Поморщилась.
– Нет, не так! – топнула ногой и прокричала: – пусть полюбят меня! Искренне, безнадежно, чтоб сердце щемило до боли и душу рвало на лоскуты. Пусть любят меня, не меняя, не требуя жертв, не жалея! – опустила голову и тихо добавила: – ну а если богатый, так еще лучше.
Подняла глаза к небу. Звезды мчались, спешили потухнуть. Они походили на спички, внезапно загорающиеся, вспыхивающие пламенем и так же внезапно гаснущие. На смену одной приходила другая, и не было им конца. «Как скоротечна жизнь звезды. Она умирает, исполняя желание людей», – думала Катя, любуясь небом.
Ее внимание привлекла яркая, самая большая звезда. Она не гасла и приближалась к Земле. Катя вскочила на ноги, когда поняла, что звезда не потухнет, что она летит на Землю и упадет на остров.
По лесу промчался гул, у Кати заложило уши, а следом теплая воздушная волна, оттолкнувшая Катю на шаг, ближе к обрыву. Птицы метнулись ввысь, деревья заскрипели.
Она побежала туда, куда упала звезда. «Лишь бы успеть, лишь бы первой увидеть звезду». Спотыкалась о корни, падала, ударялась о камни и коряги, исцарапала лицо ветвями, а сучья изорвали ей одежду.
Она выскочила на опушку с поваленными деревьями. У дымящегося котлована стоял парень. Он обернулся, и Катя обомлела, сердце сжалось от волнения, дыхание перехватило. В руке у него камешек, похожий на кварц, сияющий голубым, мягким светом и озаряющий лицо. Тонкий нос и пухлые губы, глаза, словно потухшие угольки, а волосы как сажа.
«Опоздала», – с досадой подумала Катя, – «её уже нашли».
– Это и есть звезда? – с придыханием спросила она.
Парень кивнул. Катя представила, что чудный камешек висит у неё на шее, подчеркивая цвет глаз. Она ясно увидела себя в голубом платье на вечеринке. С ней хотят танцевать, хотят дружить. Тогда уж подруги перестанут над ней посмеиваться, а Машка подавится от зависти.
Но этому не бывать, ведь она не успела, камень достался другому.
Парень скромно улыбнулся и протянул камень Кате.
– Оно твое, – сказал звонким голосом, от которого у Кати похолодело в животе и защекотало в горле.
Он положил камень ей в ладони, бережно и нежно, словно передавал что-то живое. Кончики пальцев коснулись её рук, по телу промчалась волна, сжигающая сомнения, Катя поняла, что нашла того единственного. Именно его она ждала и искала, парня с черными глазами и звонким голосом, того от чьего прикосновения становится невыносимо тесно в груди.
– Он теплый! – изумилась она.
– Конечно, ведь это сердце звезды, – сказал он, – будь с ним осторожна, не разбей.
Катя рассматривала камень и думала, как лучше его подвесить на шею, сделать дырку для шнурка или не портить камень, а заказать фурнитуру. А может вообще не стоит вешать на шею, а лучше распилить и сделать сережки? Тогда еще и на кольцо останется. Но это все потом, а пока она убрала его в сумочку и взглянула на парня. «Странный он такой, не зная цену камню, отдал его мне. Мы ведь даже не знакомы».
– Меня зовут Катя, – решила представиться она.
– Катя… – протяжно повторил он. – Красивая, как звезда.
Она растерянно заморгала, покраснела и отвернулась. Где-то совсем рядом услышала голоса и трески ломающихся веток.
– Сюда кто-то идет! – она взволновано выпучила глаза. А вдруг они отнимут камень. – Надо уходить.
Минув несколько колючих деревьев, обернулась. Парень стоял у котлована и смотрел ей вслед. Широко шагая, она вернулась, взяла его за руку и повела за собой. Он молчал и покорно следовал за ней.
Вышли из леса, Катя спросила:
– А как зовут тебя?
– Михаил.
Она все еще держала его за руку, хотя нужды в этом не было. Катя ощущала небывалый душевный покой. Её больше не пугали люди, ищущие в лесу упавшую звезду. Возможно, они идут по её следам, но Кате было все равно, она украдкой смотрела на лицо Михаила и чувствовала приятное покалывание на кончиках ушей и легкое жжение на щеках.
– А где живешь? – спросила она. Ей не хотелось расставаться с Михаилом, она молила небеса, чтобы те не разлучили их.
– На небе.
– Значит, мы живем в одном отеле. – Обрадовалась Катя и мысленно поблагодарила тех, кто исполнил её желание.
К отелю вела асфальтированная дорога, по ней идти не больше десяти минут. Даже если не спешить, если ползти как улитка. Кате становилось тоскливо от мыслей, что она проведет с Михаилом так мало времени, а потом они расстанутся, возможно навсегда. Она выстроила в голове маршрут, по которому хотела пройти вместе с ним, держа его за руку: свернуть в ромашковое поле, затем обогнуть лес, выйти к пляжу, обойти весь остров и с первыми лучами солнца подойти к отелю. Но согласится ли он потратить ночь на прогулки с ней? Пока она решалась предложить ночное путешествие, Михаил сказал:
– Пойдем сюда.
Они сошли с дороги, спустились к полю. Мягкие лепестки ласкали ноги, пахло летом, свободой и безрассудством. Катя чувствовала себя ребенком, впервые попавшим под теплый дождь. Только теперь дождем для неё была влюбленность. Сняла босоножки, наклонилась, опустила руку в цветы и побежала против ветра. В лицо попадала пыльца, нос щекотало, а глаза слезились. Михаил не отставал, бежал рядом, смотрел на Катю и улыбался. Резвились долго, добежав до кромки поля разворачивались и бежали обратно и так до тех пор, пока не выдохлись.
Уставшие, но радостные лежали на земле, смотрели на звезды. Вокруг качались желто-белые цветы, летали шмели и пчелы.
– Слышишь, как поют ромашки? – спросил Михаил.
Катя прислушалась, затаила дыхание. Сквозь жужжание насекомых услышала колебание цветов и шелест листьев.
– Смотри, – он вытянул руку, на ладони сидела пчела.
– Фу! Убери ее, она может ужалить! – Катя игриво отстранилась.
Михаил махнул рукой, пчела взлетела. Он проводил её взглядом, а затем сорвал ромашку, повернулся к Кати и заложил цветок ей за ухо.
– Спасибо, – она на мгновение смутилась, но быстро пришла в себя.
– Скажи, а чего ты сейчас больше всего хочешь? – спросил он, глядя ей в глаза.
Катя немного подумала и ответила не решительно:
– Да, ничего особенного…
Именно в эту минуту, в это мгновение, она хотела поцеловать его. Хотела, чтобы он гладил её по голове, чтобы пальцы тонули в волосах. А еще хотела, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась.
– А знаешь, чего я желаю? – он прикоснулся к её щеке, провел пальцами по шее и утонул в волосах. Нежно притянул её к себе и поцеловал.
Они ещё долго лежали в ромашках, говорили о важном, болтали о пустяковом. А потом, обогнув лес, вышли на пляж и любовались восходом белого солнца, бликами на воде и парусником, качающимся на волнах. Но все когда-то заканчивается, ночь прошла и нужно было возвращаться в отель.
У крыльца курили подруги, они молча проводили парочку удивленными взглядами. У рецепции Катя попрощалась с Михаилом, взяла с него обещание никуда не исчезать и ушла в номер. Вскоре объявились и подруги, они набросились на Катю с расспросами. Она устала и хотела спать, на все вопросы отвечала утвердительно: «Да, нашла. Да, богатый. Да, принц». Оля и Полина завидовали шумно и в шутку предлагали отдать Михаила им.
Она засыпала счастливая. Положила под подушку синий камешек и твердо решила не пилить его. Ещё не уснув, но уже задремав, она вспомнила про обещание Маши отдать сумочку, если Катя найдет себе парня. И вот это случилось. «Значит сумочка будет моей? Как бы я хотела, чтобы она стала моей».
Проснулась в испаринах, наволочка промокла от пота. Она чувствовала жар камня, через подушку, щекой. Он горел ярким пламенем, словно лампа. На тумбе, рядом с её кроватью лежала бордовая сумочка, а рядом записка. Катя жадно схватила её, развернула: «Она твоя, подруга», а ниже Машина подпись. Мигом вывалила содержимое своей сумочки с заплатками на кровать и аккуратно, бережно уложила это все в свою новую, стильную от Виктории Бэкхем. Старую швырнула небрежно на пол, рядом с мусорным ведром. «Уборщицы возьмут себе, если надо», – решила она.
Повесила сумочку на плечо и продефилировала перед зеркалом. Осталась не довольна своим видом, платье безнадежно испорчено ночным приключением. Желтые пятна от ромашек не отстирать, а дырки и порезы от веток уже не зашить. Расстроенная подошла к окну, распахнула. Воздух ласкал её разгоряченное тело, задувал в комнату, тормошил волосы спящих подруг. Она проспала целый день. Небо чистое, солнце почти зашло, а на краю бассейна сидел Михаил и смотрел на воду.
Она вышла на улицу.
– Ты чего тут делаешь? – Горечь от испорченного платья ещё оставалась, но её затмевала радость от встречи с возлюбленным.
– Жду тебя, – он скромно улыбнулся.
– Меня? – удивленно произнесла Катя, – а если бы я не вышла?
– Я бы сидел тут и ждал.
– Долго ждешь? – она подошла к нему и села рядом, свесив ноги в воду.
– Целый день, – ответил он и скромно положил ладонь её на руку.
Катя рассказала Михаилу про подарок подруги, про горящий камень и испорченное платье. На что Михаил ответил:
– Платье – всего лишь тряпка, сумка – вещь, а камень – сердце. – Он обнял Катю и добавил: – Оно исполняет желания. Но, как у любого сердца, у него есть предел.
Катя задумалась: «Интересно, а если я пожелаю что-нибудь существенней сумочки, мое желание исполнится?». И тут же загадала часы как у Маши.
– Если залезть в воду, то можно побывать на небе, – сказал Михаил и радостно прищурил глаза. В бассейне отражались ватные облака и синева неба.
Он нырнул прямо в одежде. Рябь смазала очертания облаков.
– Ныряй‚ – позвал он.
Но Катя витала в других облаках. Она решала на какой руке будет носить часы, на правой свободной или же на левой, где у нее браслет. Конечно же браслет придется снять, но часы того стоят, они ведь золотые.
Михаил позвал её снова, но Катя его не слышала, она бежала в номер, где её ждал подарок. Она верила, что часы лежат на ее тумбе, рядом с сумкой.
Предвкушая чуда открыла дверь и кинулась к тумбе. Но там была только сумка. «А может нужно загадывать рядом с камнем? Может он не принимает желания на расстоянии?» Она сунула руку под подушку, достала камень, поднесла его к губам и проговорила: «Хочу золотые часы». Только она озвучила желание, камень шевельнулся, обдал холодом и хрустнул. От испуга она выронила его и отступила. «Что это было?», – у нее перехватило дыхание.