ных до зубов мужчин, летевших в нашем флайере. И вот сейчас они, как привязанные, ходили за дочерью главы своего рода, но та не обращала на них никакого внимания.
— Ждем, господин, — подошел к нам Шемякин, — еще пятнадцать минут.
Наши бойцы, если исходить из плана, составленного моим главой СБ, должны наступать в самом конце. Главная честь первыми вступить в сражение была предоставлена наемникам и отряду рода Трубецких. Я пожал плечами. Ожидание…
Время пролетело практически мгновенно. Ровно в шесть двадцать пять мы вновь поднялись в воздух. На этот раз, наш путь лежал прямо на поместье. А бойцы под командованием Шемякина отправились в лес.
Иомицу — сан оказался, на удивление, опытным пилотом. Он аккуратно провел флайер над самыми верхушками деревьев и, в самом конце леса, резко взмыл вверх. Тут я и увидел действие этого пресловутого лазера.
Глава 10«Переворот»
Оранжевый тонкий луч вырвался из орудия, размещенного под днищем флайера. Руки Иомицу-сан бегали по дополнительно открывшейся панели, рядом с привычной для меня панелью управления. А я, как и все, кто был в летающей машине, за исключением, может быть, Исидо, заворожено смотрел, как луч мечется с одной цели на другую и выжигает артиллерию врага, в первую очередь, зенитные установки. Да, такое не каждый может себе позволить, но Годунов не экономил на защите. К сожалению, сейчас она не смогла помочь его сыну. Несколько уцелевших орудий все-таки сумели дать залп, но наш пилот умудрился сбить их своими зенитными ракетами, а дальше просто уничтожил последние точки сопротивления. На флайер обрушился автоматный и пулеметный огонь, но для летательного аппарата экстра-класса такое было не страшно. Гранатометы, представлявшие серьезную угрозу, перестали таковыми быть, когда пилот поднял машину вверх на сто метров, и оттуда, поплыв вдоль стен, начал методично их обстреливать. С посадочной площадки поместья, которая сейчас представляла настоящее поле боя и была изрыта взрывами, сумело подняться три легких штурмовых флайера. Но тут появилось наше прикрытие. Вверху завязался настоящий воздушный бой. Тем временем, раздался мощный взрыв и ворота в поместье, вместе с частью стены, взлетели на воздух, разбросав по поляне обломки.
Практически сразу в образовавшийся проход ворвались первые нападающие. Надо отдать им должное: наемники, как и бойцы Трубецких, до этого момента были практически не заметны. А может я просто слепой? Сейчас же они темным ручьем вливались в пролом, при активной поддержке магов. Застучали автоматные и пулеметные очереди. Флайер несколько раз тряхнуло. Пилот раздраженно выдал какую-то фразу на японском, после чего Исидо и Наоми синхронно укоризненно посмотрели на него. Но больше всего меня поразила Трубецкая. Она снимала происходящее через иллюминаторы, бегала с одной стороны нашего «воздушного судна» на другую. Наконец не выдержала, и на глазах у всех открыла иллюминатор и, высунувшись из него, продолжила снимать. Бойцы, которым получили ее охранять, буквально силой затащили свою подопечную назад, захлопнув иллюминатор. Их терпению остается только позавидовать. Я бы на месте командира телохранителей точно отшлёпал безрассудную блогершу. Но они сдерживались, скрипя зубами выслушивая ее возмущенные фразы: «Да что вы делаете!», «Такой кадр испортили»!
Тем временем, под нами продолжался бой. Охрана Годуновых закрепилась перед имением, перегородив небольшую площадь несколькими воздушными судами, таким образом, построив своеобразную баррикаду, перед которой поставили плотный воздушный щит. Гранаты, летевшие в него, сбивались молниями. Судя по всему, маги у нашего противника были достаточно могучими.
Но подавляющее превосходство в живой силе быстро сыграло свою роль. Плотный огонь, обрушившийся на защитников, находил все больше и больше брешей в их обороне. А когда подключился наш лазер, точечно выжигая врагов, то всем стало понятно, что сопротивление бесполезно. Иомицу-сан, как я понял, целенаправленно охотился за магами противника, которые, поняв это, попытались сбить флайер. Слава Богам, мы пристегнулись, а Трубецкую это заставили сделать силой. В противном случае, она бы точно себе что-нибудь сломала. Пилот-японец, несомненно, был ассом. Правда, из-за его фигур высшего пилотажа, я еле сдерживался, чтобы не выплеснуть содержимое желудка. И снова единственным человеком, который был весел и возбужден, оказалось Вероника. Девушку совершенно не беспокоили воздушные «американские горки». Такой самоотверженности можно было только позавидовать.
К тому же, с десяток японских наемников темными тенями прокрались во вражеский тыл и теперь на импровизированных баррикадах закипела жаркая схватка. Но в ближнем бою с отлично подготовленными воинами защитники ничего не могли поделать, хотя упорство их впечатляло. По крайней мере, на призывы сдаваться, которые несколько раз уже прокатывались по территории поместья из громкоговорителей, они никак не реагировали.
В конце концов, бойцы Годунова, которых осталось чуть больше десятка, были вынуждены отупить во дворец. Кстати, я слушал все переговоры между нападавшими по рации, и выяснилось, что и в самом поместье они встретили ожесточенное сопротивление, которое длилось недолго. Стрельба стихла.
— Можете садиться, территория зачищена, — раздался голос Шемякина.
И мы, наконец, приземлились. Перелетев баррикаду, опустились на площадку напротив ворот. Как и предполагалось, первым выбрались охранники, за ним я, сразу поставив «щит тьмы». Вновь заработала рация.
— Заходите. Я вас встречу. Во дворце пусто. Защитники сдались, — прозвучал голос Шемякина.
И мы двинулись к входным дверям. Впереди трое японских телохранителей, по бокам от меня Виль и Кари, внимательно оглядывающиеся по сторонам. А потом пятерка охранников Трубецкой и Исидо с моими невестами. Трубецкая рвалась вперед, но ее порыв был мягко, но непреклонно остановлен.
Войдя в двери, прошли просторную прихожую и оказались в небольшом зале, откуда вела широкая лестница на второй этаж, а по обе стороны уходили вдаль коридоры. Все здесь контролировалось наемниками. Спокойно спустившись, нас встретил Шемякин.
— Где Годунов? — осведомился я, почувствовав какой-то подвох. Да и вид моего главы СБ был каким-то виноватым.
— Его нет, господин…
— Что значит нет? — не понял я.
— Командир, — к Шемякину подошел боец с каким-то хитроумным прибором в руках, напоминающим плантел. Он вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул. Вроде один из помощников Ивана, если мне память не изменяет. Правда имени его не помнил… А вот это неправильно. Нельзя надеяться на кого-то. Нужно знать в лицо всех своих офицеров и обращаться к ним, не путаясь.
— Мы засекли флайер. Вылетел пятнадцать минут назад с верхней площадки дворца. Грузопассажирский.
— Марка флаера? — коротко осведомился Шемякин.
— М 45 ВА. Люксовый вариант.
— Понятно. Тридцать человек вместится легко.
— Я распорядился начать преследование.
— Могу поучаствовать, господин? — повернулся ко мне Иомицу-сан, — на нашем флайере быстро его догоним. Особенно, если форсаж включить.
— Согласен, — кивнул я, — куда он направился?
— Судя по маршруту, скорее всего, в сторону Казани, — поклонился мне боец, — там у него брат…
Вспомнил! Передо мной Виталий Остапов. Новый заместитель Шемякина, вместо погибшего Алексея.
— Веромир, — раздался тихий голос Варвары, и на мое плечо легла ее рука, — прошу тебя…
— Иван, — тяжело вздохнул я, — флайер догнать и приземлить. Но не сбивать! Ясно? Иомицу-сан?
— Да, господин, — японец бросил короткий взгляд на взволнованную Годунову, — как прикажете.
— Виталий, слышал меня?
— Да, — кивнул тот, — сейчас свяжусь с пилотами. Я все пять легких флайеров отправил.
— Хорошо. Но не мало ли пяти?
— М 45 ВА пусть и люксовый, но это гражданская модель. На него, конечно, можно какое-то оружие повесить, но что-то действительно опасное вряд ли. К тому же, в экипажах наших флайеров маги. Будут дополнительные щиты…
— Тебе виднее, — согласился с ним, — Иди! Дворец точно чист? — повернулся я к Шемякину.
— Да, господин, — кивнул тот, — все чисто. Тела мы сейчас уберем, но апартаменты, где располагался глава рода, не тронуты. Но, хочу сказать, оттуда много чего забрали… Хотите осмотреть?
Вопросительно посмотрев на Варвару, увидел, как блеснули дерзостью ее глаза.
— Я проведу! — вскинулась девушка и чуть ли не бегом устремилась по лестнице мимо слегка растерявшегося от ее прыти Шемякина.
— Пойдем за ней, — улыбнулся, и мы оправились все вместе в апартаменты Годунова.
Сидя за столом в кабинете моего кровного врага, задумчиво изучал документы, которые, видимо, не успел вывести Павел. Они были разбросаны повсюду, частично затоптаны на полу. Но ничего интересного я не нашел. Остальные мои спутники разбрелись по апартаментам, состоящим из десяти комнат, в одной из которых стояла игровая капсула. Понятно. Теперь нескоро появится Орфей в игре. Видимо, нужно попрощаться с этим персонажем… Думаю, друзья сильно удивятся, узнав о настоящей личности того, кто скрывался за этим ником.
Раздался звонок. Вызов на плантел. Ого, император.
— Привет, Веромир, — голос у Ивана был явно каким-то невеселым, — как у тебя дела?
— Поместье захватили, — отчитался я, — но Годунов сволочь убежал! Загрузился с семьей и вещами и в Казань свалил. Мы за ним погоню послали. Там опытные пилоты, надеюсь не уйдет.
— Ну тогда тебе повезло больше чем нас, — недовольно проворчал император, — ты не поверишь, но Скуратов тоже сбежал. Только вот догнать мы его не сможем. Но обязательно найдем!
— В смысле сбежал? — удивленно уставился я на него. — он должен был в нем ночевать, разве нет?
— Должен, — хмуро ответил император, — с вечера он был в своих покоях. Сам дворец мы взяли под контроль буквально за минут двадцать. Вообще никто не сопротивлялся. Гвардейцы, охранявшие вход в апартаменты Скуратова, были сильно удивлены и все как один уверяют, что никогда и не думали нарушать присягу данную императору. Но с этим мы разберемся. Там уже Трубецкой разбирается со всем. Новая должность как никак. Но вот Скуратова в апартаментах не оказалось. Мы допросили охрану, но никто ничего не видел. Единственное что все-таки удалось выяснить, ночью Скуратов покинул дворец и улетел в неизвестном направлении. И то узнали об этом благодаря бдительности кремлевской охраны. Не все спят на посту слава богу.