— Мы сегодня выходим за две больших стадии до заката, — ко мне подошел виденный вместе с Сар Тоном командир, в этот раз без платка на шее. — Меня зовут Ас Локом, можно называть сотник Лок или просто Лок в ситуации вне расписанного контракта или на привалах. А как лучше обращаться к тебе? — Спросил он, подсаживаясь за мой столик с явным желанием разузнать обо мне как можно больше.
— Жар, — назвал ему личное имя.
— Значит так… Жас… Жарс… — сотник произнёс моё короткое имя с лёгким искажением, оно заметно отличалось от большинства привычных имён здешнего народа. — Сколько у тебя личных вещей? При нашем отряде сопровождения имеется одна большая телега. Больше брать нам купцы запрещают, вдруг мы им серьёзную конкуренцию составим? — Он невесело усмехнулся. — На неё мы положим провиант для себя, больше рассчитывая на удачную охоту в пути. Ты можешь положить в неё один мешок личных вещей. Рекомендую быстро набрать на местном базаре какого-либо товара в объём того мешка, в цивилизованном краю его куда выгоднее продашь.
— Есть какие-то предпочтения? — Я призадумался напоказ. — Ткани там, медь, бронза, что-то ещё?
— Хорошие ткани купцы уже все забрали, что осталось у перекупщиков — дешевый мусор, — сотник покачал головой. — Из металлов в центре континента ценятся только кристаллическая и чёрная бронза плюс «белый металл». Любые изделия Береговой Республики, если сумеешь достать. Рекомендую накупить как можно больше ягод силы, они везде пользуются хорошим спросом. Ты ведь с соплеменниками общаешься? — Я кивнул. — Они тебе точно продадут. Вдруг кто предложит порошок радости — сразу откажись. За него в цивилизованных краях вытягивают жилы и медленно вынимают кишки, оставляя ещё живую жертву сушиться на помосте для закоренелых преступников. Откупиться от публичной казни способны только богатые купцы и члены тайной гильдии попирателей устоев. Специи и заварки из горных трав тоже легко найдут ценителей. Природные самоцветы только крупные и чистые. Хотя их все здесь республиканцам продают.
Ну, со списком товара я определился сильно заранее, ещё до прихода в поселение первого каравана. Пополнил запас ягод силы через толстых вождей, у них же разжился душистыми и приятными в заварке травами. Они плотно контролировали всех местных перекупщиков подобного товара. Немного самоцветов взял у старика, вместе с заготовками клинков из как бы «чёрной» бронзы. То есть из обычного отхода с примесью железа, покрывавшегося густой чёрной патиной. Судя по всему — этот сплав и назывался в других местах «кристаллической бронзой». Твёрдый, гибкий, хорошо точится и куётся. Жалко только ядовит из-за базовой присадки вредного бериллия. Столовые приборы лучше делать из чего-то другого. «Белый металл» серебро стараются скупить республиканцы, оно у них тоже высоко ценится. Помимо монет для внешней торговли идёт на различные фляги и столовые приборы, а может куда-то ещё. С приходом каравана цены на местном базаре сильно скакнули. Где-то вдвое, а то и сразу на порядок. Спрос ведь стал гораздо выше предложения.
— Благодарю за совет, у меня уже всё собрано, — кивком выразил сотнику лёгкую признательность. — Личных вещей ровно на один заплечный мешок. Если нужно — могу понести его на себе, вес рассчитан на длительные переходы, — рассказывать про свои способности тащить больший груз я постеснялся, мало ли захотят запрячь как тягловую скотину.
— Теперь по оружию… — сотник принял информацию к сведению, переходя к другой теме. — Я понял — ты больше надеешься на ручной метатель, а сколько у тебя дротиков? В моём отряде каждый боец должен нести хотя бы по шесть штук.
Шесть коротких копий в перевязи — это много, тяжело и ужасно неудобно. Разве только таскать в креплении на спине. Но оттуда их сложно выхватывать, сильно страдает темп бросков. Лично я обхожусь лишь четырьмя заметно облегчёнными по сравнению с обычными дротиками в нагрудной перевязи, да и то с большим удовольствием бы полностью отказался от них. Лучше повесть на грудь второй колчан стрел.
— От меня больше пользы на заметном удалении от грозящей опасности, — мне захотелось сразу определить предпочтительную тактику. — Мои стрелы так же опасны, как и ваши дротики. Да и дистанция применения дротиков с моих рук вдвое выше. Редко когда вёрткой цели удаётся избежать поражения. Дротики у меня особенные, их всего пять, один запасной.
Сотник долго размышлял, прежде чем ответить.
— Мне нужен опытный и проворный концевой боец, — наконец-то заговорил он. — Я обычно нахожусь в центре идущего каравана, чтобы мои команды хорошо слышали все. Ящеры могут напасть в любой момент, пропустив авангард или вообще бросившись вдогон с целью утащить отставшего замыкающего. Но чаще атакуют именно первого бойца. Типичная тактика движения — перед караваном идут четверо бойцов, один приманкой чуть впереди. При атаке группы рептилий авангарду нужно забросать их дротиками и быстро отступить под защиту основного коллектива. Замыкают караван двое, сидя на нашей телеге. Задача та же — при опасности быстро откидаться и отступить.
— А как действовать при стычке с разбойниками? — Мне стало любопытно.
— Примерно так же, как с ящерами, — сотник усмехнулся. — На нашем пути могут встретиться лишь дикари вроде твоих соплеменников. Есть достаточно крупные племена лесовиков. Их тактика нападений схожа с ящерами, разве только они метко швыряются заточенными палками и камнями. Вдруг с нами пересечётся кто-то более серьёзный — с ним разбираться придётся мне одному. Вы все ему не противники. Я постараюсь успеть крикнуть команду, чтобы вы отпрянули в сторону или спрятались за телеги. Но для нашего похода основная опасность именно ящеры. Их будет много.
— Хорошо… — я достаточно быстро понял, чего от меня ждут. — Можешь смело ставить меня лидером или замыкающим на постоянной основе. Кроме дротиков я ловко кручу клинком, ни одна рептилия целиком мимо не проскочит.
— Проверю… — сотник Лок даже улыбнулся, до этого упорно держал хмурый вид лица. — Постарайся меньше общаться с другими бойцами нашего отряда, — посоветовал он. — Больше слушай и меньше говори. Для них ты навсегда останешься дикарём, глупо пытаться их переубедить. Скорее получишь неудачно брошенный дротик в спину. И ещё. Вдруг кого из них случайно порвут ящеры — это будет не твоя забота. Ты сам по себе — они сами по себе. Строго держи занимаемое при движении место и слушай только мои команды, как будто плохо понимаешь «Общий» язык.
— Понял, — ещё один кивок выраженной признательности.
Везде чувствуется какой-то подвох даже в сплочённом общей опасностью отряде наёмников. Куда только катится очередной мир?
Выходили мы в уже постепенно сгущавшихся сумерках. Сам караван из тридцати шести телег вышел ещё днём, их сопровождали знакомые мне горцы. Куда он двинулся было и так очевидно. Тягловые ящеры медлительны, тянут приличный груз со скоростью ленивого пешехода. Запрягаются в телеги по одному и погонщика на каждого не требуется. У них развитое стадное чувство, идут цепочкой друг за дружкой. Флегматичные и мало агрессивные твари, если, конечно, хорошо накормлены. Едят всё подряд, начиная от свежей зелени прямо с веток, кончая мясом видового родственника. Да и кости легко разгрызут. Часть телег каравана везла комбикорм для ящеров. Брикеты из орехов, съедобных клубней и перемолотой зелени. При большой нужде пойдёт и в пищу человеку. Но сейчас в лесу трудно совсем уж оголодать, годная пища буквально бежит сама к тебе, успевай только отмахиваться.
Дождавшись положенного срока, мы тоже двинулись по дороге в дальние края, догоняя ушедших вперёд купцов. Ближайшая стоянка поблизости от знакомого поселения горцев. Я внимательно смотрел на других наёмников, моих сотоварищей. Все на подбор рослые молодые парни лет двадцати или чуть больше. Сходно одетые и вооруженные, но весьма неприлично на мой придирчивый взгляд расслабленные. Как будто вышли на простую прогулку по безопасному парку. Сотник представил меня им хорошим следопытом, а потому моё место идти впереди всех. Народ дружно поперхнулся, попытавшись скрыть ехидные ухмылки, прекрасно понимая назначенную дикому мелкому горцу роль расходной приманки. Буквально до первого ящера. И пусть у него броня и оружие заметно лучше, чем у них всех. Найдётся чего поделить в узком кругу при его безвременной кончине от зубов и когтей голодной рептилии. Пока же шли по расчищенным горцами местам, да и брачный сезон у ящеров здесь ещё продолжается. Вот когда отойдём дальше от гор — тогда стоит серьёзно опасаться. И, боюсь, мне придётся отрастить глаза ещё и на затылке. Уж очень взгляды нескольких боевых «сотоварищей» оказался неприязненными. С такими мыслями я и дошел во главе колонны до выделенного нам под стоянку расчищенного от леса ровного участка. Купцы же договорились с горцами о стоянке основного каравана внутри круга стен. Быстро стемнело, народ зажег маленькие масляные лампы и в их свете ставил походные шатры.
— Чего стоишь, давай, тащи! — Прикрикнул на меня кто-то из молодых парней, сунув мне в руки какой-то тёмный тюк.
И ведь встал в стороне от суеты, привычно оглядывая темноту и держа дежурный дротик в правой руке. Тюк громко свалился на землю, чем-то звякнув. Я же остался совершенно равнодушным к понёсшемуся вслед за падением потоку грязных ругательств.
— Отстань от него, он тебя просто не понимает! — Мне на выручку быстро пришел сотник Лок.
— Но он… — парень явно хотел чего-то возразить, получив крепкую затрещину.
— Ещё раз повторяю… — зло прошипел сотник, вокруг нас как-то быстро стало многолюдно. — Он выполняет только мои приказы, причём те, которые хорошо понимает. — Ты понимаешь? — Обратился он ко мне, я смотрел на него словно пустое место, и это все хорошо видели в свете мерцающих ламп. — Охраняй! — Подал Лок команду, я утвердительно кивнул, перехватил оружие и отошел в сторону, обозревая темноту.
— Неужели он там хоть что-то видит…? — Спросил кто-то из парней.
— Лучше чем ты днём, Руф, — ответил наш командир. — Как ты думаешь, почему я взял в отряд лишь одного дикого пацана, а не дюжину взрослых охотников из местных племён, как мы раньше хотели? — В ответ послышалось что-то нечленораздельное. — Потому старайтесь его напрасно не провоцировать, сложно сказать, что он выкинет, если вы реально достанете его.