Это была не она, и здесь логика возобладала. Труп находился в одной из спален – был подвешен к потолку. Хорошее крепление, раз оно выдержало вес взрослой женщины!
Она все еще была в наряде монашки, хотя Вадим сильно сомневался, что она имеет хоть какое-то отношение к церкви. Просто не сочла нужным переодеваться, а может, так хотела успокоить девочку, похищенную ею.
Женщина была немногим старше его. Опасной она точно не выглядела! Кому понадобилось ее убивать? Но кому-то все-таки понадобилось, раз ее повесили здесь… Да еще и метод такой выбрали! На самоубийство не тянет, и к чему такая демонстративность – непонятно. Даже если они просто не хотели привлекать внимание соседей выстрелами, существует масса способов тихого убийства. А они выбрали вот такой. Вадим надеялся, что ребенку не пришлось смотреть на это.
В том, что Лиза была здесь, он не сомневался. Не только из-за курточки, на полу валялись игрушки, в углу комнаты – упаковка от них. Похоже, все это купили маленькой пленнице, чтобы она не плакала.
Оставалось только понять, что случилось дальше.
– Ребенка точно нигде нет? – спросил он. – Вы все осмотрели?
– Все. Здесь вообще больше никого нет, ни живого, ни мертвого.
Теоретически Сильвер мог вот так расправиться со своей подельницей. Но поверить в это Вадим не мог. Такое убийство – не почерк вора. Даже если Сильвер осознал, что он подставился, позвонив из собственной квартиры, он мог сбежать, а убивать зачем?
Убийство эту версию и губит. Торопясь скрыться, Сильвер в жизни не стал бы устраивать эту показуху с повешением.
Хорошо, ну а дальше-то что? Где теперь искать ребенка?
Вадим достал из кармана телефон, набрал номер охранного пункта в больнице. Ответили ему мгновенно – он проинструктировал их, чтобы всегда были на связи.
– С ней кто-нибудь связывался? – коротко поинтересовался он.
– Нет, ни единого звонка, – отрапортовал охранник.
– Но ее телефон включен?
– Да. И она не спит.
– Хорошо. Смотрите в оба, здесь творится что-то непонятное.
– Так точно!
Он увеличил охрану больницы вдвое, у всех имелось боевое оружие. Понятно, что на штурм больницы никто не пойдет, но лучше подстраховаться. В нынешней ситуации уже не знаешь чего ожидать!
Вадим спустился на первый уровень квартиры, более подробно осматривать труп он не считал нужным. Этим пусть эксперты занимаются. Он же перешел на кухню, где сейчас никого не было.
От недостатка сна и нервного напряжения слегка кружилась голова. Это не смертельно, нужно просто немного свежего воздуха. В переполненной квартире с этим беда, даже если она такая просторная!
Поэтому Вадим направился к окну, чтобы проветрить кухню, и с удивлением обнаружил, что оно и так приоткрыто.
Причем приоткрыто весьма странно. Вместо того чтобы полноценно открыть или закрыть его, кто-то прикрыл окно до максимума, но вставил между ним и рамой незажженную сигарету, чтобы оно не закрылось окончательно. Со стороны кухни окно было подперто большой хрустальной пепельницей, и это мешало ему открыться.
Довольно странное действие. Кто таким будет развлекаться? Особенно в свете последних событий, когда и так ситуация обострилась! Можно, конечно, списать все на действия не самого умного охранника, но здесь же совсем логики нет, даже развлечение никудышное!
Для начала Вадим внимательно осмотрел окно, чтобы убедиться, что это не какая-то хитроумная ловушка. Но нет, никакой хитрости, сигарета и пепельница! Тогда начальник охраны приоткрыл окно, достал сигарету… и почти сразу позабыл о ней. Потому что услышал снаружи, из ночной темноты, детское всхлипывание.
На девятом этаже! Вадим понимал, что это нереально, не завис же ребенок в воздухе! Однако звук был четким, он, отец маленькой дочки, не мог его ни с чем перепутать!
Открыв окно нараспашку, Вадим выглянул наружу, насколько это позволяли банальные нормы безопасности.
– Эй! – позвал он. – Где ты? Лиза?
Ответа не последовало, но это было и не нужно. Потому что, осмотревшись по сторонам, он увидел, где распологается источник всхлипывания.
Квартира находилась в элитной новостройке, а такие здания обычно стараются разукрасить. Почему-то такие нефункциональные детали позволяют поднимать цены на жилье до небес. В данном случае дизайнер разместил вдоль окон металлическую решетку сантиметров в сорок шириной.
Предполагалось, что на ней будут стоять вазоны с цветами. Многие жильцы так и делали, и смотрелось это достаточно интересно. Но Сильвер любовью к подобным уютным деталям не отличался, он никакие цветы расставлять не спешил. Поэтому теперь на свободной решетке, в полуметре от окна кухни, сидела маленькая девочка.
На высоте девяти этажей над землей, в прохладной майской ночи.
Лиза была напугана, она смотрела только вперед и плакала. Девочка сжалась в комок, льнула к стене, и на фоне бездны внизу ее фигурка казалась совсем жалкой.
– Лиза… – снова обратился к ней Вадим. – Не бойся. Я друг твоей мамы, она послала меня, чтобы забрать тебя домой!
Взгляд девочки наконец сфокусировался на нем, но на этом все. Она не двинулась с места.
– Что здесь происходит? – поинтересовался командир, заходя на кухню.
– Ребенок на решетке, с той стороны, – сообщил Вадим. – Быстро спасателей вызывайте! И психолога!
– Понял!
Психолог бы тут справился, конечно, лучше, но ждать его приезда Вадим не собирался. Решетка, на которой сидела Лиза, не выглядела слишком уж надежной… что, если она сорвется? Или ветер заставит малышку потерять равновесие? Нельзя ее там оставлять, это постоянный риск!
Поэтому Вадим вернулся к окну, ободряюще улыбнулся Лизе.
– Иди сюда! Твоя мама ждет тебя, она очень беспокоится! Не пора ли вернуться к ней?
Девочка все еще смотрела на него перепуганными глазами, из которых одна за другой скатывались крупные бусины слез. Она была в одном только легком платье, которое еще подошло бы для прогулок днем, и то в сочетании с курточкой, оставшейся в прихожей. Сейчас же похолодало, и девочка замерзла. Это лишь увеличивало шансы ее падения.
Он стал на край подоконника настолько, насколько это было вообще возможно. Наступать на решетку Вадим не решался: его вес эта железяка точно не выдержит! Тогда вниз полетят они оба.
Держась за раму, он протянул девочке руку. Лизе нужно было лишь чуть-чуть податься вперед, чтобы коснуться его. Но она продолжала дрожать у стены испуганным зверьком.
– Не бойся меня. Те, кто тебя обижал, уже ушли отсюда. Они не вернутся! А тебя ждет мама, она беспокоится. Ты же не хочешь, чтобы мама беспокоилась?
Лиза неуверенно кивнула. Это уже был прогресс, значит, она воспринимает его речь, а не запугана до ступора!
– Вот так, не будем пугать маму! Иди сюда, и я тебя лично отвезу к ней! Тебе тут холодно, давай домой!
Лиза попыталась встать на ноги. В этот момент решетка опасно заскрипела и даже чуть накренилась. Девочка испуганно ойкнула и снова сжалась в комок.
А Вадим едва удержался от того, чтобы выругаться вслух. Похоже, эта цветочная подставка закреплена еще хуже, чем он ожидал! Он даже видел, как некоторые болты отошли от стены – скорее всего это произошло, еще когда Лиза забиралась сюда.
Нужно ее снимать, немедленно. Неизвестно, сколько еще решетка будет держать.
– Лиза, не бойся. Просто возьми меня за руку. Я тебя вытащу и все будет хорошо!
Решетка продолжала прогибаться, теперь уже безо всякого движения со стороны девочки. Становилось очевидно, что долго она ребенка не продержит.
– Лиза, давай!
Его окрик подействовал. Девочка зажмурилась и подалась вперед, сжимая его руку обеими руками. Вадим потянул ее на себя – и вовремя. Потому что та часть решетки, где сидела Лиза, со скрежетом отломилась и полетела вниз, в пустоту.
Но это было уже неважно. Потому что Вадим сразу же втащил девочку на кухню. Подоконник был слишком узок, чтобы удержать на нем равновесие, и мужчина знал, что упадет. Но упадет внутрь, а это уже не страшно! Он четко понимал, как закрыть Лизу, принять удар на себя, чтобы она не пострадала.
И даже это ему делать не пришлось. Потому что кто-то осторожно поддержал его сзади, не дал упасть. Он и не заметил, когда силовики вошли в комнату…
Лиза жалась к нему, как перепуганный котенок, прятала голову на груди и отказывалась отпускать. Ее худенькое тело было холодным, она замерзла на ветру, дрожала – от холода и страха одновременно. Вадим не стал отстранять ее от себя, только торопливо снял куртку, чтобы накрыть девочку сверху.
Тогда он и заметил, что к запястью малышки туго примотана записка.
Квартира производила странное впечатление. С одной стороны – явно дорогая. На это указывал метраж, наличие двух уровней, натуральная кожаная мебель, хрустальные люстры повсюду, картины, паркет… А с другой стороны – создается ощущение цыганского табора. Диваны красные, кресла черные, хрусталя слишком много, и его блеск давит, тяжелые позолоченные рамы отвлекают внимание от картин. Создавалось впечатление, что дизайнеров интерьера сюда не то что не приглашали – даже активно прогоняли их, чтобы, не дай бог, элегантностью не повеяло. А хозяин просто оформлял квартиру по своему вкусу и представлению о дорогом жилье.
В эту версию Вика готова была поверить. Потому что владелец квартиры, Евгений Жалевский, успел достать ее за то время, что они ждали у дома. Ныть перед Вадимом и полицейскими он не решился. Зато потом оттянулся по полной! Мельтешил, стенал, заламывал руки…
И ведь не бедный он, и квартира застрахована. Просто… суетливый какой-то. И злобный.
– Нет там никакого ребенка! – продолжал ворчать он, когда они поднимались на девятый этаж. – Даже не было, это какая-то ошибка! А если и есть… это ребенок не стоит столько, во сколько мне обойдется ремонт квартиры!
Вроде как предполагалось, что это солидный бизнесмен, который должен держать себя в руках. А ведет себя как худшая версия базарной торговки, у которой птицы три семечки украли! Его нервозность раздражала, и Вике лишь чудом удавалось сдерживать