— Хорошо, — отпил я чай и поморщился, у Горемыки повкуснее будет, — так что вы от меня хотите и к чему была такая срочность?
И пока Люциус аккуратно подбирал слова для ответа, я демонстративно отставил кружку с недопитым чаем и произнес:
— Не утруждайтесь с формулировками, герцог, — улыбнулся я, — я понимаю, что вы хотели проверить смогу ли я открыть портал. Вернее, не так, вы испугались, что я смогу его открыть. Испугались, что вслед за убийством Фон Грэйва, я в отместку за его злодеяния ворвусь прямиком сюда и разнесу ваш драгоценный дворец в щепки, и дабы этого избежать, устроили весь этот фарс с празднованиями. Захотели показать мне, что внутри дворца нет никого, кто поддерживает Фон Грэйва и смысла на него нападать никакого нет. Как нет смысла воевать со всем Королевством.
Услышав эти слова, Люциус слегка побледнел. Нет, он пытался держать маску, и ему это даже удалось, но вот стихийные потоки задергались, а его сердцебиение предательски ускорилось.
— А вы собирались использовать портал для нападения? — после короткой паузы, напряженно спросил Люциус.
Быстро же мы пришли в разговоре к точке, из которой нас могут начать убивать.
Воздух потяжелел. Люциус не улыбался и не дышал. Витающее внутри переговорной напряжение можно было почувствовать на кончиках пальцев. Стражи за стенами уже были на низком старте для атаки. И кроме меня лишь Лекса продолжала невозмутимо прогуливаться и разглядывать картины, заложив руки за спину.
— Пожалуй, это было бы невежливо, после столь радушного приема, — улыбнувшись уголками губ, произнес я и осмотрелся, — к тому же, нам здесь нравится. Красивое место.
— Рад слышать, — тщательно скрывая облегчение, произнес Люциус и вернулся к напитку, — и спешим вас заверить, Маркус, что никто из герцогов не поддерживал политику Вильгельма Фон Грэйва по отношению к Империи. Мы хотим наладить мирный контакт и стремимся уладить все недоразумения, которые между нами возникли.
— Да? И готовы ударить в спину силам армии Фон Грэйва со своей стороны границ? — поинтересовался я.
— Если вы сможете подтвердить его смерть и гарантировать, что Вильгельм не вернется, да, мы готовы, — уверенно произнес тот.
— Разве вам нужно подтверждение? — поднял я бровь.
— Видите ли, нам уже удавалось несколько раз победить Вильгельма, но всякий раз он возвращался. По нашим сведениям, его защищает нечто потустороннее и полностью убить его довольно… кхм… проблематично, — уклончиво ответил Люциус.
И на эти слова позади меня раздался сдавленный женский смешок.
— Что-то не так? — недоуменно отвлекся молодой герцог.
— Моя спутница хотела сказать, что отсутствие подтверждения не мешает вам прямо сейчас штурмовать родовой замок Фон Грэйвов, — беззаботно произнес я и, потирая подбородок, внимательно смотрел за реакцией Люциуса.
— Ваша осведомленность впечатляет, — неплохо выдержал удар молодой герцог и его взгляд на миг скользнул до Лексы и вернулся обратно, — но здесь нет особой тайны. Мы долго ждали шанса уничтожить Вильгельма и независимо от того, подтвердится слух о его смерти или нет, мы не готовы упускать такой шанс. Цель этого штурма сравнять его замок с землей, дабы максимально снизить его шансы на возрождение.
— Полагаете его «сила» спрятана там? — улыбнулся я.
— Это одна из теорий, — пожал плечами Люциус.
— А если не поможет и он вернется? Не боитесь его гнева за свой маленький бунт?
— Местный Аргус не позволит Вильгельму их убить, а ко всем прочим последствиям они готовы. Ребята в отчаянии, ты разве не видишь? — вклинилась в разговор Лекса и подмигнула впавшему в легкий ступор Люциусу.
— Все так… — неохотно и скрывая раздражение, признал молодой герцог, — поэтому вы понимаете, Маркус, почему мы не может выделить людей и отправить их защищать ваши границы. Чтобы максимально эффективно использовать отсутствие Вильгельма в Королевстве, у нас каждый боец на счету. Пока одни празднуют, другие работают, чтобы не пришлось их всех хоронить.
— В таком случае можешь не переживать, герцог. Вильгельм не вернется, — поразмыслив пару секунд, произнес я и выложил на стол горстку перстней и один сияющий тускло-сиреневым цветом амулет.
Глаза Люциуса сверкнул красным огнем. Руки непроизвольно дернулись, но тот подавил резкий приступ жадности и, сглотнув ком в горле, осторожно спросил.
— Позволите изучить эти предметы?
— Нет, — безапелляционно заявил я.
— Но… так мы не сможем подтвердить их подлинность… — не отводя завороженного взгляда от артефактов произнес Люциус.
— Боюсь, если вы не утолите свою жадность, герцог, мы в принципе не сможем с вами сотрудничать, — мило улыбнулся я и от этой улыбки Люциуса передернуло, и он инстинктивно отвел взгляд в сторону и отодвинулся от меня подальше.
Молодой герцог не испугался, но явно задумался. Не испугался, потому что смотрел в момент вспышки ауры не на меня, а на артефакты. А еще потому, что был слишком уверен в себе. В своих стражах. В своей земле. Чувствовал себя хозяином ситуации, а также всерьез обдумывал вариант отобрать у меня артефакты силой.
Однако, он не дурак, и понимал, что сейчас сидит прямо напротив меня. Сидит в одном шаге от того, кто убил Вильгельма Фон Грэйва. Того, кто снял эти перстни с владельца. Владельца, который держал в страхе и подчинении все Королевство.
И разумно опасался за свою жизнь. Опасался, что в случае заварушки не сможет уйти живым.
Эти мысли невозможно было определить по невозмутимому лицу Люциуса, но вот блеск его глаз выдавал все его мысли с головой. Слишком уж герцог был молод, хоть и достаточно талантлив. А также достаточно силен, по местным меркам.
И глядя на эти размышления, я понимал, почему на этой импровизированной встрече присутствует только один герцог. Несмотря на то, что в здании дворца присутствуют все семь. Ребята изначально предполагали, что все может пойти не так. Готовились к худшему варианту. И ровно как сейчас все понимал Люциус, это понимали и остальные.
Понимали, что в случае заварушки, у тех, кто со мной в одной комнате уйти живыми шансы минимальны.
И видимо этот конкретный герцог вытянул короткую соломинку. А остальные терпеливо ждут исхода на безопасном расстоянии. Они уверены, что смогут меня нейтрализовать и готовы пожертвовать Люциусом в случае чего.
Но вот он сам жить, очевидно, хотел, поэтому раздумывал над дальнейшими действиями тщательно и вдумчиво.
— Хорошо, будь, по-вашему, Князь, — наконец озвучил Люциус итог своих раздумий, — но позволите ли вы хотя бы здесь на них взглянуть?
— Пожалуйста, — пожал я плечами.
Тот кашлянул, осторожно пожался вперед. Протянул руку к артефактам, но не касаясь их, остановился и раскрыл ладонь. Его подушечки пальцев загорелись красным, и окатили перстни сканирующим тепловым излучением.
— Кажется, они пусты, — произнес он, закончив беглую проверку и убрал руку, — позволите узнать, что вы сделали с их содержимым?
— Уничтожил, — не моргнув глазом ответил я.
— Да? — почему-то облегченно вздохнул он, — в таком случае, полагаю, мы на сегодня закончили. Что касается помощи на границах, мне нужно посоветоваться с остальными. Я подтвержу подлинность предоставленных вами доказательств перед другими, но увы, один я не могу принимать такие решения. Мы будем готовы дать вам ответ и продолжить переговоры завтра. Вы же не против остаться у нас на ночь? Мы предоставим вам лучшие номера, организуем программу, питание и досуг. Уверяю, скучать не придется.
— Как смотришь на то, чтобы погостить тут еще немного, дорогая? — обернулся я назад.
— Ну как отказаться, когда так вежливо просят, — мило проворковала Лекса и подошла ближе, — а пока ознакомьтесь сами и передайте друзьям список наших требований, — добавила она невинным голосом, и положила на столик документ после чего, не глядя на реакцию герцога, потянула меня к выходу.
Глава 11
Мы медленно шли по широкому богато украшенному коридору. Позади, проедая дыру в наших спинах, едва слышно гудели безмолвные камеры. Впереди доносились приглушенные звуки музыки. Со стороны боковых стен можно было различить шуршание и звуки торопливых шагов внутри сокрытых от глаз потайных ниш.
А еще где-то совсем рядом, в наблюдательных комнатах и дорогих кабинетах Королевского Дворца, раздавались витиеватые маты на иностранном языке.
Мы же с Лексой, игнорируя все это, шли под руку по коридору в полном одиночестве. Не считая ребят в невидимости за спиной, ребят за стенами, и ребят над потолком, никакого сопровождения нам не выделили.
То ли Люциус не успел распорядиться, то ли не успел подготовиться, то ли настолько нам доверяет, что отпустил обратно одних. Дорогу ведь знаем.
Хотя, последнее навряд ли.
Впрочем, хоть физически рядом нас никто не сопровождал, глаз на нас смотрящих было слишком много. Поэтому едва мы отошли от переговорной подальше, я, не поднимая руки, повел пальцем и одними губами приказал: «заглуши».
Визуально ничего не изменилось, но все лишние звуки пропали, остались только цокающие по коридору каблучки моей спутницы.
— Ты же понимаешь, Маркус, что он побежал к своим дружкам и первым же вопросом повестки у них будет убивать нас или нет? — мягко спросила Лекса, осознав, что нас не могут подслушать.
— Разумеется, — беззаботно кивнул я, и скосив взгляд на свою спутницу, поинтересовался, — и как думаешь, что они решат?
— Шансы пятьдесят на пятьдесят, — пожала плечами Лекса, — если копнуть глубже, отчетливо видно, что сохраняется некий баланс и нет очевидного решения. Я, конечно, не так много знаю о местных, вернее почти ничего не знаю и иформации для анализа пока не так много. Долгое время только Аглая имела сюда доступ и вела с ними дела, но если посудить логически, то ты прибыл сюда один и без охраны, это плюс в копилку «за» твое убийство, — начала загибать пальчики Лекса, — смог убить Вильгельма, которого они считали непобедимым, это минус в копилку «против». Пустые перстни без силы Паладинов внутри, которой их запугал Вильгельм, это плюс в копилку «за». Но то, что тебе хватило сил уничтожить этих самых Паладинов внутри и обезвредить силу, которая наводила на герцогов ужас, это «минус». Я могу продолжить логический ряд, но в целом ты понял.