– Вот хитрец! – рассмеялась Мария. – Ловко ты всё перевернул на меня. В общем, ребята, работаем, отдыхаем, мечтаем, пока больших высот не достигли, но ведь у нас всех всё впереди.
Иван поднялся с бревна-дивана и предложил готовиться ко сну:
– Завтра нужно будет пораньше всем встать и разжечь посредине поляны костёр, прямо предчувствую, что завтра нас заметят.
43
Предчувствие Ивана не обмануло. Утром, как только рассвело, над поляной завис вертолёт. Сказать, что путешественники обрадовались – это не сказать вообще ничего. Народ ликовал, все прыгали, бросали вверх всё, что можно, размахивали шарфами и куртками, кричали «ура», кто-то из мужчин громко свистел. Это был не просто праздник, это была испанская фиеста.
Но самый большой сюрприз ждал путешественников после приземления вертолёта. Из летательного аппарата вышло два офицера: капитан Самойлов и лейтенант Крылюк. Мария, увидев на лице Ивана ошеломляющее удивление, дёрнула его за рукав и шёпотом спросила:
– Ваня, что происходит?
Иван ответил лишь спустя минуту.
– Круг замкнулся, Маша, – ответил он и указал на лейтенанта: – Это наш Серёга Крылюк.
– Тот самый, который был с ребятами в Горном лесу? – расширив глаза, спросила Мария.
– Он самый, – закивал Иван, и тут раздались голоса однокашников: – Серёга, Крылюк, ты откуда, вот так встреча…
– Это судьба, – узнав причину восторга молодых людей, радостно заявил командир экипажа капитан Самойлов, – вот так совпадение! Кому расскажи, не поверят.
– Ну, теперь хоть верь, хоть не верь, – улыбались девушки, – вот он перед нами наш одногруппник и наш спаситель.
– Э-э-э! – погрозил пальцем Самойлов. – Не Спаситель, а спасатель. Имейте в виду, разница большая.
– Товарищ капитан, не будем спорить, – возразила Лидия, – здесь полный лес филологов. Докажем в два счёта, что в данном случае правильнее говорить «спаситель».
– Не понял, – капитан от изумления выпятил нижнюю губу, – так и… ваш приятель тоже филолог? В смысле, лейтенант Крылюк.
– Конечно, мы же однокурсники, – сказал Черноудин, – вернее даже, одногруппники. Филолог-филолог! А он что, скрывает сей факт?
– Вот тебе раз, – покачал головой Самойлов. – А я думаю, чего это он всё какие-то там стишки сочиняет? А, оказывается, вон оно что. И никому не рассказывает. Ну, и тихоня!
44
Сергей Крылюк родом с Дальнего Востока. В детстве мечтал пойти по стопам отца и стать моряком-подводником. Отец умер рано, мать так и не узнала истиной причины смерти отца. Сначала билась-билась за правду, затем как-то неожиданно смирилась и бросила эту затею.
– Отца мы всё равно уже не вернём, – объяснила она сыну, – а вдруг своими действиями его душу потревожим, пусть уже будет что будет.
К окончанию школы мать, работавшая вы школе учительницей русского языка и литературы, каким-то образом сумела переубедить сына, и тот уехал в Москву учиться на филолога. В самый последний момент он едва не передумал поступать на филологический факультет. Виной тому стали рассуждения хозяина квартиры, у которого Сергей вместе с товарищем снимал комнату. Вечно под хмельком всезнающий дядя Лёша, наставлял юного гостя столицы:
– Ты понимаешь, Серёга, какая бодяга! Вот ты скажи мне по чесноку, знаешь ли ты публику, которая учится на филологов? Знаешь? Нет. А я знаю. Слушай ко мне. Все, кто не прошёл конкурс на факультет журналистики, дуют в филологи. Понимаешь?
– Ну, я думаю, – робко говорил Сергей, – это для них самый приемлемый вариант. Журналист с филологическим образованием – это не так уж и противоестественно, мне кажется, это совсем даже неплохо.
– А я считаю, – не соглашался дядя Лёша, – это плохо, когда человек идёт поступать на один факультет, а потом от безысходности идёт туда, куда… как пел незабвенный Владимир Семёнович «…мне это надоело, черт возьми, и я лечу туда, где принимают». Любишь Высоцкого?
– Ну, так себе, – уклончиво ответил Сергей.
– Да ты с ума сошёл, – у дяди Лёши глаза полезли на лоб, – какой ты на фиг филолог, если Высоцкий для тебя «так себе», – он смешно перекривил Сергея. – Ты хоть понимаешь, кто такой Владимир Семёнович Высоцкий?
– Бард, – ответил Крылюк.
– Сам ты бард! – фыркнул дядя Лёша и после непродолжительной паузы продолжил: – Нет-нет, конечно, он и бард, я согласен, это верно, но… Но себя он считал поэтом! И я тебе скажу, это действительно поэт, настоящий поэт, великий поэт, это современный Пушкин. Понимаешь?
– Ну, с Пушкиным, – усмехнулся Сергей, – вы, дядь Лёш, конечно, загнули…
– Слушай ко мне! Ничего я не загнул, – настаивал арендодатель, – вот спросишь у своих филологов преподавателей. Они тебе всё объяснят.
Когда дяде Лёше надоедало дискутировать, он удалялся на кухню, с минуту гремел бутылкой и стаканом, затем затягивал: «А что-то кони мне попались привередливые…».
На следующий день дядя Лёша мог ругать журналистов.
– А эти и вовсе недоучки, – говорил он, – ибо что это за журналист без филологического образования. Стыдно, брат, уже даже на канале «Культура» титры пишут с ошибками. А что дальше будет? А я знаю, что. Мы уже докатились до такой гнусности, что стали кофе лакать среднего рода. Ты знаешь? Стою в магазине, слышу: «А почём ваше кофе?». Я не сдержался и поправил, говорю: «Мадам, не «ваше», а «ваш». Она сразу даже не врубилась, глаза выкатила, словно пукнуть хочет, и смотрит на меня как лягушка на кузнечика. «Вы, – говорит, гражданин, отстали от жизни, – сейчас можно и так, и так говорить». Я ей отвечаю: «Можно-то можно, мадам, но стоит ли, разве не стыдно так неприлично выражаться?». В общем, Серёга, пострадал я за наш «великий и могучий». Подошёл ко мне какой-то амбал и говорит: «Эй ты, кофейник, чего к моей жене пристал? Я тебе сейчас такую мадам устрою, что ты сам в Бовари у меня превратишься!». И как дал мне пендаля, я чуть в аптечный киоск не влетел. Ты понимаешь, Серый, и никто пальцем не пошевелил, никто даже не подумал за меня защититься. Вот до какой серости мы дожили.
Изучая филологию, Сергей Крылюк часто вспоминал дядю Лёшу и его прибаутки.
Однажды осенью он вместе с друзьями отправился в поход в Горный лес.
45
Прежде чем лететь на «большую землю» друзья решили немного пообщаться и заодно перекусить. Капитан, выдав «путешественникам» сухие пайки, объявил получасовой перерыв и пошёл прогуляться.
– Вы тут пообщайтесь, а я пойду, подышу свежим воздухом, люблю запах леса, да ягод пособираю, – сказал он.
– Вот там, – Иван указал рукой, – очень много брусники.
Как только Самойлов отошёл на приличное расстояние, Крылюк, извинившись перед однокашниками, предложил Черноудину отойти на минуту в сторонку.
– Ребят, не обижайтесь, – сказал он, – у меня для Шурика есть информация очень личного характера.
– Да ради бога, – раздались голоса. – Только не заблудитесь, а то Александр любит медведей по лесу погонять.
– Вы теперь этим медведем, весь мозг мне вынесете, – буркнул Черноудин.
Отойдя чуть поодаль, Крылюк едва ли не шёпотом заявил:
– При Ваняше не стал говорить, ты знаешь, грибник нашёлся.
– Как? – разинул рот Черноудин. – Где нашёлся?
– Где-где, – передразнил Крылюк, – там же, в озере.
– Мёртвый?
Крылюк посмотрел в обезумевшие глаза Черноудина и усмехнулся.
– У тебя, мозг высох, что ли? – язвительно спросил он. – Ты сам понял что спросил? Ну, а какой же? Пять лет пролежал в воде и его можно найти живым?
– Да, тут такое дело… Серёга, в общем, и Ваняша, и его жена, они знают о том, что у нас произошло в Горном лесу. Так что…
– А откуда они узнали? – удивлённо спросил Крылюк.
– Девки наши всё рассказали, тут такое дело, понимаешь…
– Ну, тогда возвращаемся, – не дослушав Черноудина, предложил Сергей, – а то как-то некрасиво выглядит. Пойдём, всем расскажу, чего уж.
– Угу, – согласился Черноудин.
Вернувшись к костру, Крылюк ещё раз извинился и объявил:
– Новость есть! Ваняша, Сашка сказал, что ты уже всё знаешь, так что я не стану тут играть в секреты.
– Это моя жена, Мария, – представил Иван.
– Очень приятно, Сергей, – кивнул ей Крылюк и добавил: – Мы все тут из одного гнезда.
– Я уже поняла, – улыбнулась Мария.
– Серёга, – сказал Веня, – не тяни кота за хвост. Новость давай.
– Айн момент! Тут вот какая история, ребята, пять дней назад, у нас была спасательная операция в том самом озере, где грибник… упокоился.
– И что? – едва ли не хором спросили однокашники.
– Там девушка утонула, водолазы работали и вытащили нашего… в смысле, того несчастного грибника. Оказывается, на дне озера есть какое-то очень холодное течение, из-за него грибник хорошо сохранился. Как оказалось, это был лесник. Он всё это время числился пропавшим без вести. В общем, сейчас полиция возобновила это дело и расследует его. Я вчера говорил со знакомым полицейским, говорит, что вышли на след убийц. Скорее всего, это местные браконьеры. Полиция ищет свидетелей.
– Какой ужас! – прикрыла рот Ирина. – А мы наивные думали, что всё раз и навсегда забыто. Ты знаешь, – обратилась она к Сергею, – грибник нам не давал здесь покоя. Ко всем приходил…
– В каком смысле? – расширил глаза Крылюк.
– В прямом! – сказал Ирина. – Он преследовал нас.
– Веня, – окликнул Сергей, – можешь объяснить, что она говорит?
– Всё верно говорит, – опустил голову Вениамин, – и ко мне приходил. А Санька вон так вообще на дерево залез.
– На дерево я залез не от грибника, поправил Черноудин, – а от медведя.
– Какая разница, – усмехнулся Роднянских, – а на медведя тебя кто загнал.
– Ну, это да, – согласился Черноудин.
– Ребята, – неожиданно рассмеялся Крылюк, – вы гоните, что ли? Или разыгрываете меня?
– Можно я объясню? – предложила Сергею Мария.
– Объясните, пожалуйста, – кивнул Крылюк.
– Тут нет никакого розыгрыша, – начала Мария, – просто им он привиделся. Понимаете?