелось притронуться к ней!
А, к черту все. Если прыгать в омут, то с головой.
Она провела пальцами по его горлу, а потом обернула ладонь вокруг него, крепко сжимая.
— Придушить задумала? — Марк оскалился, и она заметила, как его глаза приобрели оттенок океана во время шторма.
— Хочу, чтобы ты стал собой.
— Я пытался быть нежным с тобой, — прошептал Марк и больно прикусил ее за нижнюю губу, обхватив лицо и глядя прямо в глаза. — Открой рот. Шире.
Она простонала, чувствуя прикосновение теплого серебряного шарика к своему языку. Марк прижался к ней бедрами и грубо протолкнул свой язык ей в рот. Спина Агнес выгнулась, внизу живота появилась уже знакомая тянущая, но сладкая боль.
Агнес схватила Марка за волосы и ненасытно лизнула его язык своим.
— Я пробуждаю в тебе голод, моя маленькая? — прошипел он.
— Пожалуйста, не останавливайся, — прошептала Агнес ему в рот. Марк издал горловой рык и приподнял ее над землей, побуждая обвить его ногами. Она почувствовала сладкий вкус мяты. Такое ощущение, что он запихнул себе в глотку целую пачку тиктака.
Девушка обхватила его торс ногами, самозабвенно целуя его, вновь и вновь, пока он прижимал ее к стене, ритмично двигая бедрами. Маленькие ноготки впились в его лопатки, притягивая сильное мужское тело к себе.
Черт бы побрал эту Уокер. Она его не боится и только сильнее провоцирует внутреннего зверя…
Но нет. Он не пойдет на поводу у своей минутной слабости.
Марк аккуратно опустил девушку на землю.
— Почему ты прекратил? — тяжело дыша, поинтересовалась она.
«Почему, когда я с ним, то каждый раз теряю контроль?»
— Сначала игра. Не забыла? — Марк протянул руку к ее шее и сорвал шелковый платок. — Мило.
Он видел еще не сошедшие синяки от своих зубов и языка на ее шее, отчего хотелось удовлетворенно зарычать, как первобытному человеку, который подчинил себе женщину. Только его. На подсознательном уровне ему хотелось, чтобы так оставалось всегда.
— Что ты делаешь?
Он протянул ткань к ее лицу, намереваясь закрыть глаза.
— Что ты делаешь? — упрямо повторила она, уклоняясь. Марк облизнулся.
— Очевидно, завязываю тебе глаза.
— Зачем?
— Не всегда нужно видеть, чтобы чувствовать.
Он схватил ее маленькую ладошку в свою и повел куда-то.
— Марк! Куда мы направляемся?!
— Слишком много вопросов, мышка Уокер, — фыркнул он, встав за ее спиной. — Просто поиграй со мной. Если осмелишься.
Он бросил ей вызов. Разумнее было бы отказаться. Только не для Агнес.
Марк аккуратно коснулся ее волос, пропустил через повязку. Узел затянулся. Он завязал ей глаза, но не спешил отстраняться.
Его грудь прижалась к ее спине, сильные руки сомкнулись на хрупкой девичьей шее, грубо лаская пульсирующую венку. Шероховатая, теплая ладонь вызывала дорожку мурашек по нежной коже. Агнес едва заметно прогнулась в спине, поощряя его прикосновения, как кошка, ищущая ласки. Он едва не зарычал от ее искренней податливости и послушания, которые заводили сильнее, чем что-либо еще.
— Ты должна усвоить один занимательный урок, — вкрадчиво прошептал он, сдерживаясь от того, чтобы не впиться губами в тонкую шею.
Голос Марка, его небрежная ласка вызывали проклятых бабочек в животе Агнес.
Она вздрогнула. Эти перемены в их общении пугали ее и сводили с ума.
— Почему ты игнорировал меня всю неделю, Марк?
— Разве? — небрежно отозвался он.
— Скажи мне, что между нами происходит!
— Ого, мы уже начали выяснять отношения, будто какая-нибудь женатая пара. Забавно, — саркастично заметил он, убрав ладонь с ее шеи. Между ними залегла ледяная бездна. Снова.
— Где ты был все это время?
— Тебе предоставить подробный отчет? Может, теперь стоит у тебя отпрашиваться, раз мы пару раз поцеловались? Не смеши меня, девочка.
Агнес, дрожа от гнева и обиды, попыталась сорвать с себя повязку, но рука Марка, кольцом сжавшаяся вокруг хрупкого запястья, остановила ее.
— Не трогай меня, ублюдок.
— Чего ты так злишься на правду? — поддразнил он. — Или в твоей голове мы уже свадьбу сыграли и детишек завели? — Улыбка, которую она ощущала, причиняла боль. — Да ладно тебе, детка. Нам было хорошо. Не драматизируй. Я ведь никогда тебе ничего не обещал. Ни верности, ни чувств.
Агнес жаждала причинить ему ответную боль, но понимала, что он и правда никогда и ничего ей не обещал. Это ее вина, что она влюбилась в парня, который того не стоил.
— Что, ударить хочешь, моя девочка? Ударь, я не против.
— Еще чего. Я же не животное, как ты.
— Ты поставила себе рамки, Агнес. Вбила в голову какие-то нормы поведения, но я хочу показать тебе, что есть другая сторона. Есть свобода, жизнь, в которой мы можем делать все что угодно. Ощущать все грани страсти, делать все, что кажется запретным, и это абсолютно нормально. Ведь это лишь установки, которые нам внушают с детства. На самом деле каждый волен выбирать тот образ жизни, который является для него комфортным.
— К чему ты ведешь? К тому, что твои свободные отношения — это норма? — с отвращением спросила Агнес. — Так вот, может, это хорошо для тебя, но, как ты сказал, каждый из нас волен выбирать тот путь, который считает правильным для себя.
— Как ты можешь выбирать, если даже не пробовала ничего другого? — усмехнулся Марк.
Агнес бесило то, что он смеялся над ней, то, как смотрел — надменно, свысока.
— Можешь трахаться с кем угодно. Это твой образ жизни, я не осуждаю. Хоть с двумя одновременно. Мне наплевать, слышишь? Ты мне не нужен, Марк Стаймест. Я не хочу тебя, — выплюнула девушка.
— Пару дней назад, когда вцепилась в меня, ты была другого мнения, — усмехнулся парень.
— Я представляла на твоем месте бывшего парня.
Он не верил ни одному ее лживому слову, но раздражение, словно ядовитым жалом отравило кровь и теперь распространялось внутри. Отчего-то хотелось отчаянно доказать ей обратное, хотя Марк понимал, что это бессмысленно.
— Нет ничего плохого в полигамии.
— Значит, ты еще не влюблялся по-настоящему.
— Я влюблялся и любил всем своим сердцем, — возразил Марк.
Агнес ощутила странное покалывание. Руки задрожали, ногти впились в ладони. Яркая, острая ревность вспыхнула в каждой клеточке ее тела, разъедая, как ядовитая кислота. Он любил. Любил кого-то другого. Может, любит до сих пор и потому ищет оправдание своим беспорядочным половым связям. Никогда он не ощутит к Агнес того, что она к нему. Глупая девчонка. Зачем она влюбилась в подонка? Как позволила этому случиться?
Агнес хотелось все отрицать, но жутко устала врать сама себе. Пора было признать свои ошибки.
— Я тоже любила, — пробормотала она.
— Не снимай повязку, пока я не вернусь. Иначе проиграешь.
— Марк?
Тишина в ответ. Агнес сглотнула и потянула руки к повязке. Проклятье, она проиграет в этой игре, если струсит. Нет.
— Куда ты пошел? — снова подала она голос. Молчание угнетало и пугало.
— Марк?
Ничего в ответ.
— Думала, что сможешь убежать от меня? — Незнакомый голос заставил девушку вздрогнуть и напрячься всем телом.
— Кто ты? — Она постаралась придать голосу всю твердость. Марк наверняка где-то поблизости. Он не даст ее в обиду. Правда ведь?
— Рафаэль, если это имя говорит тебе о чем-то. Новый лидер Отбросов. — Его голос был хриплым и скрипучим. Он не нравился Агнес. Было в этом парне что-то хищное и ядовитое, от чего хотелось умчаться как от открытого огня.
— Что тебе нужно? — Голос Агнес дрогнул, несмотря на то, как сильно она пыталась храбриться.
— Красивая девушка одна в гроте. С завязанными глазами. Без мужчины. Очевидно, ты хочешь поиграть в одну из игр наших фракций. Я прав?
— Я не собираюсь ни во что играть с тобой.
— Что, шлюха Стайместа такая ханжа? — усмехнулся он. — И что только он в тебе нашел?..
— Отвали от меня. Убирайся прочь. У тебя дел своих нет, лидер Отбросов? — передразнила она его.
— Тише, котенок, не злись.
Агнес перестала дышать, когда парень резко схватил ее за волосы и припечатал спиной к стене.
— Больно! — прошипела девушка и попыталась пнуть его. Ее руки вцепились в плечи парня в попытке оттолкнуть. Безуспешно. Он был слишком сильным.