Лучше прячься и беги…
Продолжил весело напевать Клювик, и неспешным полетом медленно направился вслед за убегающими.
Коль не сможешь, не беда,
ВСЕ РАВНО ВАМ ВСЕМ ЗВЕЗДА!!!
Кровожадно прогоготал попуг и с резким ускорением метнулся в сторону лестницы.
На нашем этаже осталась лишь две горки дохлых культистов, один прикрытый куполом Мрак, один Паладин Тьмы с сучком на плече, и один потрепанный блондин в разбитых очках.
Его белый костюм был порван, хоть и не серьезные, но многочисленные раны кровоточили, а переливающийся семью цветами взгляд был сосредоточен.
В такт цвету глаз мерцал и извивался серебряный амулет на его гластуке. А от амулета исходили энергетические нити проклятой энергии, и подпитывали две круглые пентаграммы, которые Демид держал на ладонях в форме энергетических дисков.
Эти «диски» крутились на манер лезвий, высекая искры, будучи готовыми сорваться из ладоней в любой момент.
Сам же Демид, несмотря на потрепанный вид и огромные потери в штате своих подопечных пешек, выглядел довольным.
— Должен сказать тебе спасибо, Паладин, — не сводя с меня взгляда, произнес Демид, — в связи с миграцией слабаков наверх, у нас в небоскребе наблюдалось некоторое перенаселение. На верхних этажах стало тесновато, а теперь, — кивнул он на кучи трупов, — места точно всем хватит.
— Реально полагаешь, что кто-то из вас сможет выжить? — покосился я краем глаза в сторону лестницы, откуда доносились звуки боя, крики, стрельба и веселые матерные частушки.
— Исход уже не имеет особого значения, — безразлично пожал плечами Демид, — пути наверх отсюда все равно больше нет.
Произнес это светлый без сожаления, и по всей видимости не лгал. Сколько бы я не прощупывал между делом пространство, никаких лазеек и брешей не было, словно этот слой последний.
Но ведь я знал, что это не так.
— А приятели твои сектантские знают, что заперты тут? — поинтересовался я.
— Полагаю, догадываются, — хмыкнул Демид, — но благодаря тебе, они уже не смогут собраться вместе и высказать мне все, что об этом думают. Так что еще раз, спасибо, Паладин, — с благодарной улыбкой добавил светлый, и оценивающе осмотрел меня с ног до головы, — ты вообще, как себя чувствуешь? Выглядишь паршиво.
— Тебе показалось, — отмахнулся я, используя паузу для более эффективного перераспределения внутренней энергии, которая бурлила во мной с такой скоростью, как никогда прежде в этом времени, — а ты сам как?
— Прекрасно, — поправив разбитые бело-золотые очки, развел руками Демид, — пока мы не перешли к новому раунду, позволишь вопрос?
— Валяй, — пожал я плечами.
— Ты с ней спал?
— А с ней это… — задумчиво сощурился я.
— С Афиной, — пытаясь сохранить холодное безразличие, ответил Демид.
— М-м-м, а что? — весело усмехнулся я, — понравилась тебе золотая старушка? И разница в возрасте между вами не смущает?
— Тебя же не смущает разница в возрасте с местными девками, — дернув скулой, фыркнул Демид.
— Ну, ты сказанул. Вообще-то я не такой старый, приятель. И между мной и Афиной есть одно существенное отличие, — подметил я.
— Да? И какое же?
— Я еще жив, — улыбнулся я.
А еще в ловушке я просидел всего один год, так что мы с Афиной больше даже близко не ровесники. Но это я вслух говорить не стал.
— Вообще-то Афина тоже живая! — нахмурился Демид.
— Да ну? — усмехнулся я, — может быть, ты встречался с ней в реальном мире? Или касался ее тела?
— Касался! — возразил блондин в разбитых бело-золотых очках и инстинктивно потер нос.
— А, ты про царапину, которая она оставила тебе холодным как лед ноготком? Или про поцелуй на щеке? — с легкой издевкой произнес я, — вспомни, было ли теплым касание ее губ? А потом подумай еще немного и скажи, были ли они вообще настоящими?
— Мне все равно, — неожиданно спокойно отмахнулся Демид, — я знаю, что Афина использовала меня, Паладин. Я знал это с самой первой секунды. Пусть ей семьсот лет. Пусть она не может выйти в реальный мир, а ее тело, возможно, давно мертво. Мне плевать. Афина показала мне нечто лучшее. Нечто большее. Нечто более совершенное, чем наш прогнивший и умирающий мир. Нечто более прекрасное и возвышенное, чем мы все!
Сказал это Демид так уверенно и фанатично, что я понял, что это бесполезно. Крепкий орешек. Расшатать его и вывести на эмоции не выйдет. Даже ментальное внушение и точечное воздействие аурой Тьмы не помогло.
Неплохо Афина его обработала и подготовила тоже хорошо. Даже экранировала от моей энергии Тьмы, оставив свою метку, по которой я и понял, что она его касалась.
Дура даже потратила Оберег Паладина на культиста.
Магистры бы в гробах повесились, если бы узнали, как именно Афина применила одну из сильнейших защитных техник нашего мира.
Впрочем, полноценно представить их реакцию я не успел.
Копивший все это время энергию для атаки, Демид сорвался с места вперед. Вернее, сорвались энергетические-диски пентаграммы с его рук. Мгновенно преодолев расстояние между нами, пентаграммы с двух сторон сомкнулись на точке пространства, где я был мгновение назад.
Шаг Тьмы помог мне вовремя уйти от атаки, но два столкнувшихся «диска» вдруг разделились на четыре, и снова устремились в меня.
Одновременно с этим, Демид создал в своих руках еще две метательных пентаграммы и, не медля, направил их в меня.
Не прошло и десяти секунд, как летающих проклятых пентаграмм вокруг меня стало так много, что в пространстве просто не осталось свободного места. А потому следующий прыжок я сделал аккурат на позицию Демида.
«Коготь Пустоты» я убрал еще раньше, ради маневренности, а вторая рука была занята поддержанием купола над Мраком, поэтому удар я нанес кулаком. От души напитанным Тьмой кулаком.
Ребра хрустнули, Демида согнуло пополам и бросило в ближайшую стену, но в полете, ублюдок… улыбался?
Причину этого я понял, когда заметил под собой крошечную, размером с блюдце, пентаграмму из золотой пыльцы. Столб проклятой энергии выстрелил прямо в меня диким потоком, от которого я на рефлексах защитился мантией.
Успешно защитился, смею заметить.
Только вот это был не конец.
Пролетев мимо меня словно рой пчел, пыльца разделилась и устремилась во все стороны. В каждый висящий в воздухе магический круг. Напомню, их были здесь сотни. И в каждый из них влетело по горстке золотой металлической пыльцы. А секундой спустя вылетело обратно пыльцы стократно больше.
И количеством, и размером, золотая пыль преобразилась, и миллионы острых частиц проклятого золотого металла хаотично обрушились на все, что находилось на этаже.
Сплошное золотое марево было повсюду. Оно изрезало стены. Крошило потолок. Отправляло в небытие все, чего касалось.
Буквально за пару секунд, вся верхняя часть последнего этажа небоскреба перестала существовать. Не осталось ни стен, ни потолка, ни крыши. Уцелел лишь покрытый множеством крупных и мелких трещин пол, а вокруг проплывали тяжелые густые облака.
Я же сидел, припав на одно колено.
Одной рукой я упирался в грудь Мрака, контролируя его биение сердца, а второй держал над нами мантию, которой усиливал как мог прямо сейчас рассыпающийся на мелкие осколки защитный купол.
А вместе с куполом рассыпался и мой модифицированный перстень Мордина.
Обидно.
Я ведь только научился им нормально пользоваться.
— Надеюсь Карл сможет сделать еще один, — вздохнул я, и попытался подняться на ноги, но не смог.
Тело не слушалось. Я его вообще не чувствовал сейчас. В момент атаки пыльцы, пришлось временно отрезать от разума все органы чувств, чтобы случайно не откинуться и не потерять сознание от болевого шока.
Сейчас же я вернул все обратно.
Все кроме боли. В объятия этой верной подруги я еще успею попасть. Потом. Когда закончу здесь. Сейчас же мне нужна максимальная концентрация, и каждая крупица энергии, чтобы…
— Победить… — машинально произнес я, найдя взглядом Демида.
Вернее то, что от него осталось.
Изодранный и превращенный в кровавое решето, блондин сидел на коленях и самым целым на его теле были, как ни странно, бело-золотые очки. Как сказал бы старик Акс, дыр в нем было больше, чем волос на жопе.
Каким-то чудом находясь в сознании, Демид хрипел и медленно поднял на меня голову.
— Хороший ход… — проблевался кровью Демид, — подмешал Тьму…? Неплохо… ожидаемо…
— Я ничего не подмешивал, — не стал я присваивать себе несуществующие заслуги, и мне хоть и с трудом, но удалось распрямиться, — дай угадаю… — глядя на недоуменные окровавленные глаза Демида, произнес я, — Афина сказала, что эта пыльца тебе не навредит? Что ж, похоже она солгала.
— Это уже… не важно… Паладин… а знаешь… почему? — ничуть не расстроившись, усмехнулся он кровавой улыбкой.
Проклятая энергия кружила вокруг Демида. Его регенерация работала в усиленном режиме, и многочисленные дыры в теле светлого хоть и медленно, но затягивались, не позволяя ему умереть.
— Удиви меня, — произнес я.
— Потому что поражение короля в нашей партии, не означает ее конец, — дрожащим голосом произнес Демид, — тебе ли это не знать… — добавил светлый, и из его руки выкатилась вперед окровавленная фигура черного коня, — пусть я проиграл, Паладин, белые фигуры на столе еще остались…
— Если и так, то это ненадолго, — частично вернув контроль над телом, сделал я шаг вперед и подобрал фигурку.
— Можно еще вопрос? — тщетно пытаясь пошевелиться, спросил Демид, и, не дожидаясь разрешения, добавил, — почему… почему ты не убил меня сразу? Ты ведь прекрасно понял, что я не боец. Любишь издеваться над людьми?
— Нет, — вздохнул я, покручивая фигурку черного коня в руках, — просто я стараюсь держать свои обещания.
И едва я это сказал, как за спиной Демида медленно проплыл темно-серый дым.
Без звука. Невесомый сгусток энергии закрутился и принял форму человеческого силуэта. Силуэта бледного мужчины с остроконечным лицом, ждать пробуждения которого мне пришлось несколько дольше, чем хотелось бы.