Глава 17. Помолвка
В зале заседаний срочно собрался Совет Лемурии. Двенадцать человек – шесть мужчин и шесть женщин – в рабочей одежде заняли места за круглым столом. Их виманы стояли рядом у мраморной стены. Старейшины даже не успели умыться, вернувшись с работ. Они вполголоса обсуждали, что могло произойти в конце дня, накануне праздника. Шонит-Ла вызвал всех прямо со строительства. Значит, случилось, действительно, что-то серьезное.
Королева Лемурии вошла в зал. Члены Совета поднялись, приветствуя ее. Бледная, в строгом платье, с гладко зачесанными волосами, без украшений, Юма была неузнаваема. Старейшины переглянулись. Шонит-Ла жестом пригласил всех садиться.
– Уважаемый Совет! – начал он. – Ее величество хочет сделать заявление.
– Как вы знаете, я отказалась выполнить волю Совета, – чеканя каждое слово, произнесла Юма.
Советники снова переглянулись. Недавний отказ королевы выйти за Грино был катастрофой. Он грозил нарушением векового союза между Груа и Лемурией. Но Юма ничего не хотела слушать. Какой еще сюрприз она приготовила?
– Я переменила решение. Я выйду за наследника Груа.
Советники переглянулись.
– Это не все, – продолжила королева. – Я хочу, чтобы помолвка с Грино произошла, как и планировалось раньше, – завтра, на празднике Солнца.
– Но ваше величество! – возразил советник Раша, седовласый человек могучего телосложения. – Ваше величество, лемурийцы ждут завтрашней помолвки с Алеуром, сыном Дарина! Как мы объясним перемену жениха подданным?
– Ничего не нужно объяснять. Они будут рады. Я знаю, что говорит обо мне народ. Они считают меня сумасбродной девчонкой. Значит, еще один легкомысленный поступок их не удивит, – Юма сделала паузу. – Я думаю, Совет справится с управлением государством, пока принц Доро достигнет совершеннолетия. Это все, что я хотела сказать. Простите, что пришлось созвать вас так спешно, – она поднялась. – Увидимся завтра. До свидания, – и Юма удалилась из зала заседаний, оставив советников в полной растерянности. Перешептываясь, они разошлись по коридорам дворца, а в зале, подперев голову рукой, остался сидеть один Хранитель Камня. Он размышлял о чем-то, вздыхая и повторяя вслух:
– Бедная девочка… бедная девочка…
Часы пробили одиннадцать. Приближалось время свидания с Юмой. Вина сдавливала грудь Алеура. Он не мог представить, как посмотрит в глаза любимой. Завтра помолвка. Завтра! Неужели он пойдет под венец с Юмой, обманывая ее? Молодой лемуриец тяжело вздохнул. Нет. Сегодня или никогда! Именно сегодня, накануне дня, когда они станут женихом и невестой, он должен признаться! Он расскажет ей все. И о забытой защите от магов, и о колдовском напитке Гурии, и о своем легкомыслии и слабоволии… Пусть она решит, простить его или прогнать. Но жить с этим Алеур больше не мог. Решительно открыв дверь, он увидел на пороге конверт с королевской печатью. Пробежав послание глазами, инженер замотал головой, не веря написанному. Снова перечитал. Бланк с печатью гласил: «Повелением королевы Лемурии Юмы Первой завтра, в день Праздника Солнца, состоится помолвка Ее Величества и наследного принца Груа Грино. Объявленная ранее помолвка королевы с инженером Алеуром, сыном Дарина, отменяется». Сердце Алеура упало вниз, потом рванулось вверх, заколотилось где-то в голове. Юма все знает! Кто-то рассказал ей раньше! Он сунул письмо в карман и побежал в сад.
Почти полная луна освещала знакомую полянку. Прохладный ветер доносил запах цветов. Тренькали цикады. Он уже знал, что не найдет ее на их месте. Но все равно обежал весь сад, не желая признать, что все кончено. Остановившись у окон королевской спальни, он поднял голову и увидел свет. Она не спит! Алеур бросился вверх по лестнице.
– Юма! Открой, пожалуйста!
Никто не отозвался.
– Юма! Юма! Любимая! Открой, мне нужно всего несколько минут! – он стал барабанить кулаком по запертой двери. – Открой, пожалуйста!
На шум из соседней комнаты появилась Тина.
– Господин инженер, ее величество уже спит, – прошептала она.
– Тина! Тина, скажи мне правду! Почему она отменила помолвку! – взмолился Алеур. С его лба сползла холодная капля, слезой повисла на густых ресницах.
– Не знаю. Ее величество днем понесла вам обед на строительство. Как я ее не уговаривала, она ушла одна… вернулась в ужасном виде, в грязном платье… С ней что-то случилось в лесу. Она ничего не сказала, обед принесла обратно… Потом велела созвать Совет… – по мере того, как Тина рассказывала, Алеур бледнел.
– Великий Дух! Она видела! Она видела… бедная моя девочка! Я заслуживаю смерти за то, что сделал! – он прислонился к стене. Тина растерянно развела руками. – Я должен поговорить с ней! Я должен! – и он снова застучал в дверь. – Юма! Любимая! Открой мне! Я все тебе объясню!
Из спальни не доносилось ни звука. Гордая королева Юма, в сорочке, босая, с распущенными волосами, беззвучно плакала за дверью…
– Прибыл гонец из Лемурии, Ваше Величество! – доложил дворецкий Горру.
– Что еще случилось? Почему так поздно, – проворчал Горр, вылезая из постели и надевая халат. – Зови.
В комнату вошел юный лемуриец с письмом, перевязанным королевской печатью. Король Груа едва доставал гонцу до плеча.
Горр мысленно выругался. Рядом с лемурийскими верзилами чувствуешь себя тараканом!
– Давай бумаги, – приказал Горр. – Надеюсь, ты принес хорошие вести.
Развернув письмо, Горр захохотал.
– А! Чертова девчонка! Я знал! – и, презрительно глянув на гонца снизу вверх, сказал, – иди, скажи, что мы будем на празднике. Передай, чтобы Шонит-Ла позаботился о Камне! – гонец молча поклонился и вышел.
Горр еще раз перечитал послание, потирая руки. Наконец-то она согласилась. Своенравная девчонка! Чувствуется наша порода! Упряма и взбалмошна. Жаль, смешается кровь близких родственников, но так уж случилось, что в Лемурии не оказалось другой королевской особы. Придется довольствоваться браком собственных детей от разных жен. Горр хлопнул в ладоши. Появился слуга.
– Сообщи членам королевской семьи. Завтра мы едем в Лемурию на праздник Солнца. И позови принца Грино.
Слуга исчез. Через пару минут в дверях появился принц в ночном колпаке и халате.
– Ты звал меня, отец? Что случилось? Я уже был в постели, – прогундосил Грино.
– Завтра ты станешь женихом королевы Юмы.
– Я не ослышался? Ты говорил, что она все отменила, – хмыкнул принц.
– Она передумала. Гонец принес приглашение на праздник и согласие на вашу помолвку.
– Это отличная новость! – повеселел Грино. – Ради этого стоило вылезти из теплой постели.
– Я полагаю, что в постели ты, конечно, был не один? Опять совратил какую-нибудь служаночку? – сощурился Горр.
– О чем вы, ваше величество?
– Ладно-ладно! Но запомни! После помолвки и до свадьбы – чтобы ни-ни! До свадьбы твоя невеста будет жить здесь, в Груа. Так что, никаких служанок! Когда женишься, делай, что хочешь, – сказал король. – Иди. И не особенно усердствуй ночью. Завтра у нас нелегкий день. Мы проведем несколько часов рядом с Камнем. Так что выспись хорошенько.
Яла сильно волновалась. Горр согласился взять ее в Омолонгрен! Впервые за двадцать лет она вернется в родной дом! Увидит детей – Юму и Доро! Об этом Яла не смела даже мечтать!
Горр не был плохим мужем – он по-своему любил ее, часто делал подарки и проводил с ней времени втрое больше, чем с остальными женами. Но на мольбы посетить Лемурию король Груа всегда отвечал отказом. Бедная Яла отчаялась увидеть сына и дочь. Их отняли сразу после рождения и отдали на воспитание семье Шонита-Ла. С тех пор Яла узнавала о детях только из придворных разговоров – многие дамы развлекались тем, что подсматривали за лемурийским дворцом через волшебные кристаллы. У Ялы такого кристалла не было. Магия претила ей. И вот нежданный сюрприз – помолвка Грино и Юмы. И Яла сможет на ней присутствовать. Чувства ее были противоречивы. Она обрадовалась, что наконец увидит детей. Да и мысль о том, что Юма переедет в Груа, согревала душу. Если бы не Грино. Принц был редкостным мерзавцем и развратником.
Гурия одевалась с особой тщательностью. Она редко проводила так много времени перед зеркалом. Ведь она была бы первой красавицей Груа, даже если бы никогда не расчесывалась и ходила в лохмотьях. Все население королевства, не считая Ялы, в подметки ей не годилось. Но этот день стоил того, чтобы заняться собой. Надо перещеголять всех красавиц Омолонгрена. Глупы те, кто считает, будто женщины наводят красоту, чтобы нравиться мужчинам. Чушь! Зависть женщин, злобный шепот за спиной и осознание своего превосходства – вот главная движущая сила женской привлекательности. Гурия мечтательно улыбнулась. Там будет Алеур. И Юма! Она еще раз оценивающе оглядела отражение. Белое платье оттеняет смуглую кожу. Приглаженные кудри придают невинный вид. Только глаза – черные, с таинственным блеском, без зрачков – выдают натуру.
Гурия поспешила во двор, где уже собралось королевское семейство. Горр, все его жены, дети и слуги уже сидели в летающей машине. Принцесса запрыгнула на ступеньку громадного железного шара – флюга. Слуга закрыл дверь. В ту же секунду железное страшилище заворчало, задымило и, раскрутившись, поднялось в воздух.
В Омолонгрене праздник был в самом разгаре. Живая цепочка нарядных жителей тянулась во дворец и, выходя из других ворот, рассыпалась в пестрой толчее сограждан. На улицах и площадях ломились от яств длинные столы. Вокруг суетились лемурийцы, бегали дети, слышались песни и радостные голоса. Великий хоровод был уже на исходе, последние горожане, не успевшие прикоснуться к Чинтамани и увидеть королеву, спешили исполнить обычай. С самого утра по Лемурии пронесся слух, что Юма отменила помолвку с инженером Алеуром и выходит замуж за мага. Жители города пыталис