— Перекусить бы… — растерянно пробормотал Вос, чем поднял настоящую бурю. Управляющий побагровел, оскалился и завопил неожиданно тонким голосом.
Как выяснилось, никто не собирался морить голодом магический оплот крепости. Просто служанки поголовно боялись появляться в башне. Известно, что старый маг терпелив и добр, в камень обращает только за серьёзную провинность, а вот чем дышит молодой — никому не ведомо. Ещё вчера долговязый чужак был равен дворне, сам ходил за едой для себя и учителя, а сегодня он сам маг, и чего от него ждать… Служанки понадеялись друг на друга, на слуг Сидоны, на известный авось, и в результате ужасный маг сам заявился на кухню!
Восу была крайне неприятна вся эта разборка, и он попытался было вступиться за молоденькую служанку, а затем просто попросил, как обычно, дать ему поднос с едой на вынос. Это пожелание едва не довело до инфаркта управителя.
Господа не носят еду для себя! Господа не появляются на кухне! Господа велики и недосягаемы, им не стоит снисходить до ничтожных кухонных рабов, заслуживающих перевода на самые грязные работы.
Вос попросту сбежал из кухни, растерянный, голодный и злой. Никогда ещё он не сталкивался с людьми, в которых безжалостный тиран так гармонично сочетается с умильным холопом.
Правда, ему удалось перекинуться несколькими словами со знакомым лиму из людей Сидоны. Лери объявила о смерти Кванно Шаррака, также упомянула, что отныне место старого мага занимает Вос. Вояка, оказывается, специально подстерегал ученика у башни, чтобы узнать, насколько правдивы последние слухи.
Вос терпеливо опроверг версии о том, что старик просто переселился в молодое тело ученика, что коварный ученик выпил силу наставника, чтобы стать магом, и что они вдвоём с лери съели тело чародея, чтобы усилить собственные способности. Но тело старого мага Вос предъявить не смог, чем поверг лиму в задумчивость.
Не стоит слишком долго сидеть в башне. В этом мире, не знакомом с телевизором и Интернетом, у людей хватает времени на мысли и фантазии. А если кто-то по глупости не даёт пищи для размышлений, ему же хуже. Самые нелепые выдумки обретут базу, логику и обоснование, а через неделю станут непреложной истиной, бороться с которой бесполезно.
Вос в задумчивости прошёлся по крепости, не обращая внимания на зевак. Вот и всплыла очередная проблема. Старику было проще — он уже воспринимался как свой, да и власть над камнем позволяла узнавать всё, о чём говорилось в этой обитаемой громаде. Информация жизненно необходима для мага, особенно для живущего в башне из слоновой кости. Но как её получать?
Погруженный в мысли маг прошёл всю крепость по диагонали, оказавшись возле конюшен. Сюда он заходил от силы пару раз, да и то по ошибке, в первые дни своего появления в этом мире. Задумчиво окинул взглядом быка и… И это бык?!
Чудовище, которое только что вывели из стойла, внушило бы трепет любому земному зубру или бизону. Метра три в холке, весь поросший жёсткой серой шерстью, гигант излучал первобытную силу. Мощные копыта попирали камень, голова, увенчанная короткими, чуть изогнутыми рогами, настороженно ходила из стороны в сторону.
Первый мимолётный испуг быстро прошёл, едва Вос увидел сложную упряжь, тонкие ремни, проходящие через ноздри и оттопыренные уши быка. На шее было нечто вроде седла без стремян, а грудь создания прикрывала толстая шкура, не иначе как снятая с сородича странного скакуна.
И с чего вообще Вос решил, что в конюшне держат обязательно коней? Ведь если прислушаться к местному слову, значение его — «стойло ездовых зверей». Ну приручили местные быков вместо лошадей, ему-то что за дело? Главное, чтобы его в седло не сажали!
— Красавец, верно?
Объявившийся рядом Тыш откровенно любовался монстром.
Вос в первый раз увидел лиму в полном боевом облачении. Кожаную одежду и шлем воина сплошь покрывала каменная чешуя. В руках было нечто вроде алебарды, оружие на очень длинной рукояти, позволяющее и колоть и рубить, и — тоже каменное! И пусть всё это снаряжение явно относилось к наследию Кванно, вид у лиму был невероятно дикий и колоритный. Создателям Флинстоунов и не снилась такая каменная роскошь!
— Хочешь прокатиться?
Воса аж передёрнуло от щедрого предложения. Карабкаться на эту рогатую крепость? Увольте, лучше уж в круг без «усиления»!
Тыш рассмеялся:
— Верно, маг! Даже великий Кванно не мог покорить быка! Только лиму может править рогатым гневом! Какое бы ни было войско, без лиму оно — только толпа. Лиму сметают любой строй, разбивают стены крепостей, бьются с вражескими лиму! Даже маги боятся лиму! А повелители быков не боятся никого!
Вос пожал плечами. Вполне вероятно. Эти создания явно сильнее и злее земных лошадей, а ведь конница в Средние века значила немало. Вроде бы рыцарь приравнивался к десятку обычных бойцов, значит, лиму, ездящих на подобных чудовищах, можно смело приравнять к пятидесяти, если не сотне.
Несколько осторожных вопросов быстро прояснили ситуацию. Эта порода сверхкрупного рогатого скота выжила только в неволе. Изменились условия обитания, и стада рогатых гигантов просто вымерли. Кочевые племена с незапамятных времён опекали могучих рогачей, находя им пищу. В свою очередь, люди использовали быков для защиты от врагов, у самок брали молоко. Со временем кочевники покорили более развитые земледельческие племена, составив местную аристократию и отбросив цивилизацию далеко назад. И сейчас быки представляли собой ядро боевой мощи диких землевладельцев, хотя содержать рогачей было непросто: они пожирали большую часть продуктов земледелия.
Многие традиции завоевателей жили и теперь. Как бы силён и умел ни был воин, только подружившись с телёнком и обучив его, можно было стать лиму. Только правящий рогачом может стать вождём и владеть землёй. Потому и Кванно, не пожелавший возиться с капризными тварями, воспринимался только как временный правитель, да и Сидона, при всей её власти и владениях, всё же ставилась ниже Диша. У лера был свой бык, а лери дед в своё время запретил приближаться к опасным животным. Да и традиции не приветствовали бы такую попытку. Как ёмко и грубо высказался Тыш: «Быкам — бодаться, коровам — доиться».
Глядя вслед уезжающему по своим делам лиму, Вос ощущал себя слабым и растерянным. В мире, где грубая сила подавила цивилизацию, его образование и острословие не играло никакой роли. До тех пор, пока он не разработает серьёзные боевые заклинания, повелители быков всерьёз его не воспримут.
Слабым утешением послужило то, что поднос с едой уже ожидал его в башне. Правда, в нагрузку шла перепуганная едва не до обморока служанка. Девушка, оказывается, получила строгие инструкции — удовлетворить все потребности мага. По представлениям слуг, попытка заступиться за нерадивую служанку была равносильна явному проявлению симпатии. И сейчас бедняжка просто не могла решить, что страшнее: удовлетворение потребностей страшного мага, которому неуёмная фантазия слуг уже приписала просто невероятные анатомические особенности, или же его гнев — гнев обманутого в своих ожиданиях чародея.
Ученик мага тяжело вздохнул и принялся успокаивать девушку. Маги используют мужскую силу, чтобы колдовать, и потому очень редко используют её по прямому назначению. Нет-нет, она, служанка, просто прелесть, и, если действительно назреет необходимость, господин вспомнит о ней. И управляющему кухней не стоит волноваться по пустякам, да, еда превосходна, а сервис вообще восьмизвездочный.
И только пережёвывая подгоревшее, по обычаю, мясо, Вос всерьёз задумался: а почему, собственно, он отослал девицу? Да, не красавица, челюсти как у боксёра, а фигура как у матроны средних лет, — ну так хоть обхватить можно, в отличие от более «матёрых» дам. И ванна есть, можно было отмыть, раз уж бунтуют обоняние и чистоплотность. Любовь любовью, но он молодой, здоровый мужчина, что его держит?
Но в глубине души он знал, что не будет искать себе развлечения на ночь ни среди служанок, ни среди подопечных Сидоны. Просто потому, что не хочет опускаться до уровня Диша и ему подобных, как бы ни глупы были его, мага Воса, предубеждения в этом примитивном обществе.
Дни проходили, похожие друг на друга, как бесчисленные ступеньки башни. Вос читал записи мага, тренировался до озверения, по вечерам выходил гулять, чтобы только переброситься парой слов со знакомыми лиму. Слуги теперь сторонились его, но и высшее общество не торопилось признать его своим. Если бы не бурная фантазия землянина вкупе с ворохом бесполезных знаний, ученик мага вообще был бы забыт.
Так, с его лёгкой руки вошли в моду торжественные обращения. Причём не только «ваше величество», но и в шутку предложенные «ваше кухнейшество» — для управителя кухни, а также «ваше конюшество» — для конюхов, «ваша бдительность» — для часовых и «ваше мудрейшество» — для Гоша, наставника. И никакой уважающий себя лиму не реагировал теперь на оклик по имени, только с приставкой «эл», что стало местным эквивалентом слова «сэр». Правда, кратковременная мода на вилки, носовые платки и шарфы сгинула без следа.
Вос постепенно втягивался и даже стал помаленьку получать удовольствие от такого размеренного существования. Удручало только то, что Сидону он видел в последний раз в день смерти Кванно. Лери почти не покидала башню, тяжело переживая потерю деда. На фоне полного равнодушия остальных это выглядело странно. А единственный человек, способный понять и посочувствовать, сам был вынужден страдать от одиночества в каменной ловушке чужого мира.
Тот день шёл обычной чередой. Вос давно вернулся к привычному образу жизни «совы», укладываясь далеко за полночь и поднимаясь поздним утром. Правда, такой образ жизни вёл и здешний правящий класс, занятый преимущественно пьянством и мордобоями. Но слуг, явных «жаворонков», это вполне устраивало, дневной и ночной народы почти не соприкасались, к обоюдному удовольствию.
Поднос с едой уже давно стоял на столе, и Вос с немалым удивлением вдруг услышал шаги на лестнице. Служанка что-нибудь забыла? Да нет, вроде бы мужская поступь, тяжёлая и уверенная.