— Я… не знаю, — не очень уверенно ответила Виктория.
— Так не пойдет, — покачал я головой, — Порталы это не игрушки. Без решимости тут нечего делать. Сомнения в этих местах ведут лишь к одному. К смерти. Однако даже несмотря на них, ты решила прийти сюда. Я вижу, что эта опасность манит тебя. Но почему? Что ты здесь ищешь?
Обычно уверенная в себе и своих способностях Виктория Луговская сейчас опустила взгляд, словно нашкодившая школьница. Ее губы были поджаты, плечи напряжены, а руки сжимали закрепленные на бедрах кинжалы, которые она так и не обнажила.
— Ты и сама не понимаешь, — ответил я вместо нее, — тебя тянуло к прежней жизни. Жизни на передовой. Жизни взбалмошной принцессы, которой дозволялось бороздить окраины красной зоны и строить карьеру Стража вдали от сложных интриг и столичной суеты. Но когда мы вернулись сюда. Не в Форт-Хелл, а именно сюда, в место, пронизанное опасностью, ты растерялась. Ты испугалась.
— Не испугалась! — фыркнула Виктория, но остальное отрицать не стала.
— Хорошо, — кивнул я, — это не страх. Но если позволишь неуверенности поглотить себя, страх появится. Уж поверь мне.
— И что делать?
— Найти ответ, — пожал я плечами, — почему тебя сюда все еще тянет? Зачем ты пришла? За силой? За славой? Чтобы отвлечься… или просто на зло отцу?
С последними моими словами лицо Княгини дрогнуло. Я попал в точку.
— Значит, отец, — продолжил я рассуждать вслух, медленно расхаживая перед девушкой взад вперед, — ты искала на передовой силу. Силу отомстить и убить его. Но неужели это было единственной причиной?
— Нет! — выпалила Виктория.
— Согласен. Ведь твой отец мертв, а тебя все еще сюда тянет. Почему?
— Я… я… не знаю, Маркус, — впервые за долгое время дрогнул голос Княгини Природы, — я не знаю… — повторила она, а по щекам медленно текли слезы, — Я ХОЧУ НАЙТИ ОТВЕТ! ХОЧУ! НО НЕ МОГУ! МНЕ НЕ У КОГО СПРОСИТЬ! НИКОГО НЕ ОСТАЛОСЬ! Я ПОТЕРЯЛА МАТЬ! ПОТЕРЯЛА ОТЦА! ВСЕ СВАЛИЛОСЬ НА МЕНЯ ОДНУ И Я… Я…
И до того, как Виктория поддалась накатывающей истерике, я кинул ей аретфактный Кожух.
Девушка поймала странный предмет и покрутила его в руках. Сначала недоуменно, а потом куда более внимательно. Виктория ощущала в нем древнюю энергию. Природную энергию. Она инстинктивно попыталась влезть в суть артефакта, но тот внезапно дал ей отпор. Его плетение лишь немного ослабло, но потом вдруг скукожился в форму яйца, и Виктория едва не выронила его от неожиданности.
— Выбирай сложность, — повторил я свои слова, — легкая, средняя или сложная. Легкая станет идеальным продолжением отпускного дня. Размяться, побаловаться, повеселиться, сбросить пар и отвлечься от княжеских забот. Средняя в свою очередь позволит тебе выложиться на полную. Так, как вы никогда с Альбертом не выкладывались. Тебя ждет испытание, но испытание вполне посильное твоему текущему уровню, который я знаю.
— А сложная? — успокоившись, спросила Виктория.
— Поставит твою жизнь под угрозу, — не стал я врать.
Услышав это, Виктория неожиданно рассмеялась. Так искренне, звонко и беззаботно. Этот смех эхом разлетался по пространству и поглотил собой все слезы, а от панических зачатков истерики не осталось и следа.
Хотя вру, следы остались. В виде покрасневших уголков глаз, которые Вика сейчас старательно протирала рукавом.
Успокоившись, Виктория одарила меня улыбкой и закрывшийся было в непроницаемый кокон, Кожух в ее руках вдруг начал расплетаться. Как канат, из которого распутывались на свободу все стянутые нити. Всего несколько секунд и Кожух, который в своей базовой форме напоминал твердый мешок, вдруг распустился на тысячи висящих в воздухе нитей, после чего принял форму цветка.
Взявшая все его энергетические потоки под контроль, Виктория провела по плетеному цветку рукой и тот вновь расплелся и, подчиняясь ее воле, потек по запястью и принял там форму браслета.
Проведя по нему подушечками пальцев, Виктория улыбнулась. Так спокойно и безмятежно улыбнулась, словно находилась у себя дома в безопасном саду, а не внутри Портала красной зоны.
Но главное она начала понимать. Вернее вспоминать. Вспоминать тот простой факт, что суть природной стихии в гармонии. Гармонии. В том числе внутренней.
Молодая Княгиня поняла, что и этот кожух, и все вокруг это квинтэссенция сути Стихии Природы. Стихии в которой ей нет равных в Империи. Ее Стихии!
Осознав это, она медленно вдохнула воздух полной грудью и повернув на меня безмятежный взгляд нефритовых глаз, спросила:
— Ты всегда видишь мир Стихии Природы вот так?
— Нет, — усмехнулся я, — это фишка касается только природников.
— Но ты тоже способен управлять природной стихией, — не спрашивала, а утверждала Вика.
— Да, но мой способ другим не подходит, — улыбнулся я.
— Вот как, — улыбнулась она в ответ и посмотрела куда-то вдаль, — а… если я попрошу тебя выйти и оставить меня закрывать этот Портал в одиночку, это какой уровень сложности? — не отрывая взгляда от горизонта, вдруг поинтересовалась молодая Княгиня.
— Легкий, — ответил я.
— Так и знала, — безо всякого удивления покачала она головой и в этот момент сзади раздался свист.
Я услышал его раньше, но никак не отреагировал и просто стоял, сложив руки в карманы и беззаботно смотрел на Викторию. На то, как она улыбалась, потом напряглась, а потом и вовсе поддалась легкой панике, когда поняла, что я не собираюсь ни уворачиваться, ни защищаться от атаки за моей спиной.
Виктория сорвалась с места, одной рукой направляя потоки ветра, а второй вскидывая артефактный кинжал с острием цвета нефрита.
Ветер смог замедлить врага достаточно, чтобы молодая Княгиня успела выставить между острыми зубами твари и моей беззащитной шеей свой кинжал. Раздался лязг зубов об металл, после чего Виктория рывком вскрыла твари пасть вместе с черепушкой и укоризненно уставилась на меня.
— ТЫ ЖЕ МОГ УМЕРЕТЬ! — укорил меня недовольный женский голос.
— Ну не прям умереть, — оценив опасность дохлого врага, констатировал я, — яд у Снарлов штука, конечно, неприятная, но с одного укуса не убьет.
— А С ДВУХ УБЬЕТ! — выпалила Виктория, аккуратно стряхивая ядовитую кровь с лезвия, — ты о чем вообще думал?
— О тебе, — пожал я плечами, после чего тут же пояснил, — защищать меня это средний уровень сложности. Да, ты не изнеженная беззащитная девочка, но это только если сравнивать тебя с другими принцессами. За годы сражений с Альбертом ты слишком привыкла, что сильнейший Ратник Империи всегда рядом. Привыкла, что тебя защищают.
— Я всегда могла постоять за себя сама и не нуждалась в телохранителе! — не согласилась Виктория.
— А также не нуждалась в том, чтобы защищать кого-то рядом с собой, — развел я руками, — видишь ли, ты привыкла, что в какое бы вы дерьмо не попали, Альберт сможет защитить себя сам. Ты привыкла, что близкие тебе люди вокруг сильны и самодостаточны. Ты росла с этим ощущением, благодаря которому смогла сконцентрироваться на том, чтобы стать сильной самой. Это похвально, но став Княгиней, ты столкнулась с совершенно непривычной тебе ситуацией, когда вокруг тебя не только сильные люди, но и слабые. И этих людей нужно защищать, а ты… не умеешь.
Поначалу Виктория всем своим свирепым видом выражала явное несогласие с моими словами, но когда я закончил обрисовывать ей картину, возразить ей было нечего. Она понимала, что я прав.
Более того, ее мать была мертва. Отец мертв. Альберт тоже был бы мертв, если бы не сдался и исполнил приказ напасть на меня до конца. И вся семья Чугунских была бы мертва, если бы не Князь Металла. Виктория не смогла защитить никого из них. А с тех пор, людей, которых она искренне желает защитить стало куда больше, и она боится, что не справится, а оттого мучается.
Мои слова разбередили рану, но так было нужно.
Без осознания проблемы она никогда не сможет преодолеть ее, а после первой же крупной неудачи и потерь среди своих людей рискует потерять и саму себя. Единственное, на что такая самодостаточная, гордая и привыкшая решать свои проблемы самостоятельно Княгиня вообще может опереться.
— И чем это мне… поможет? — осторожно спросила Виктория после непродолжительной паузы.
— Даст уверенность. Если сможешь защитить меня одновременно с зачисткой гнезда «А»-класса, то защитишь кого угодно и где угодно. Конечно, можно было дать тебе под защиту кого-то более уязвимого, но ставить под угрозу невинных людей как-то неэтично. Они ж и помереть могут.
— Тебя пара пропущенных ударов не убьет, — хмыкнула Виктория, — сам сказал.
— Не убьет, — кивнул я, — но правила игры будут честными. Я не буду ставить защиту, но также я не буду подставляться нарочно и буду уворачиваться по мере возможности и без применения стихии. И если меня все же достигнет хоть один удар и прольется, скажем, одна капля моей крови, то мы автоматически перейдем на легкую сложность. А средняя будет считаться проваленной. Навсегда.
— Тц, — скривилась от моих слов Виктория, которая по своей натуре восприняла это как вызов.
Но, по факту, это вызов и был.
И в этот короткий миг отвлечения, на меня напали второй раз.
Зеленые полурослики, или как их еще называют, Снарлы, были расой мерзких гуманоидных существ природной стихии. Чуть больше метра ростом, крепкие ноги, тонкие как стебельки руки с длинными когтями, и рожа лягушки. Только с тремя рядами острых зубов, пропитанных естественным ядовитым токсином, как и их кровь.
Живет этот полуразумный народец крупными поселениями, на манер людей. И судя по размерам и классу опасности Портала, здесь в траве может скрываться как деревня, так и целый город этих тварей.
На входе у Портала действительно никого не было, но мы болтали так долго, что Снарлы почуяли неладное и пошли разбираться. Пока это были лишь слабые разведчики, которые едва тянут на «С»-класс, но у этого народца есть ребята и посерьезней.
Пехотинцы, шаманы и, конечно же, вождь.
Сражаться с этими тварями на их территории и по их правилам было весьма непросто. Виктория едва-едва поспела за бросившимися на меня из засады с трех сторон Снарлами, последний из которых чиркнул своим отравленным когтем мне по штанине.