– И во имя чего? – осторожно спросил Евгений.
– Разве вы не поняли до сих пор? – Света посмотрела на него серьезными серыми глазами. – Ради матушки. Чтобы дать ей возможность молитвами очистить мир от грешников.
– Ну да. – Евгений рассеянно кивнул.
Света тем временем обняла Сашу, прижалась к нему и нежно погладила по голове.
– Если бы не матушка Софья, Сашка давно бы в колонии сидел. Он уже с тринадцати лет на учете в детской комнате стоял. Семья у него ужасная, он с детства болтался на улице. А в общине за ум взялся, не пьет, учиться пошел на автослесаря. Вот так-то…
Женя снова кивнул. Ему уже был примерно ясен процесс функционирования общины. Михаил и Софья привлекали в свою организацию молодежь, в основном из неблагополучных семей, давали им ощущение клана, иллюзию настоящей, гуманной идеи, за которую стоит трудиться, и тем самым восполняли то, чего юноши и девушки были лишены дома. Одновременно в их лице руководители общины получали дармовую рабочую силу и деньги от вступительных взносов, которые клали себе в карман. Теперь оставалось лишь узнать – так ли безобидны поручения, раздаваемые ребятам их наставниками, и нет ли среди них приказов о нападениях на «грешников» и расправы с ними. Женя хорошо помнил слова Ангелины о том, что борьба с грешниками доступна только Софье и простые члены общины в ней не участвуют, но, может быть, девушка просто не в курсе, и эти поручения все же даются кому-то тайно от других. Возможно, таким, как Светлана и Александр. Последний вообще вызвал у Евгения массу подозрений: парень выглядел явно психически неустойчивым, запудрить такому мозги и заставить его, например, преследовать и пугать людей было плевым делом.
Настроение у Жени заметно улучшилось, он чувствовал, что они с Викой находятся на правильном пути. Еще чуть-чуть – и страшный клубок будет распутан.
В компании дорога пронеслась незаметно, и вот уже группа добровольцев высадилась на вокзале в Твери. Они немного проехали на автобусе и оказались за чертой города. Под предводительством Светланы, которая здесь уже бывала неоднократно, Женя, Вика и ребята дошли до высокой чугунной ограды, за которой начинался коттеджный поселок. У калитки располагался КПП, где сидел охранник – сурового вида мужик в камуфляже.
– Вы куда? – строго спросил он Светлану.
– Третья линия, дом 6. Нас там ждут.
– Сейчас проверим. – Мужик отошел и стал говорить по рации.
«Однако, – подумал Женя, – как все серьезно».
Тем временем охранник вернулся и разрешил:
– Проходите.
Компания зашла на территорию поселка. Вокруг высились огромные дома из красного кирпича, по два, а то и по три этажа. Во дворах стояли дорогие машины.
«Значит, я не ошибся, и у Михаила коттедж», – подумал Женя.
Они прошли по центральной улице и свернули налево. Здесь дома были чуть попроще, но все равно роскошные. Женя и Вика увидели в конце улицы Михаила, тот стоял у ворот и махал им рукой.
– Давайте скорей, а то не успеете!
Ребята послушно прибавили шагу. Пользуясь тем, что они остались позади, Вика прошипела вполголоса Жене на ухо:
– Учти, я ничего делать не стану. Я не домработница какая-то. Сам будешь фигачить на этого упыря.
Женя согласно кивнул. Они поравнялись с калиткой и вошли на участок. Кроме основного дома, кирпичного, в два этажа, на дворе находились еще две постройки: небольшой бревенчатый домик с мансардой и хозблок из бруса. Участок был соток 10–12, весь засаженный елями и туями, аккуратно и заботливо укутанными от снега и ветра. В центре двора красовался пустой бассейн, обнесенный каменной кладкой. Женя увидел, с каким восторгом смотрит на все это великолепие Ангелина, и понял, что для девочки эта поездка – точно путешествие в другой, сказочный мир.
– Работы много, – деловито проговорил Михаил, пропуская их в дом. – Дай бог до завтра все успеть.
Бригада разделилась пополам, Света с Александром и Егором, а также Валя с мужем отправились на второй этаж, Вика, Женя, Гриша и Ангелина остались внизу. Михаил принес им ведра и тряпки.
– Вода в туалете, там же и порошки всякие, – сказал он и удалился.
Женя оглядел огромный зал, которому, видимо, предстояло впоследствии стать гостиной: ламинат в побелке, ею же заляпаны и плинтуса, огромные окна покрыты слоем пыли и брызгами краски. Работы действительно непочатый край. Ловко придумал брат Михаил, ничего не скажешь.
Ангелина тем временем сбегала в туалет и вернулась с полным ведром и пачкой «Пемолюкса».
– Давайте я окна буду мыть, а вы с Гриней займитесь полом, – предложила она Жене.
– Хорошо, – согласился тот.
Он подвел Вику к единственному стулу, одиноко стоящему у стены, стер с него пыль и усадил ее.
– Отдыхай, дорогая. Ты будешь нас вдохновлять.
Она незаметно показала ему кукиш. Все дружно принялись за работу. Побелка отмывалась плохо, оставляя на полу меловые разводы, приходилось сначала тереть ее с порошком, а после несколько раз споласкивать. Так, метр за метром, Женя с Гришей отмыли примерно треть комнаты. Ангелина в это время, встав на подоконник, надраивала окна. Одна Вика скучала, сидя на своем стуле. Ей страстно хотелось курить, но поскольку, по легенде, передвигаться одна она не могла, приходилось дожидаться, когда освободится Евгений. А тот вовсе не спешил расставаться с тряпкой и ведром. Позвать его Вика, будучи немой, также не имела права, поэтому сидела и про себя кляла «дядю» на чем свет стоит.
Наконец все устали. Гриша встал и потянулся, разминая затекшую спину.
– Геля, слезай, – велел он подружке. – Надо отдохнуть и подкрепится.
Женя тоже поднялся с пола и подошел к Вике.
– Пойдем, милая, подышим воздухом. – Он взял ее под руку и повел во двор.
Там уже стояли и курили Света и Александр. Вика, дрожа от нетерпения, вытащила сигареты и жадно затянулась. Женя, пользуясь тем, что Ангелина с Гришей задержались в доме, решил попытаться разговорить Свету.
– Как работа движется? – спросил он нарочито бодрым тоном.
– Нормально, – девушка пожала плечами. – Это не самая тяжелая работа.
– А какая была самая? – тут же поинтересовался Женя.
– Ну… – Света замялась. Он понял, что попал в точку. Она молчала, задумавшись о чем-то своем, и Женя осторожно полюбопытствовал:
– Наверное, самое тяжелое – это бороться с грешниками?
Девушка вскинула на него глаза, в них было удивление и испуг.
– Откуда вы узнали, что я, что мы… с Сашей… – Она снова не закончила фразу, покосилась на угрюмо молчащего Александра.
Тот, ничего не говоря, загасил окурок и пошел в дом.
– Понимаете, – шепотом, но горячо произнесла Светлана, приблизившись к Евгению почти вплотную, – это ведь запрещено, нам нельзя.
– Запрещено что?
– Бороться с грешниками самостоятельно. Матушка не велит. Для этого есть ее молитвы. Но мы несколько раз… мы нарушили этот запрет.
– Вот как? – Женя сделал вид, что шокирован.
– Да, так вышло. И я нисколько не жалею. Вы только не говорите матушке, ладно?
– Конечно, не скажу, – заверил девушку Евгений. – А можете рассказать, как это было? Что это были за грешники? Кто вам о них рассказал?
– Брат Михаил. Он сказал, что эти люди – злодеи и много грехов в жизни совершили. Сказал, что нужно их наказать, проучить.
– И вы послушали его? – Женя весь превратился в слух.
– Конечно, – горячо проговорила Света.
– А как же матушка Софья? Вдруг она бы узнала?
– Это было не в Москве.
– Нет?? А где?
– В другом городе, нам пришлось ехать туда и…
Женя услышал, как шумно и тяжело дышит за его спиной Вика. Так вот, значит, кто наехал на нее на велосипеде? Вот кто ломился к ним в дом ночью и подбросил сумочку с запиской?!
– В общем, мы все сделали так, как велел брат Михаил, – докончила Светлана. – Проучили грешников. Только помните – это секрет! Никому нельзя говорить.
Из дома послышались голоса Ангелины и другой девушки, Вали. Они звали всех обедать.
– Пошли? – Светлана выкинула сигарету и направилась к крыльцу.
– Да, мы сейчас, – ответил ей Женя.
Дождавшись, пока она скроется в дверях, он победоносно посмотрел на Вику.
– Ну, что скажешь?
– Ты думаешь, это были они?
– Думаю, да. Все сходится. Александр промышлял хулиганством еще с детства. Ему ничего не стоит нападать на людей и грабить. Света могла ему помогать, у нее сильный характер, и она смелая.
– Да, я заметила. – Вика кивнула.
– Уверен, что машина Лисовского тоже его рук дело, он же учится на автослесаря. А вот к Кристине мог прийти и кто-то другой.
– Кто?
– Пока не знаю. Но мы на верном пути. Одного не пойму, почему все это делается тайком от Софьи? Ведь именно она должна была натравить ребят на твоих друзей. Возможно, это какой-то хитрый трюк, на самом деле Софья все продумала и специально устроила так, чтобы оставаться в стороне и казаться белой и пушистой.
Вика молчала, куря уже третью по счету сигарету.
– Эсэмэски тоже они присылали? – мрачно спросила она Женю чуть погодя.
– Конечно, они. Или кто-то из их друзей. Но не Ангелина.
– Почему ты так уверен?
– Она не ослушается Софью.
– Капец! – Вика наконец докурила и вполголоса выругалась. – Да тут их целая банда. Как, интересно, они ухитрились задушить Машку?
– Знаешь, – Женя задумчиво ковырнул носком ботинка мерзлую землю у крыльца, – я думаю, Машу все-таки убил Куличенко.
– Да ты что? – вскрикнула Вика и в испуге прикрыла рот ладонью.
– Да, иначе то, что ты видела в ресторане, просто не объяснить. А вот все остальное – это дело рук общины. Видимо, Софье стало известно о Маше и Куличенко, и она решила воспользоваться случаем, чтобы наказать остальных своих обидчиков. Вот такие пироги… Для того чтобы поставить точки над «i», нам необходима Софья. Мы должны с ней встретиться.
– Ты прав, – Вика кивнула.
– Видишь, а ты не хотела ехать! – Женя посмотрел на нее с мягкой укоризной.