Кто с голыми руками, кто с лопатой, кто с ножом, кто с вилами, а один вытащил из-под плаща двухметровый трезубец. И знать не хочу, где он его прятал.
Внезапно оказалось, что проносить оружие под плащом на этой сходке было обычным делом. Впрочем, чего ожидать от будущих культистов, которые уже окропили свои руки кровью, чтобы просто попасть сюда.
Разбираться со всей этой толпой у меня не было ни времени, ни желания, поэтому я достал из кармана и подбросил в воздух монету Аргуса и сказал:
— Работай.
Из Тени, которую отбросила монетка, тут же выскочил дымчатый силуэт, сломал колено бегущему впереди толпы одаренному из числа охранников, после чего невозмутимо оторвал ему голову голыми руками.
Толпу демонстрация впечатлила куда больше, чем мотивационная речь оратора и они остановились, начав неуверенно переглядываться друг с другом.
Оратор же оказался сообразительнее глупой толпы и сиганул прочь в числе первых, как и остатки его коллег охранников.
Мрак же невозмутимо наклонился к своей Тени и вытащил оттуда крупную человеческую фигуру.
Оказавшийся на свежем воздухе Вепрь грохнулся на колени и начал с ревом жадно глотать воздух. А я ему говорил, что путешествовать в чужих Тенях плохая затея, но Вепрь был упрям в своем желании отомстить за смерть деда.
— Приказы? — холодно спросил Мрак, наблюдая как от вида появившегося Вепря и сбежавшего оратора, вся толпа неудавшихся культистов бросилась врассыпную.
— Никто не должен уйти, а еще мне нужна… — начал я.
— Информация, знаю, — понятливо кивнул Мрак и покосился на здание за моей спиной, — но если ты встретишь там Демида…
— Оставлю его тебе, — пообещал я.
— Хорошо, — кивнул Мрак и бросил взгляд на оклемавшегося Вепря, — оратора беру на себя, не отставай, — без эмоций произнес Мрак и смазался в пространстве.
— Да-да… сам не отставай! — уязвленно прокряхтел Вепрь и сплюнув кровь изо рта, хрустнул шеей и помчал вдогонку за беглецами.
Я же подошел к стеклянной двери, прислонил руку, но она не откликнулась.
— Открой, — приказал я, и сгусток Тьмы выбил двери вместе с защищающим их барьером.
В нос тут же ударил смрад проклятой энергии и, облизнувшись, я ускорил шаг.
Прямой коридор вывел меня к парадной лестнице, а через нее я вышел к закрытым дубовым дверям с вырезанной эмблемой в форме звезды и цифрой «1».
Непростой дуб, из которого были сделаны ворота, переливался слабеньким одноцветным барьером, который я проломил прямым ударом ноги.
Взгляду тут же открылась круглая, напоминающая цирк, двухярусная арена.
На первом ярусе, весь в крови, с изодранными ногтями, порезами и свежими увечьями по всему телу, стоял мужик с безумными глазами.
Увидев меня, он выплюнул изо рта откушенное ухо только что убитой им женщины, а под его ногами на стихийном камне была высечена ритуальная звезда, по лучам-каналам которой текли реки крови.
В воздухе витала мешанина из проклятых частиц, которые вытекали из мертвых тел и хаотично впитывались в тело единственного выжившего, залечивая ему раны и придавая стихийный блеск его глазам.
— ЧУВСТВУЕШЬ⁈ ЧУВСТВУЕШЬ СИЛУ⁈ ЗАПОМНИ ЭТО ЧУВСТВО, ИЗБРАННЫЙ! ЭТО ТОЛЬКО НАЧАЛО ТВОЕГО ПУТИ! ТЫ СМОЖЕШЬ СТАТЬ КУДА СИЛЬНЕЕ! ТЫ ДОСТОИН БОЛЬШЕГО! ТЕБЕ УГОТОВЛЕНА ВЕЛИКАЯ СУДЬБА! — вещал со второго яруса высокий мужчина в нарядной рясе.
Невыносимый смрад, который я учуял еще на входе, исходил именно от этого человека в рясе. На мое появление тот поначалу даже не обратил внимания, продолжая потирать зажатую в ладонях ритуальную цепь и приговаривать.
Лишь когда последняя крупица энергии на первом ярусе влилась в новобращенного культиста, мистер нарядная ряса соизволил повернуть на меня свой насмешливый взгляд.
— А вот и источник шума, — с улыбкой произнес он, не размыкая ладоней, — нарушитель… на нем можешь проверить свою новообретенную силу, избранный! ПОКАЖИ МИРУ, ЧЕГО ТЫ ДОСТИГ!
— Боюсь, его демонстрация будет очень короткой, — улыбнулся я и не сбавляя шаг, направился к лестнице второго яруса.
Высокопоставленный культист лишь посмеялся, глядя как на меня ураганом сорвался окровавленный «избранный». Не глядя на него, я отмахнулся сверкнувшим лишь на миг лезвием «Когтя Пустоты» и рассек «избранного» надвое.
После чего использовал шаг Тьмы и оказался прямо перед высокопоставленным культистом с вышитой на рясе медной звездой.
Нас разделяло два метра и пульсирующий семью цветами нерушимый барьер.
— Досадно, — хмыкнул культист, — я бы остался поболтать и узнать, как ты сюда попал, но, боюсь, мое время слишком ценно для этого, — произнес тот и потянулся к артефакту в форме звезды.
Но не успел культист его вытащить, как телепортирующий артефакт вместе с отрубленными пальцами полетел на пол. Кровь хлестанула во все стороны, а глаза культиста округлились, видя, как легко я пробил его нерушимый барьер.
И еретичья морда с отрубленными пальцами не придумала ничего лучше, кроме как потянуться к упавшему на пол артефакту другой рукой.
И рука благополучно достигла пола, правда отдельно от его тела.
Яростно взревев, культист плюхнулся на колени в лужу собственной крови, в отчаянной попытке схватить артефакт зубами.
Отсекать шею я ему пока не планировал, поэтому подопнул артефакт себе в руки и выжидающе посмотрел на него сверху вниз.
— Ты осквернил его… ты… как ты смеешь… ты даже не представляешь на кого поднял руку, смерд! Из-за тебя придется целый слой отправить на карантин, но ты ответишь за это… — начал принимать неестественные нотки голос еретика, а из его культей вместо крови начала литься мерзкая проклятая энергия.
Не желая запачкать в этой гадости обувь, я отскочил на пару метров назад, продолжая играючи покручивать его драгоценный артефакт в руке.
— ВЕРНИ!!! ВЕРНИ!!! ВЕРНИ-И-И!!! — безумно завопил культист и его многоцветная энергия приняла форму шипов, которые канатом переплелись в один поток и с хрустом вонзились в выставленный мной «Коготь Пустоты».
Дикий душераздирающий треск разнесся по помещению. Довольный культист оскалился безумной улыбкой, но потом увидел, что трескаются его шипы, а не мой клинок.
— ЭТО НЕВОЗМОЖНО!!! НИ ОДНА СТИХИЯ НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СИЛЬНЕЕ СИЛЫ СЕМИ!!! — убежденно закричал он.
— Ошибаешься, одна может, — качнул я головой, и в тот момент, когда его канатообразный шип рассыпался на кусочки, я взмахнул клинком и приказал, — пригвозди.
Сгусток Тьмы вонзился в грудь еретика, его опрокинуло на спину, но не убило, а пригвоздило цепями.
В помещении тут же стало тихо. Культист не мог вымолвить ни звука, хотя очень пытался.
Цепи тьмы вытягивали из него энергию, а он беззвучно двигал ртом в предсмертной агонии.
Тьма уже поглощала его проклятую душу, просто медленно и под моим контролем.
Я отозвал «Коготь Пустоты», спрятал артефакт звезды в карман, после чего присел на корточки и заглянул в беззвучно страдающее лицо еретика.
— Ну а теперь, нарядный ты мой, давай поговорим, — улыбнулся я и немного сбавил давление цепей.
Глава 15
Тьма является матерью всех Стихий.
Именно в далеком и чуждом всему живому мире Тьмы, где есть все и нет ничего, нашли свое начало все известные человечеству Стихии.
Этот факт был известен задолго до моего рождения и никогда не подвергался сомнению.
Но при этом немногие знают, что Тьма Стихия еще и очень ревнивая. Особенно когда дело касается ее «детей».
Сила культистов проклятой звезды рождалась из смешивания. Смешивания душ, смешивания стихий, смешивания того, что создано быть отдельным.
Культисты пошли против самого мироздания, играли в «бога», а такие игры Тьма не любила.
За попытку копировать ее власть над Стихиями, за попытку подражать ее могуществу, за страдания своих «детей» или еще по какой другой причине, но факт оставался фактом, культистов проклятой звезды Тьма ненавидела особенно сильно.
И выражалось это не только в одержимости Клювика, который будучи фамильяром, являлся неотъемлемой частью мира Тьмы и транслировал часть ее воли.
Я чувствовал, как смрад проклятой энергии пробуждает силу Тьмы, процент связи со стихией начал расти сам по себе. Ускорилось движение энергии по всем трем Путям, связывающим меня с миром матери Стихий.
Тьма чуяла проклятую энергию врага и по своей воле стремилась помочь мне его уничтожить.
В итоге на пробитие нерушимого барьера «Когтем Пустоты» я не потратил ни единой крупицы своей энергии.
Все сделал мир Тьмы.
Этот факт сделал допрос особенно простым. Даже жаль, что на самом деле мистер нарядная ряса знал не так уж и много.
Он являлся звездой третьего порядка и отвечал за набор в культ свежего мяса. Выше первого слоя седьмого района, в котором мы сейчас находились, этот нарядный еретик ни разу не был и знать не знает, кто там и что.
Ему не были известны ни имена других культистов, ни количество слоев в этом подпространстве, ни куда потом отправляются новообращенные. Его допуск к информации был строго ограничен одной зоной ответственности.
И мистер нарядная ряса мне не лгал.
Лгать под цепями Тьмы в принципе невозможно.
Связанная ими жертва испытывает адскую боль и облегчает ее только произнесенная вслух правда, поэтому пораженные этой техникой зачастую вываливают все, что могут, как на исповеди.
Все грехи, все секреты, говорят без остановки, надеясь облегчить свои страдания хоть на чуточку.
Так я узнал, что мистер нарядная ряса жил в Империи уже девять лет под именем Константин, не имел семьи, а только любовниц, которых убивал, когда они ему надоедали, и еще множество фактов сомнительной полезности.
Из действительно интересного я узнал только имя его помощника, который занимался поиском свежего мяса, и общее количество известных ему культистов.
Двадцать один человек.
И это число было уже куда больше десяти, о которых мне доложил Денис.
И судя по тому, как давно этот Константин находится в Империи, звезданутые успели пустить тут корни и, вероятно, двадцать один тоже не предел.