Ушел, чтобы в том числе дать им время и возможность не сдерживаться, а самому подумать.
Я понимал, что вместе со Стелой Единства треснул и их привычный мир. Аргус, оплот стабильности и безопасности перестал отвечать на их запросы. Реестр и коммуникаторы засбоили, вызывая на лицах даже повидавших многое Великих Князей растерянность, перерастающую в легкую панику.
Когда я уходил, их сокрытые масками непоколебимости истинные чувства едва отличались от чувств простых горожан, которые столпились на границах оцепления площади и шумели, впиваясь пальцами в ограждения.
Причем их было так много, что во избежание прорыва гражданских в опасную зону, к ограждениям уже стягивались военные. Только вот накренившуюся Стелу Единства было оттуда прекрасно видно и это вызывало среди образовавшейся толпы бурю эмоций.
Люди боялись. Боялись точно также, как и Князья.
И развеять их страхи я сейчас никак не мог. Что я мог сказать?
Что их Аргус кастрированная фальшивка, а Терминалы фикция?
Не поверят.
Тем более, что доказать свои слова мне пока нечем. Также как и нечем крыть логическую цепочку событий, в которой именно потеря резиденции Клана Теней привела к трещине в Стеле Единства и сбоям Реестра.
Что говорить… эта цепочка и меня заставляла крепко задуматься. Если сидящий в Терминале еретик был фальшивкой, (а он был), то какого хрена Реестр так отреагировал на его смерть?
Совпадение?
Или же дело в том, что вместе с резиденцией был разрушен сам Терминал?
Если так, получается, несмотря на то что я не смог попасть через свой Терминал к настоящему Аргусу, он все равно каким-то образом был с ним связан.
С этими мыслями, я шел по площади и чем глубже я заходил, тем отчетливее до меня доносились крики беснующейся у ограждений толпы горожан.
Их растерянность, страх и бессилие постепенно трансформировались в гнев, который те стремились выплеснуть.
На площадь стали прилетать камни, крики становились громче. Ограждения уже едва держались, из-за чего сдерживанием толпы уже занималось чуть ли не больше военных, чем тушением локализованного пожара.
Похоже, семена, которые так старательно сеял в умах горожан Князь Света последнее время, таки дали первый всход.
Едва я об этом подумал, как со стороны ближайшего оцепления появилась женская фигура. Она отделилась от военных и уверенным быстрым шагом направилась мне наперерез.
Я остановился и вежливо подождал, позволяя девушке быстро настичь себя.
Выглядела моя помощница совсем не так, как на обеде несколькими часами ранее, сменив откровенный и изысканный наряд на серебристо-белый деловой костюм. Светлые волосы Лексы были также убраны в украшенный платиновой спицей пучок, а строгий собранный взгляд не имел ничего общего с тем хмельным и веселым взором, с которым мы пили шампанское празднуя мое официальное назначение Князем.
При этом взгляд моей помощницы хоть и был строгим, но в отличие от людей на площади и даже Великих Князей, в нем не было ни единой капли паники. Железная уверенность, собранность и идеальный самоконтроль.
Левой рукой Лекса прижимала к груди планшет, а в правой несла обломанный транспарант.
— «Князь Погибели…» — прочитал я оборванный кусок фразы и хмыкнул, — а что, красиво звучит. Это они про кого?
— Ты и сам понял про кого, Маркус, — без улыбки ответила мне Лекса и, брезгливо развоплотив бедный ватман вспышкой астральной энергии, раскрыла перед мной планшет, — против тебя ополчились все СМИ, — листала моя помощница изображения и видео, слившиеся в один калейдоскоп, где все как один обвиняли меня в уничтожении собственной резиденции.
Кадры с треснувшей и накренившейся Стелой сопровождали каждую новость, а заголовки статей и видео были один другого ярче.
«Изменник!», «Северный шпион!», «Величайший террорист в истории!», «Маркус — разрушитель Империи!»…
— Оперативно работают, — хмыкнул я, глядя на даты публикаций, большинство которых произошло чуть ли не минута в минуту с разрушением резиденции.
— Вот именно, — холодно произнесла Лекса, — все было спланировано и подготовлено заранее. По всем камерам и свидетельствам ты зашел внутрь один и там больше никого не было. Оправданиям о том, что внутрь заброшенной двести лет резиденции смогли попасть посторонние, никто не поверит, а трупов не осталось. Проклятый огонь выжег все улики подчистую… — с последними словами голос Лексы едва заметно дрогнул, и она добавила едва слышно, — прости меня…
— За что? — удивился я.
— Эту ловушку они смогли устроить только потому, что я продавила это собрание… они знали, что у меня получится, — холодно прошипела Лекса, — возможно, даже помогли мне выбить тебе доступ в резиденцию…
— Ерунда, — отмахнулся я и с улыбкой поправил растрепавшийся светлый локон девушки за ухо, — ты сделала именно то, что я тебя просил. И сделала безупречно. Ход ублюдков хорош, но не идеален.
— А похож на идеальный, — хмыкнула Лекса, окинув взглядом хаос площади, который словно бушующий шторм, был готов охватить собой всю столицу, а следом и империю.
— Идеальные ходы убивают противника, — с знанием дела произнес я, после чего добавил, — и уж точно идеальные ходы не раскрывают выжившему оппоненту стратегическую информацию.
— Информацию? И какую информацию они нам раскрыли? — недоуменно захлопала глазами Лекса.
— Ты смогла устроить собрание Совета, когда узнала, кто я на самом деле, — спокойным голосом произнес я, — только после этого у тебя появилось понимание важности доступа к Терминалу и его истинный приоритет. И раз тебя смогли предсказать, значит…
— Значит, они тоже знают кто ты такой на самом деле… — прошептала Лекса и сжав пальцы на планшете, нахмурилась, — но как?
— Хороший вопрос, — потирая подбородок, произнес я, — но сейчас есть вопрос поважнее. Почему разрушение Терминала вообще так повлияло на Реестр и Аргус. Есть мысли?
— Сложно сказать, — быстро переключилась Лекса, явно прокручивая в голове присланный мной недавно отчет о событиях внутри резиденции, — а тот человек, который был внутри Терминала…
— Был просто паразитом, — уверенно ответил я, — его смерть должна была помочь Аргусу, а вот с разрушением Терминала все обстоит несколько сложнее… но, чтобы понять, как они с Аргусом связаны, мне нужно попасть туда.
— На прием к Наместнику? — проследив мой взгляд, недоуменно спросила Лекса.
— Не к кому, а куда, — поправил я.
Несколько секунд Лекса осмысляла, что я имел в виду, а когда поняла, то замотала головой так быстро, что я начал переживать, что она себе шею свернет.
— В Императорский Дворец не пустят аристократа! Тем более в его подвалы! Это исключено! — эмоциональным шепотом выпалила она, — это запрещено Пактом и особым Императорским указом! Тебя даже на порог не пустят!
— Не такой уж и строгий запрет, раз недавно его нарушили ради коронации, — пожал я плечами.
— Только для крыла Тронного зала… — скривилась Лекса, — к чему это привело в итоге ты прекрасно помнишь!
Моя помощница хотела добавить что-то еще, но я ее уже не слушал и направился к монументальному сооружению Императорского Дворца, что располагалось по прямой, чуть в стороне от центрального круга резиденций Площади.
— Маркус! Да подожди ты! — поравнялась со мной Лекса, схватив за рукав, — туда нельзя войти просто так! Без особого разрешения Совета зайти внутрь Императорского Дворца физически невозможно!
Я остановился и с беззаботной улыбкой посмотрел в бездонные светлые глаза, которые тут же блеснули понимаем.
Ничего не говоря, Лекса отпустила мой рукав и тут же застучала ноготками по планшету.
Я же поправил одежду и направился дальше.
— Иди не так быстро, пожалуйста! Особое разрешение на вход оформить не так быстро… удобно, конечно, что несколько Князей сейчас находятся рядом, но все равно это потребует времени…
— Его то у нас и нет, — заметил я на ходу, ощущая, как возмущается энергия на площади.
Словно осиротевшая, она бушует нестабильными потоками и даже действие подавителя сейчас ощущалось не так явно, как обычно.
Внешней охраной дворца занимались имперские службы. Те самые, часть которых сейчас тушила пожар, а вторая укрепляла оцепление.
Помешать нам могли лишь двое вооруженных вояк с расписными гербами на броне, но и эти ломанулись к беснующейся толпе, со стороны которой вдруг раздались выстрелы и крики.
Отошли они недалеко, но достаточно, чтобы мы проскользнули в тенях высоченных колонн. Массивные двери бокового входа были закрыты. И когда я потянулся к ним рукой, сзади раздался вздох, и вспышка астральной энергии охватила меня, пропустив внутрь здания.
Лекса, в последний момент взявшая меня за руку, пошатывалась, и я тут же подставил ей плечо и покачал головой.
— Дверь дворца нельзя трогать аристократам… — возвращая себе контроль над энергией, прошептала она, — это измена и нарушение Пакта…
— Да не стал бы я ее выбивать, — обиженно хмыкнул я, — просто бы дернул, вдруг открыто?
— Дергать тоже нельзя, — не поверив мне, хмыкнула Лекса и, вернув взгляду осознанность, вновь встала крепко на своих двоих и вернулась к планшету.
— А проникать сквозь значит можно? — скептически произнес я.
— Такого запрета нет, — не поднимая на меня взгляд, ответила Лекса и возразить мне тут было нечего.
Что-что, а базу запретов и миллиона бюрократических заморочек и лазеек моя помощница знала куда лучше меня. Да и лучше любого другого человека в мире, я полагаю.
Удивительно, но на астральную энергию охранные системы дворца действительно никак не отреагировали, и мы пошли дальше.
Устланный красным ковром коридор был не таким широким как тот, через который мы шли на коронацию Фон Грэйва в Тронный зал, но все равно выглядел внушительно.
Внушительно и пусто.
Резные колонны, картины и богатое убранство было единственным, что нас встретило и сопровождало по пути.
Мощь подавителя тут ощущалась сильнее, чем на площади, и с каждым шагом организм все сильнее стягивали невидимые тиски. Словно пленка, они оплетали нас с ног до головы, готовые отреагировать на любое агрессивное воздействие стихии.