Последнее пророчество — страница 23 из 56

Джонс уже поднял пистолет и целился ему в голову. В другой руке он держал телефон.

— Позвоните, док. Вы должны достать для меня эту сыворотку. А потом введете ее нашей малышке, и мы увидим, кто прав.

Доктор Гринберг опустил голову. Сопротивляться он не мог. Его держали крепко.

— Ладно. Я позвоню. Но просто выписать рецепт на это средство нельзя. Потребуется время. Возможно, несколько дней.

— Слишком долго, — сказал Джонс. — Мой работодатель терпением не отличается. — Он посмотрел на часы. — Достанете сыворотку к сегодняшнему вечеру.

— К вечеру?!

— Подведете меня, док, и вам придется смотреть, как я поработаю с ней по-свойски. А потом и вам пущу пулю в глаз. Так что выбирайте сами.

27

Саванна, Джорджия

Остаток дня Бен провел в своих роскошных апартаментах, сидя на кровати с книжкой Клейтона Кливера.

Книга складывалась из двух частей. В первой рассказывалось о том, как скромный проповедник из Алабамы стал вдруг глашатаем апостола Иоанна, явившегося к нему несколько лет назад в чудесном видении. Стараясь убедить читателя в правдивости своего рассказа, автор демонстрировал незаурядный писательский талант. Последняя страница представляла собой отрывной купон, используя который читатель мог сделать пожертвование в пользу Фонда Кливера, собиравшего, в частности, средства для реализации политических амбиций автора.

Во второй части Кливер рисовал устрашающую картину исполнения пророчества Судного дня, основываясь по большей части на Книге Откровения, евангелическом тексте Нового Завета, авторитетнейшем источнике для миллионов христиан, в первую очередь американцев, верующих в приход конца света.

Материалом Кливер владел отлично и свои мысли излагал убедительно, напористо, ясно и с полной уверенностью в собственной правоте. В обоснование своих взглядов он приводил множество примеров, поддерживая каждый цитатой из Книги Откровения. Глобальное потепление и разрушение общественного устройства, по его мнению, предвещали приход Антихриста, за которым следовал Армагеддон, последняя битва между Добром и Злом, в коей вернувшийся Христос навсегда сокрушит своих врагов и поведет истинно верующих к вечной славе.

Бен обратил внимание, что Кливер, как и подавляющее большинство евангелических христиан, твердо придерживается того мнения, что все библейские книги «Иоанна» есть плод труда одного человека, апостола Иоанна, возлюбленного ученика и верного последователя Иисуса, свидетеля его казни, первым поверившего в воскрешение Христа. Согласно традиции, нашедшей отражение и в книге Кливера, после вознесения Иисуса Иоанн много странствовал по свету, проповедуя Евангелие. Схваченный римлянами и брошенный ими в кипящее масло, он чудесным образом, ничуть не пострадав, избежал смерти. Смущенные явленным им чудом, римские власти сослали апостола на заброшенный греческий островок Патмос, неподалеку от побережья нынешней Турции. Там Иоанн и написал свой самый необычный, самый мрачный труд, пророческую Книгу Откровения, в которой изложил собственное видение будущего. Глубоко трагическая, наполненная страшными образами, книга эта оставила на общественном сознании отпечаток, след которого не стерся и по прошествии тысячелетий.

Далее Кливер рассказывал о том, как святой Иоанн явился к нему собственной персоной и недвусмысленно подтвердил, что конец света уже близок и что истинно верующим должно сплотиться. Дальше будет хуже.

Бена интересовало другое. Насколько хорошо автор знаком с теологическими исследованиями данного предмета? Многие современные исследователи не соглашались с утверждением, что Евангелие от Иоанна и Откровение написаны одним человеком. По их мнению, следует различать по крайней мере трех Иоаннов: Иоанна Евангелиста, Иоанна Проповедника и Иоанна Патмосского. Именно последний, в чем сходилось большинство, и был автором апокалипсического Откровения. Но был ли он тем Иоанном, что назывался среди двенадцати учеников Христа? Кровавые, жестокие картины Откровения, резко контрастировавшие с куда более мягким, философическим тоном Евангелия от Иоанна, наводили на мысль, что это труды разных людей.

Выдвигались и другие теории. Некоторые, более умеренные исследователи допускали, что святой Иоанн был автором Откровения, но написал его под воздействием галлюциногенов. Иные сторонники жесткой линии доказывали, что Иоанн Патмосский мог быть вообще кем угодно, и, следовательно, Откровение следует исключить из Нового Завета. Так или иначе, удручающий все стороны недостаток доказательств препятствовал окончательному установлению истины.

Между тем, как заметил Бен, читая книгу Кливера, бурные теологические споры в академических кругах не затронули ядро евангелической веры. Проповедник из Джорджии твердо стоял на своем: его прямая связь со святым Иоанном есть единственное необходимое доказательство того, что нынешние поколения доживают последние дни.

И все это имело какое-то отношение к случившемуся с Зои Брэдбери. Ее власть над Клейтоном Кливером основывалась на библейском пророчестве.

«Но как?»

Бен раздумывал об этом несколько часов, но так и не пришел к однозначному выводу. Время подошло к семи — его ждал обед с Августой Вейл и встреча с автором нашумевшей книги.

28

Выйдя из домика, Бен направился к особняку. Улыбающаяся Мэй, радостно щебеча, провела его в роскошный холл. Из гостиной уже доносились голоса — женский, мисс Вейл, и мужской. Бен вошел. Гость, разговаривавший о чем-то с хозяйкой, поднялся и шагнул ему навстречу.

Это был мужчина лет пятидесяти с лишним, в пошитом на заказ светло-сером костюме, похоже итальянском. Сквош или теннис помогали ему поддерживать хорошую форму, и некоторый избыток веса напоминал о себе лишь легкой округлостью в районе пояса да наметившимся мешочком под подбородком. Был он примерно одного с Беном роста, чуть меньше шести футов. Зачесанные вверх густые темные волосы умело скрывали седину. Протянув руку, он широко улыбнулся.

— Клейтон, это тот молодой человек, о котором я вам рассказывала, — сказала мисс Вейл. — Бенедикт, для меня большое удовольствие представить вам моего дорогого друга, Клейтона Кливера. Или, правильнее, губернатора Кливера?

Клейтон послал ей белозубую улыбку.

— Все в руках Господа, Августа. Все в Его руках. Пока еще говорить рано.

— За тобой девяносто процентов Джорджии, так что ждать осталось недолго.

Сжав руку Бена сухими сильными пальцами, Кливер приветствовал его, как брата, с которым не виделся много лет.

— Искренне рад познакомиться с вами, Бенедикт, — сказал он с неподдельной теплотой. — Я могу называть вас Бенедиктом?

— Я тоже очень хотел познакомиться с вами, мистер Кливер.

— Пожалуйста, без церемоний. Зовите меня Клейтоном. Августа говорит, вы верующий. Это замечательно. Замечательно.

Служанка поставила на столик поднос с канапе и мартини. Некоторое время разговор вертелся вокруг погоды — в Англии одно, в Джорджии совсем другое, — о том, что следовало бы посмотреть гостю в Саванне и как преподается теология в Оксфорде.

— На последнем году вам, наверное, предстоит выбрать специализацию. У вас есть какой-то особенный интерес? — поинтересовался Кливер.

— Вообще-то с выбором я уже определился, — ответил Бен. — Тема моего исследования — библейское пророчество.

Мисс Вейл и Клейтон переглянулись и одобрительно кивнули.

— Я так и знала, что вам суждено было встретиться, — заметила хозяйка. — Лучшей компании не найти. Вы еще не успели…

— Прочитать книгу Клейтона? — закончил за нее Бен. — Читал всю вторую половину дня. Не мог оторваться.

— Вот как? Спасибо, сын мой. Если хотите, я могу подписать ее вам.

— Для меня это большая честь.

Вошедший в гостиную дворецкий торжественно объявил, что обед подан. Мисс Вейл и ее гости перешли в столовую. Стол был никак не меньше пятнадцати футов длиной, под роскошной хрустальной люстрой благородно поблескивало серебро. Мисс Вейл заняла место во главе стола. Бен как почетный гость сел справа от нее, а Кливер напротив него. Служанка подняла крышку с серебряного блюда.

— Копченый лосось из собственных садков нашей чудесной хозяйки, — пояснил Клейтон. — Лучшего не найти на всем Юге.

Выпив шампанского, принялись за еду. Клейтон явно чувствовал себя как дома.

— Итак, Бенедикт, мы говорили о библейском пророчестве…

— Вы можете спрашивать его о чем угодно, — вставила мисс Вейл. — Лучше Клейтона Библию не знает никто.

— Как человеку, изучающему Библию, могу сказать: мы переживаем один из самых волнующих моментов истории. Ждать уже не нужно — время пришло.

— Из вашей книги я понял, что апокалипсические пророчества Библии вот-вот сбудутся. Вы, похоже, твердо в этом уверены.

— Вы и сами это знаете, Бенедикт.

— Мне известны различные интерпретации, с которыми выступают исследователи Писания. Например, некоторые теологи придерживаются того мнения, что Книга Откровения не имеет права считаться частью Нового Завета.

Клейтон мгновенно помрачнел.

— Интерпретаторы, чтоб им… — Он посмотрел на хозяйку. — Извините, Августа, но меня тошнит от этих так называемых исследователей. Они как будто ходят по кругу с закрытыми глазами. Оглянитесь, Бенедикт. Посмотрите вокруг себя. Правительства, экономика, культура — вся мировая система вот-вот рухнет. Повсюду, буквально за каждым углом, таятся хаос и разрушение. Точь-в-точь, как сказано в Библии. — Он выставил обвинительный перст. — Знаки налицо. Настало время приготовиться и принять Господа нашего, Иисуса Христа, в души наши, потому как мы все стоим сейчас на пороге конца времен. А эти интерпретаторы только и делают, что, уподобившись котам, гоняются за собственным хвостом. Как можно интерпретировать Слово Господне? Дабы понять, что Он говорит нам, нужно всего лишь открыть уши и сердце.

Клейтон поднес к губам бокал с шампанским.

Прекрасно отрепетированная сцена в исполнении великолепного шоумена и умелого телепроповедника. И все ради мисс Вейл. Судя по восторженному выражению, хозяйка была полностью во власти его чар. Такой человек стоил ста миллионов — похоже, старушка нисколько в этом не сомневалась. Интересно, получил ли Кливер то, на что рассчитывал, или еще нет? По крайней мере, держался он абсолютно уверенно.