— Довольно!!! — Оглушительный вопль ударил по ушам. Вос не сразу понял, что кричит он сам, используя все возможности своей системы. — Вам нужен я? Я выхожу!
Мысли ворочались медленно, ярость душила, лишала сил. Он уже отбросил мысль бить по гильдейцам сверху, используя преимущество высоты и относительную защиту стены. Нет, есть только одна возможность защитить людей. Перенести бой вниз. Чем бы это ни закончилось… и наверняка закончится, для него лично, гибелью.
— Не смейте опускать подъёмный мост! — Голос Диша был на удивление спокойным. Лер смотрел на мага с ненавистью и без малейшего страха. — Может, ты в сговоре с теми, чужеземец! Я не собираюсь рисковать крепостью!
Диш в два глотка допил содержимое бурдюка и швырнул опустевший сосуд вниз, целясь в одного из огненных. Правда, на этот раз маги Гильдии ожидали опасности сверху и дружно ринулись в стороны.
— Ты можешь летать — так лети!
Вос только усмехнулся и жестом остановил лери, собравшуюся было спорить.
— Мудрое решение, ваше величество! Не стоит давать врагу ни единого шанса. Я сделаю своё дело. Но вы позаботьтесь о том, чтобы мне не пришлось в одиночку сражаться ещё и с наёмниками Гильдии. Иначе…
Уже хорошо отработанное заклинание развернулось у самой кромки стены. Маг на миг обернулся, обводя взглядом людей, достаточно храбрых или безрассудных, чтобы оказаться рядом с ним в разгар магической битвы. Диш, Тыш, несколько телохранителей, чьё чувство долга оказалось сильнее страха, глава торговцев, Сидона…
Хотелось сказать что-то доброе, приятное. Но слова не шли на ум. Пожалуй, будь здесь их, самых храбрых, поменьше, можно было бы подобрать тёплые слова для каждого, но сразу для всех… И даже любимую женщину не поцеловать на прощанье, он же не хочет, чтобы возникли подозрения относительно отцовства…
— I’ll be back! — Заимствованная шутка не помогла. Большинство просто не поняло, а вот Сидона побелела и отступила на шаг. Что ж он за смысл умудрился вложить в эту незатейливую фразу?
Вос покинул стену. Со времён «шоу» он прилично усовершенствовал свой «лифт медленного падения». Спустится без проблем и лишних затрат сил, их стоит поберечь для боя.
Жизнь, а правильнее сказать, Гильдия внесла свои коррективы в его планы. Вос, обернувшись, всё ещё смотрел в удаляющиеся лица провожающих и вдруг увидел одинаковое выражение — страх, растерянность, медленно, как во сне, открывающиеся рты…
Он ударил наугад, швырнул вниз энергетические каналы, разрывая нестабильные заклинания. А затем мир вокруг взорвался…
Что может быть глупее, чем отвлечься от врага в пылу боя? Позже маг пытался прикинуть, сколько же «рокетболов» уцелело и ударило по его заклинанию. Не больше трёх-четырёх, остальные взорвались чуть ниже. И, к его гордости, платформа уцелела и даже на мгновение замерла, приподнятая взрывной волной. Но следом за взрывами в его несчастное заклинание вонзились два огненных и один воздушный канал, безжалостно разрывая связи и структуру. Может, гильдейцы подсмотрели метод у него, а может, владели им и раньше.
Вос судорожно рванул завязки плаща. У него оставалась только одна, непроверенная возможность выжить. Обычное заклинание разрушат раньше, чем он успеет его завершить, значит, придётся положиться на способ, нашёптанный бурей.
Никогда ему ещё не приходилось осваивать новое заклинание в такой спешке. Но рассыпающаяся под ногами магическая платформа и рвущиеся навстречу «рокетболы» кому угодно добавят энтузиазма.
Руки в стороны, всю ауру влить в них и в спину. Плащ развевается под бешеными порывами ветра, рвётся, удерживаемый последней завязкой на шее, и это очень неприятно и даже слегка опасно. Да и меч могут разглядеть!
— Чтоб вам всю жизнь… бормотуху… без опохмелки!
Основная структура разворачивается, крепясь к спине и повторяя разворот рук, разветвляясь и раскрываясь. Изувеченное заклинание «лифта медленного падения» рушится под ногами. Что самое неприятное, «обломки» его цепляются за почти завершённую структуру нового, и приходится тратить драгоценные секунды свободного падения, отбрасывая всё ненужное и обновляя необходимое. Как парашютисту с перекрученными стропами.
— Да разворачивайся же ты, зар-р-раза!
Воздух свистит в ушах, и земля приближается с пугающей быстротой. Хорошо хоть, «рокетболы», в отличие от настоящих ракет, не обладают системой самонаведения и проходят мимо. Вос усилием воли отбросил ненужные и опасные сейчас размышления о недостатках вражеских боевых заклинаний, завершая последние штрихи своего, спасительного. Пылающие от влитой силы крылья рывком отделились от рук и развернулись под нужным углом, захватывая ветер и окончательно формируясь. Если он всё правильно понял во время своего безумного полёта в центре бури, сейчас частицы воздуха, захваченные структурой, изменят свои свойства и станут перьями на магическом каркасе. Но земля уже слишком близко, маг увидел довольные ухмылки огненных, спешно отбегающих с места его предстоящего падения, и невольно закрыл глаза…
Тело среагировало само. Какой-то древний, дочеловеческий инстинкт властно вмешался, и Вос вдруг ощутил, как безвольно болтающиеся полотнища за спиной встрепенулись и хлёстко хлопнули. И ветер запел! Каждое пёрышко вело свою мелодию, каждый изгиб гибких крыльев порождал новый всплеск звуков невероятной симфонии.
Маг вдруг понял, что давно уже должен был упасть, размазаться о землю, и медленно открыл глаза. Теперь он падал уже в невероятно синее, распахнутое перед ним небо. Крылья бешено работали за спиной, при этом почти не требуя от него усилий, а лёгкая слабость, порождённая серьёзными потерями в ауре, влитой в заклинание, компенсировалась невероятной, неправдоподобной лёгкостью. Как во сне…
Он рискнул глянуть вниз — и поразился. Он уже выше самой высокой башни, выше дальних гор и вплотную подобрался к облакам! Всего лишь мимолётное желание — и музыка полёта изменилась, крылья послушно развернулись, позволяя перейти в горизонтальное скольжение. И только сейчас, пролетая над лесом и делая разворот для возвращения к замку, Вос вдруг понял — он летит! Летит свободно и легко, без всякого летательного аппарата, один в небе, как и обещал когда-то сэнсэй!
Безумное ликование накатило радужной волной. Он смеялся до колик, пытался петь, хотя собственный голос казался грубым карканьем в сравнении с нежной симфонией крыльев, выполнял фигуры высшего пилотажа, наслаждаясь скоростью и изменчивой песней ветра. Сейчас Вос ощущал воздух не как непостоянную и капризную, почти враждебную стихию, а как нечто бесконечно близкое, понятное и дружелюбное. Восходящие и нисходящие потоки, полосы постоянного ветра, штормовые порывы и речной влажный бриз сложились в единую схему, в которую можно вмешаться, успокоить или усилить, породить штиль или бурю.
Но откуда здесь огонь? Вос постепенно приходил в себя после минутной эйфории. Сейчас он вдруг вспомнил, что бой ещё далеко не завершён и всё то время, когда он наслаждался полётом и устраивал гонки с ветром, Гильдия пыталась его достать. Огненные вспышки напоминали зенитный огонь, но магам недоставало скорострельности земной военной техники.
Вос с некоторым презрением взглянул на суетливые фигурки далеко внизу. Они действительно хотят поймать ветер? Ранить воздушный поток?! «Ядро ветра» ушло вниз, в то время как крылатый маг со смехом плясал между огненными заклинаниями. Они не в силах попасть, не в силах мериться с ним в скорости, а если их цепные псы пожелают отрастить крылья…
Завязки плаща, уже несколько раз довольно чувствительно впивавшиеся в шею, наконец разорвались, и Вос лишь в последний момент поймал скользкую тяжёлую ткань. Этот плащ надела на него Сидона, и даже своему другу ветру он не подарит такую ценную вещь!
Далеко внизу «ядро» оставило внушительную воронку, не нанеся ни малейшего вреда никому из врагов. Вос почувствовал себя уязвлённым. Сейчас не имело значения то, что «стрелял» он почти наугад. Он промахнулся или ползающие по поверхности земли враги умудрились увернуться?
Стремительное пике — и ещё более стремительное спиральное «копьё» ударило прямо в запрокинутое вверх, испуганное лицо одного из огненных, разрубая человека, как удар разгневанного бога.
Вновь набирая высоту, Вос с жестоким удовлетворением наблюдал, как разбегаются те маги, у кого сдали нервы. Почти все воздушные и даже трое огненных. Псам изменяет храбрость, когда враг легко расправляется с хозяином. Ещё два-три таких удара, побегут и остальные! Краем сознания, сохранившим хладнокровие, маг понимал, что сейчас не похож сам на себя и позднее, возможно, ужаснётся, вспоминая свои действия и мысли, но сейчас ветер свистел не только в ушах, но и в голове. А переливы музыки перьев были важнее человеческих жизней и страхов. Он часть стихии, а стихии чужды чувства смертных.
Внизу полыхнул огонь. Да, жёстко они, по своим же, хотя с трусами во все времена мало церемонились… Воздушные попадали кто где, вжимаясь в землю, может, действительно оглушённые, а может, таким был приказ, а вот тройке огненных паникёров пришлось топать обратно.
«Рокетболы» вновь взмыли в воздух, и Вос слишком поздно понял, что на этот раз Гильдия избрала другую мишень. Яростный крик, подкреплённый ударом крыльев, породил штормовой порыв, ударивший по заклинаниям и сбивший верный прицел, не смог защитить зрителей на стене.
Шесть багрово-оранжевых клякс бессильно стекли по стене, но три взорвались прямо над головами людей. В бессильной ярости Вос смотрел, как Сидона сбила с ног Диша и встала над ним, раскинув руки и до предела усилив ауру. Как лиму суматошно закрывают лица и головы закованными в броню руками. Как торговец вжимается в стену, накрывшись с головой обычным плащом, как будто от огненного дождя можно защититься так же просто, как от водного.
Маг уже рвался вниз, сжимаясь от страха не за себя — за друзей и любимую женщину. Воздушные перья чирнули по стене, сметая искры и пепел.
Ему хотелось плакать от облегчения. Сидона испуганно улыбнулась ему, не замечая, что огонь сотворил с её подолом и концами длинных волос, ветром выброшенных за пределы ауры. Диш ругался, пытаясь выбраться из-под супруги, лиму торопливо стряхивали искры с каменных доспехов. Один из лиму лера мучительно стонал, срывая с тела накалённую металлическую броню, ещё один, судя по всему, сорвался вниз. Торговца заливали из бурдюков. Недаром местные выпивохи сравнивают это пиво с мочой. С пламенем некачественный напиток справлялся великолепно.